Чтение онлайн

Роберт застал меня в необычном положении… Я как раз делала березку на кровати, потому что… Да просто делала и все тут! Еще один такой день взаперти и я не такое начну вытворять…

— Я вижу, тебе уже лучше, — немного иронично заметил мужчина, когда я с грохотом повалилась на пол. Стараясь выглядеть как можно более непринужденно, я села на кровати и волком уставилась на него. Мужчина изучающе прошелся по моему телу, но остановился все же на лице и умерил мой пыл жестким вопросом: — Какого хрена у тебя опять случилось, Полина?

У меня был целый день, чтобы подумать над словами Клавдии и я решила, что лучший для меня вариант проживания в этом доме — отгородиться от Роберта эмоционально, если физически не получится… Он захочет секса — я пересплю с ним и забуду, а главное — никаких скандалов, а значит и порки! Думаю, мое хорошее поведение быстро надоест ему, а это значит домой я поеду уже через пару дней.

Но сказать было легче, чем сделать. Комната, в которой я находилась, с каждой секундой раздражала меня все больше и больше. Не думаю, что это из-за ревности по отношению к Роберту, ведь чувств у меня к нему не было… Скорее нежелание быть одной из ста конфет в коробке. Все ведь хотят быть особенной конфеткой в индивидуальной упаковке, а я как раз была в жизни Роберта чем-то вроде мятной жвачки, которой перебиваешь приторный вкус прошлых сладостей и продолжаешь со спокойной душей наслаждаться новыми.

Меня такой расклад категорически не устраивал и я пол дня размышляла… А почему? Ответ пришел не сразу: так как родителей у меня не было, то об отношениях между мужчиной и женщиной мне поведали книги и фильмы. А что читают и смотрят девочки моего возраста? Да, юристы с красными дипломами тоже любят слезливые мелодрамы от Николаса Спаркса и обожают книги Джейн Остин. Так вот там, если мужчина похищал девушку и спал с ней — то это самая настоящая любовь до гроба. В моей голове слово «секс» ассоциировалось со словом «любовь» и теперь я понимала, почему за какие-то два-три дня прикипела к Роберту… А ведь была еще теория о Стокгольмском синдроме…

— Я задал тебе вопрос! — сквозь зубы прошипел мужчина, сверля во мне дырку полыхающими огнем глазами. — Не нарывайся.

— Я просто хочу домой и не могу сидеть с утра до ночи взаперти! Мне нужна работа и смысл жизни, понимаешь? Что бы ты там себе не надумал, но я не буду содержанкой, ждущей тебя дома, как верная собачонка! — вложив в голос все дневные переживания, получилось достаточно убедительно и зловеще… Мне так казалось. Роберт же не повел и глазом и это сорвало рычаг терпения внутри меня, заставив забыть обо всех обещаниях данных себе ранее. Я вскочила с места и принялась описывать кругами комнату: — Ты просто чудовище, понимаешь это?! И всегда им был! Люди для тебя не существуют, а все твое благородство напускное! Думаешь, если папочка попросил тебя поруководить большой корпорацией, ты теперь хозяин всего мира и можешь менять баб, как ушные палочки?! Что будет, когда он снова решить вернуться к управлению, а? Снова будешь пресмыкаться перед ним и…

Во время моего эмоционального диалога я ни разу не посмотрела на Роберта… И зря. Потому что он уже успел снять ремень с брюк и быстро направлялся в мою сторону с таким взглядом, от которого кровь закипала в жилах, а почва уходила из под ног.

— Я… — в самый нужный момент слова предательски пропали, а из горла вырвался нервный смешок, — Мне…

Не говоря ни слова, Роберт резко сорвал с меня легкий летний топ на бретелях, оставляя заметные порезы на теле от жесткой ткани, а потом одним умелым движением порвал лиф, который сам же мне и купил. На мне были надеты стрейчевые короткие шорты, с которыми мужчина даже не заморачивался — просто отодвинул их и резко вошел двумя пальцами в меня, заставив издать протяжной стон и жадно втянуть воздух ртом. Другой рукой Роберт мертвой хваткой захватил мою шею, перекрывая доступ к кислороду.

— Думай, о чем и что говоришь, мышка, — низко и обманчиво спокойно прошептал мне он, а затем его пальцы резко вышли из меня, но рука так и продолжала покоится на шее, когда его слова ударили жгучим хлыстом: — Придется занять твой рот делом.

Шаворский сделал всего шаг назад и тут же отпустил мое горло. Но не успела я выдохнуть, как второй рукой он так сильно надавил на мое плечо, что я рухнула на колени…

Как оказалось, этого он и хотел.

— Я не буду этого делать… — сквозь слезы позора прошептала я, с одной стороны прижатая к стене, а с другой пахом Роберта. — Пусть тебе делают минет всякие Жанны и другие шлюхи из журналов!

