Поработи меня нежно
Шрифт:
– Они отведут тебя в ванную, чтобы ты приняла душ, – прошептала блондинка.
– Им нравится наблюдать, – вызывающе добавила рыжая, ее голос прозвучал громко и раздался эхом.
Шары угрожающе направился к ней, о его намерении ударить говорила поднятая вверх ладонь. Сузив глаза, я выпрыгнула перед ним. Его рука замерла.
– Я готова. – Я расправила плечи. – Веди.
Он бросил на рыжую ты-поплатишься взгляд и развернулся на пятках. Я последовала за ним из камеры, и замыкал шествие Парфюмированный.
Они настолько верили в свои способности и силы, что даже не завязали мне глаза или не попытались скрыть свои личности. "Идиоты", – вновь подумала я.
Оставаясь настороже, я оглядела обстановку. Без сомнения, мы под землей. Вода капала с потолка, грязь покрывала полы.
Единственным источником света оказались тусклые лампочки, которые свисали с тонких проводов.
Мой мозг разрабатывал планы действий. Они собирались отвести меня помыться, я же хотела помешать им. Но как? Они могли подавить меня количеством.
Даже оглушить бластером, затем помыть, облапать или изнасиловать, а я не смогу сопротивляться.
Вследствие возник вопрос, почему они ранее не оглушили меня. Почему не сразу принесли сюда без сознания?
В следующий миг я поняла – время. Оглушение длится двадцать четыре часа.
Им нужно, чтобы я сотрудничала для… чего? Мои руки сжались по бокам, но шаги не замедлились.
Я приподняла подбородок, оставаясь начеку, когда мы вошли в фойе дома. Парфюмированный и Разбитые Шары остановились, чтобы поговорить с тремя мужчинами, которые прибирались и пылесосили, подготавливая комнату к… приезду посетителя? К приезду Люциуса?
Он вскоре приедет, чтобы выкупить меня? Мои колени чуть не подогнулись от облегчения.
ЙенЛи тоже прибудет. Наблюдая за ним несколько недель, я поняла, что он курировал все сделки лично.
Все может кончиться за считанные часы. Возможность настолько удивительная, что казалась слишком хорошей, чтобы быть правдой. Даже невероятной.
В окружении мужчин, болтающих о нуждах женщин в клетке, я закончила исследовать комнату. Это оказалась просторная гостиная, в которой находились диван, огромный экран и несколько мягких бархатных кресел.
Пустые бутылки из-под пива валялись на прямоугольном журнальном столике. Хотя здесь не было окон, кружевные занавески закрывали часть стены, создавая иллюзию стекол.
Очень комфортно и уютно.
Сильные мужские руки мягко подтолкнули меня.
– Иди, – сказал Парфюмированный, его разговор с другими закончился.
Я последовала за Шарами дальше по коридору. Теперь меня окружали обычные грязно-желтые стены.
На них отсутствовала какая-либо отделка. Возможно, чтобы рабы не имели доступ к импровизированному оружию.
В конце коридора виднелись четыре двери.
Мы вошли через одну из них, которая привела в небольшую, тесную ванную комнату. Внутри оказались коричневые гипсовые стены, расколотые доски на полу. Шланг, разбрызгивающий ферменты, двигался у дальней стены, унитаз располагался, напротив.
Передо мной остановился Шары, повернулся и сложил руки на груди. Он был очень худой, а его кожа выглядела сухой и шелушащейся. Также у него виднелись залысины. Неудивительно, что у него такие проблемы с поведением.
– Раздевайся. – Он медленно и злорадно улыбнулся. – Затем прими душ. И убедись, что действительно чистая, или мне придется помыть тебя самому.
Я услышала шуршание рубашки Парфюмированного, когда он тоже сложил руки на груди.
Это по-настоящему разозлило меня. Из всех мужчин, которых я встречала в этом доме, этот казался самым добрым, самым заботящемся о женщинах.
Тем не менее, он тоже готов унизить меня, чтобы развлечься.
Я повернулась в сторону, чтобы оба мужчины смотрели на меня в профиль, и равнодушно произнесла:
– Я разденусь, когда вы оба уйдете.
Шары приподнял брови, надменно удивляясь. Он хотел, чтобы я сопротивлялась. Хотел испугать меня.
– Раздевайся. Сейчас же. Или я сам сорву с тебя одежду.
– Уходите. Сейчас же, – повторила я. – Или я заставлю вас.
Парфюмированный вздохнул, и звук отразился эхом в маленькой комнате.
– Мы не собираемся причинять тебе боль. Просто посмотрим.
– Ты имеешь ввиду, что просто нарушите мое право на уединение.
– Это твой последний шанс. Разденься самостоятельно, – пригрозил Шары, – или мы поможем тебе.
Во-первых, я не хочу, чтобы они увидели мое оружие. И во-вторых, раздевание скорее всего означает изнасилование. Нет, спасибо. Холодный пот выступил на моей коже. Нехорошо.
В отличие от людей, пот делал меня более привлекательной. Капельки влаги заставляли тело выглядеть словно отполированным, покрытым влажным золотом. Заставляли сверкать. Как у феи.
Я не хотела становится привлекательной в данный момент. Желала казаться невзрачной и уродливой, способной совершить злой поступок.
От понимания, что другие женщины испытали это и никак не могли предотвратить, мой страх уступил перед желанием защититься.
– Если вы поможете мне раздеться, – проговорила я медленно и осторожно, – начнется драка. Драка до смерти. Понятно?
– Рака – ты женщина. – Слова прозвучали ближе, и это заставило меня понять, что Парфюмированный шагнул ко мне. – Ты не можешь причинить вред нам.
Шары также приблизился ко мне. Они пытались окружить, пригрозить и запугать своей силой.
– Но мне будет больно, и это повредит товар. Видите, я говорила с девушками. Знаю, почему здесь нахожусь. Нас продадут в рабство. Твой босс хочет денег за меня, так?
Царила тишина, пока они обдумывали мои слова. Я не знала, как долго или как часто могла озвучивать данную угрозу, но буду пользоваться ею столько, сколько возможно.
К счастью, сработало.
– Ты победила, – сказал Парфюмированный со вздохом.
– Подожди! – выкрикнул Шары.
– Здесь нет окон. Единственный выход через дверь. Мы будем здесь ждать, и если попытаешься сбежать, то накажем тебя. Неважно уменьшит это твою ценность или нет. Поняла?