Чтение онлайн

– Ну, так я тебя куплю.

– Не родился ещё тот, кто купить меня сможет, денег не хватит.

Он разъярился, сунул руку за пазуху, вытащил пачку денег, можно сказать котлету, и швырнул через барьер на пол:

– Вот, тебе должно хватить и ты мне ноги лизать будешь.

Я спокойно протянула ему ключик и сказала:

– Вот ключ от туалета, там совок и веник, возьми и подмети свой мусор, здесь за тобой убирать не нанимались.

После этого я проследовала мимо него на кухню, покурить.

Деньги он собирал руками, ползая по полу и страшно матерясь при этом.

Девчонки жались по углам, ожидая, что будет дальше.

Когда он поднял последнюю бумажку, я сказала ему, усмехаясь:

– Как кстати, можно сказать всю грязь с пола подтёр, молодец. И больше здесь не появляйся, ни с деньгами, ни без. Здесь тебе не бордель и девочек не снимешь. Если кого-то станешь преследовать, пожалеешь. У меня есть связи в МВД, тогда вообще из Москвы вылетишь. Не дай Бог, девочки мне пожалуются.

Я конечно блефовала, не было у меня никого нигде, но он поверил. Видимо все наглецы, по сути своей трусы, так что я ничего не теряла. А он не только больше не приходил и никого из наших девочек не задирал, но в скором времени перевёлся в другой район. Видимо всерьёз испугался. А девчонки после этого зауважали меня.

Были и другие ребята, постоянно приходившие. Один явно влюблённый в Любу, мальчик из общежития, но она на него и не смотрела. А потом, забегу вперёд, через четыре года, вышла всё-таки за него замуж.

Он в вечернем учился, помимо работы на Зиле. Общежитие было их. Потом его и в должности повысили и жильё своё дали, оттого он и стал ей интересен. Так что мечта её сбылась, пусть не за москвича замуж вышла, но в Москве жить стала не по лимиту, а по закону.

В июне начались отпуска и первой поехала домой Люба, следом должна была идти в отпуск Галочка, а в августе Мирубан. Так что всё лето мне предстояло работать в смене. Ну к этому мне не привыкать было.

Глава 28 Дела домашние. Новые инициативы.

Только дома не всё было в порядке. Саша всё больше и чаще напивался и всё круче. Как раз в один из своих загулов, он пострадал в метро. На выезде из подземного туннеля, балка обвалилась, прямо на вагоны утреннего поезда, на перегоне между Коломенской и Автозаводской. Поговаривали, что это один из первых терактов был.

Их тогда несколько, в преддверии Олимпиады случилось, но о них умалчивали, урны на платформах взрывались, по СМИ

давали сведения искажённые и заниженные. Движение на ветке закрыли, а по улице пустили автобусы. По сарафанному радио доходили вести.

Видимо авария крепкая была, хоть и скрывали, а до следующего дня устраняли, не просто так. Утром он раньше этой аварии ехал, проскочил. А вечером пьяненький возвращаясь, решил не идти на наземный транспорт, в него высаживали уже на Каширской, а пойти по туннелю до Автозаводской пешком.

Да что в пьяную голову не втемяшится.

И пошёл, счастье, что ветка обесточена была. В общем в полной темноте, на заплетающихся ногах, он так приложился об рельс, что домой вместо обычных семи часов, не пришёл, а можно сказать приполз в половине одиннадцатого.

Я как его увидела, обмерла, а бабы наши запричитали. У него губа раздулась дальше носа, двух зубов передних нет, говорить не может, мычит и объяснить, что произошло и откуда он такой явился тоже не может.

Упал на кровать и вырубился, а мне пришлось носится с примочками, свинцовой водой мочить бинты и прикладывать к губе. Он спит и в ус не дует, а жена прыгает вокруг. Ох и разозлилась я.

Но опухоль за ночь почти полностью спала. Очнулся он и рассказал, что произошло, а потом в карман полез и два зуба вынимает. Он их в темноте, когда об рельс шарахнулся, нашёл, подобрал и в нагрудный кармашек рубашки сунул. Не иначе как надеялся на место приладить, зубы то вставные были, свои он рано, почти все в армии потерял.

Вот тут у меня смех до колик, до слёз был. Можно сказать истерический. Мне на работу собираться, а я от смеха не могу разогнуться, даже брехаться с ним неохота.

Так и ушла на работу не поговорив, думаю ладно, вечером устрою тебе разборки. А он тоже на работу уехал, а вечером винился, клялся, божился, как всегда, что больше так напиваться не будет.

Но всё чаще повторял, пил-то он спирт. Доверили козлу огород стеречь. Начальник его главным по раздаче спирта для промывки деталей поставил, вот он и промывал....

Начальник его любил, он ведь, Сашка-то, толковый был, с головой, даже рацпредложения были у него по работе. Он придумывал, а начальник документально за него оформлял и патент выправляли, а моего премировали. Ему бы учиться дальше и начальник на этом настаивал, а он пить начал, не до ученья.

Вот и прошло всё зря.

А ведь такие надежды подавал,вполне мог бы вровень со мной стоять, а не завидовать потом моей карьере. Хотя чему уж там завидовать, работа не из лёгких и на износ. А вот подишь ты, семейная черта прорезалась, на фоне пьянки. И дома конечно это покоя не прибавляло, а наоборот создавало напряжение и не вполне здоровую атмосферу, что кумушкам нашим бальзам на душу. Чем хуже у нас, тем лучше им получается.

А то, что на детях это плохо отражается, на моральном климате, их не тревожит. Бывают же такие люди, коль у самих не слава богу, то бедам других вдвойне радуются. Я такого никогда не понимала и не принимала, оттого наверное все более и более отдалялись мы друг от друга с его родными. А разбежаться некуда, так что скрипи зубами и терпи, выхода нет.

На работе тем временем ремонт затеяли. Летом работы много меньше и узел решил отремонтировать наши помещения. Прислали материалы, краску, бумагу и прочее. Мы как посмотрели, страсть господня, это же ужас что будет.