На минуту он замер, как и мое сердце, так как я осознала, что с потрохами сдала домработницу… Хотя мало ли от кого я могла узнать о его «тайных» секс-рабынях, да?

— Либо я сейчас кончаю от минета, либо мы снова идем в мой кабинет, и там я сначала выпорю тебя плеткой потолще, потом оттрахаю в задницу, а затем и в твою уже мокрую киску… Буду доводить тебя до предоргазменного состояния снова и снова, а после выходить из тебя и давать остыть. Так может продолжаться хоть всю ночь. Поверь, для меня это не проблема, — я смотрела на его внушительный холм, выпирающий из брюк, и, как завороженная, слушала спокойный голос, который словно объяснял простые и всем известные истины или проводил лекцию. Ни на одну секунду я не сомневалась, что все сказанное Робертом будет исполнено. Такой унизительный выбор окончательно дал мне понять, что передо мной не человек, а животное… Хотя нет, если я приравняю Шаворского к млекопитающим, то оскорблю этим все живое. Он — робот, холодный и бесчувственный. — Чего молчишь? Мы идем в мой кабинет? Понравился анальный секс?

Выбора у меня, к сожалению, не было… Медленно протянув руку к замку на брюках, осторожно потянула его вниз.

— Умница, — немного хрипло констатировал он и я почувствовала, как под пальцами что-то шевельнулось. — Моему члену не терпится, чтобы ты попробовала его на вкус.

— Я не знаю, что делать, — робко призналась я, надеясь, что это поможет избежать этой ужасной участи, но Роберт только рассмеялся, словно я сказала какую-то шутку.

— Освободи его, — наконец скомандовал он, возвращаясь к своему обычному тону, разве что с легкой хрипотцой, и я медленно и неуверенно спустила брюки, а затем осторожно прикоснулась к эрегированному мужскому органу через белые плавки-боксеры с черными буквами «Calvin Klein» на белой резинке, заставляя тяжелую мысль о том, что я должна сейчас буду сделать, все же просочиться в растерянное сознание. — Ну же, давай. Я не могу стоять так вечно.

Оттягивать неизбежное смысла не было, так что одним резким движением я опустила плавки вниз и они упали в довесок к брюкам. Член, вырвавшийся на свободу, буквально ударил мне по лицу и я с ужасом простонала:

— Я не смогу… Он не поместится… Слишком большой…

— О, поверь… Еще такого не было, чтобы мой член не помещался в рот. Он, конечно, большой, но не три метра, — раздраженно выдал мужчина, а затем жестким, не терпящим возражения голосом, добавил: — Возьми его в рот и соси, как сосательную конфету! — тяжело сглотнув, я аккуратно обхватила одной рукой член и начала медленно подносить его ко рту. Чтобы не получить очередную оплеуху от Роберта, я аккуратно и осторожно прикоснулась к самому краю головки губами и замерла, не решаясь на следующий шаг. — Открой рот и не сжимай на нем зубы. Второй рукой можешь массировать яйца, чтобы я быстрее кончил.

Зажмурив глаза, как перед падением в пропасть, я все же широко открыла рот и почувствовала, как мужчина одним резким толчком вошел в меня, не спрашивая разрешения, и нецензурно выругался.

Его рука безжалостно насаживала меня на свой член, не давая ни малейшей возможности перевести дыхание… Мне было стыдно и жалко себя, по щекам текли слезы горечи и разочарования, но было в этом что-то… низменное, возбуждающее… Какие-то отдаленные крупицы моей души трепетали от каждого его толчка, стона, того, как тяжело он дышит и матерится сквозь зубы. Роберт был прав, мои трусики давно уже были мокрые и я ненавидела себя за это…

Я знала, что сейчас Роберт находится в моей власти. Сейчас он уязвим. Мне хотелось, чтобы не он насаживал меня на член, а я сама делала это… Была главной… Поэтому, медленно проведя языком по пульсирующей плоти, я довольно почувствовала, как Шаворский замер и издал хриплый рык.

Его хватка на моем затылке ослабла, когда он понял — я включилась в игру. Одной рукой схватив за основание, ртом захватила чувствительную головку. Моя язык медленно прошелся по всем его венками и наградой для меня стал его тихое, сливающееся с вибрациями и громким дыханием, «Ммммышка…». Он словно снес мне крышу и дал установку: довести этого мужчину до оргазма, выжать из него все, что можно, заставить его кончить от моих прикосновений… Я быстро поглощала его член раз за разом, прислушиваясь к сбивчивым фразам, смысл которых понять было практически не реально. Что-то вроде: «да», «умница», «так отлично», «не забывай про яйца»…