Чтение онлайн

Забылась сном я уже под утро и новый день встречала с тяжелой головой, красными глазами и тянущим комком под сердцем.

Хорошо, что сегодня кроме общих дисциплин в расписании ничего не было, и я могла сосредоточиться только на материале. Друзьям, которые не могли не видеть, что со мной что-то не то, сказала, что не очень хорошо себя чувствую. Поэтому никто не удивился, что после занятий, даже не пообедав, я поспешила к себе. Видеть никого не хотелось, и я даже на крышу сегодня не пошла, сидела, упрямо ковыряясь с планером, прямо в комнате, зарабатывая новые и новые ссадины. Даже собственные неудачи сегодня казались мне справедливыми и вызывали мстительное удовлетворение.. Вот почему, когда время подошло к ужину, и настала пора собираться на очередные «драконовы» муки, я даже обрадовалась, переоделась и решительно отправилась в тренировочный зал.

Сегодня мы немного поменялись ролями. Зал был открыт, я вошла, поприветствовав дагона Ливейского молчаливым кивком и, смотря в основном себе под ноги, начала разминку. Я снова бегала, прыгала, махала руками, молча делала все, что требовал от меня ящер, и ни разу на него самого не взглянула. Хочет дагон ректор, чтобы я попыталась его поколошматить – пожалуйста, я бодро, как могла, наносила удары. Недоволен, что недостаточно активно это делаю – я начинала прыгать сильнее. Изволит снова приемчики проводить, чтобы посмотреть, как весело я грохаюсь коленками в пол – извольте, я без лишних слов поднималась и принималась за упражнения снова.

И на подначки его не особенно реагировала.. Меня сегодня вообще как будто выключили. Что по этому поводу думал господин ящер, я не знала, мне это было совершенно безразлично.

– Мне кажется или сегодня вы как-то без огонька меня ненавидите? – раздалось вдруг над ухом. И я, вздрогнув, ненадолго подняла воспаленный взгляд на внимательно рассматривающего меня дракона.

– Ненавижу я вас также, – ответила, стараясь глядеть мимо него, – просто себя гораздо больше.

Вот что ему стоило промолчать или сменить тему? Мог бы даже снова подсечку мне организовать, я бы только благодарна ему была..

– Ди, посмотрите на меня, – голос Гиларда казался.. обеспокоенным? Если бы не это, я бы ни за какие коврижки не стала бы.. Но беспокойство.. за меня? Это что-то новенькое. Я взглянула в его глаза... и пропала. В них будто желтый огонь полыхал, разделенный надвое черной трещиной зрачка. Этот огонь казался таким теплым, понимающим.. Я почувствовала, как на глаза мои наворачиваются слезы. Вот так и стояла, опустив руки вниз, не в силах отвести взгляда, и из последних сил сдерживалась, чтобы позорно не разреветься..

– Надо же... – задумчиво проговорил дракон, слегка наклонившись ко мне, – быть того не может.. неужели в вас проснулась совесть?

Меня будто головой обо что-то приложили... или ткнули пальцем в раскрытую рану.

Я зарычала и бросилась на этого гада, сто хрущей ему под хвост: кидалась на него с кулаками, прыгала, даже пнуть пыталась, падала, но тут же подлетала вверх и продолжала свои нелепые попытки добраться до своего обидчика.

«Урод» – «ненавижу» - «убью» - «сволочь» – «гад» – кричала я то и дело.

Гилард же смотрел на меня спокойно и все так же внимательно, чем распалял мою ярость еще больше. Пресекать все мои попытки для него, разумеется, не составляло труда, и если бы он захотел, то в два счета скрутил бы меня в бараний рог, но он продолжал где уклоняться, где наносить порхающие, неимоверно злящие удары, а иногда позволял мне добраться и до него, слегка, вскользь и ровно настолько, чтобы подстегнуть азарт.

В какой-то момент даже я в своем взведенном состоянии поняла, что он просто меня дразнит, и вся эта затея с самого начала обречена на провал. Тогда я резко остановилась, и, вцепившись пальцами себе в волосы, закричала куда-то вверх.. стараясь вложить в этот крик всю боль, всю беспомощную ярость и злость, которые испытывала. Потом вытерла тыльной стороной ладони злые слезы, посмотрела на замершего напротив меня дракона, произнесла глухо:

– Довольны?

И, не дожидаясь ответа, попыталась покинуть это ужасное место.

Мне не позволили.

Просто сгребли в охапку, крепко прижав к груди, и этот жест мнимого сочувствия лишил меня остатков сил. Я стояла столбом, не делая никаких попыток вырваться, пока меня гладили по голове, как ребенка, приговаривая «Все, Ди, уже все»... Я не понимала, что значит «все», но голос завораживал, а в голове не было ни единой мысли.

Когда драконья хватка слегка ослабла, и теплые пальцы уже знакомым жестом приподняли мой подбородок, я только крепче зажмурилась и, как смогла в таком положении, замотала головой, наотрез отказываясь снова попадать в эту ловушку.

– За что, вы мне скажете? – тихо спросил Ливейский.

Я моргнула, не понимая вопроса, и все-таки подняла на него глаза.

– За что вы меня так невзлюбили? – глядел дракон вполне серьезно и в ответе казался вполне заинтересованным.

– За то, что вы смотрели на меня как на пустое место, даже не поинтересовались ни разу, что я за человек. За то, что вы в очередной раз все за меня решили и даже не объяснили ничего. За то, что играете со мной, как кошка с мышкой...

– Я не играю, – не отводя взгляда, возразил он.

– А что это тогда такое было? – я, наконец, пришла в себя и оттолкнула его руку, он и не сопротивлялся, даже небольшой шаг назад сделал.

– Вам надо было выплеснуть эмоции, я просто немного вам помог.

Ну спасибо, друг дорогой, только в гробу я такую помощь видела! Точная иллюстрация выражения «драконья услуга».

– Я могу идти? – решила не тянуть с отступлением.

– Можете, – кивнул Гилард и, казалось, глубоко о чем-то задумался. Надеюсь, не о том, чем бы еще меня облагодетельствовать.

Я воспользовалась ситуацией и быстро покинула тренировочный зал.

Убить дракона не так-то просто. Подкрадывайтесь внезапно, из-за угла, когда дракон этого не ожидает. Перед попыткой удостоверьтесь, что вы составили завещание. На всякий случай.

Почтовый артефакт мигал красным кристаллом, сигнализируя о том, что пришло новое письмо от папы. Разумеется, я первым делом взялась его читать.

Папа подробно расспрашивал, как у меня дела, рассказывал о своих успехах в делах торговых. А еще несколько удивленно сообщал, что дагон Ливейский на днях прислал ему уведомление о том, что наша с ним свадьба откладывается на неопределенных срок. Причин такого решения сам жених никаких не указал (к моему, надо сказать, большому облегчению). Также папа написал нечто весьма меня встревожившее: через неделю он собирался по делам в Рейсталь и очень хотел со мной увидеться. Значит, во-первых, придется ехать в столицу и выкручиваться, чтобы папа не заподозрил, что его чадо учится совсем не там, а во-вторых, дела папины были связаны с новым советником мэра Рейсталя – дагоном Экхартом Алирийским. И вот очень бы мне хотелось знать, что там папа собрался с ним обсудить, и нельзя ли мне тоже при этом поприсутствовать. Интуиция так и вопила, что это может быть очень и очень познавательно.