Чтение онлайн

При одном воспоминании о Ламихове Демид меняется в лице, становясь жёстче и непримиримее.

Я ласково касаюсь его запястья, и чувствуя мою ладонь, любимый расслабляется.

– Ладно, я всё о себе и о себе. Как ты, детка?

– Я – хорошо, - улыбаюсь. – Сегодня снова была у доктора.

– Как наше чудо? – Демид опускает взгляд на мой живот и накрывает мою руку своей ладонью.

– Всё отлично, мне дали направление на очередные анализы и сказали результаты предыдущих.

– И? – Демиду кажется очень важным контролировать всё, что связано с беременностью. Он разбирается во всём этом уже лучше меня!

– Врач сказала, что всё в порядке! – беззаботно пожимаю плечами. Лично мне вполне достаточно слов доктора и хорошего самочувствия, чтобы ни о чём не беспокоиться, но Демид, я уверена, попросит прислать результаты ему на почту, потому что сам захочет всё перепроверить.

После еды мы уходим в душ и проводим в нём полтора очень сладких и волшебных часа. Демид выносит меня оттуда на руках и кладёт в кровать. Сам ложится рядом. Я устраиваюсь почти на нём, кладя ногу на Демида. На моей кровати нам вдвоём очень тесно…

По телу разносятся гормоны счастья. Блаженно прикрываю глаза, и, кажется, вот-вот провалюсь в блаженный сон, как вдруг Демид спрашивает:

– Почему мы не можем жить вместе?

– Прости, - кладу голову ему на грудь. – Я же говорила тебе, что хочу жить вместе с тобой, просто… - закусываю губы. На него столько всего навалилось, что намекать сейчас на свадьбу кажется мне неуместным. Да и должна ли женщина говорить о подобном первой? Не знаю… - Сейчас просто не время, - сумбурно заканчиваю свою мысль.

Закрываю глаза и представляю лицо мамы, когда сообщаю ей свои последние новости. Первый мужчина, беременность, первая и такая безумная любовь… Боже… сейчас мне бы очень пригодился её совет! Ведь я совершенно не знаю, как правильно будет поступить в данной ситуации… Переехать к Демиду? Или же продолжить жить в квартире, ожидая от него каких-то дальнейших действий?

– Что беспокоит тебя, детка?

Демид всегда замечает, когда я становлюсь задумчивой. Мы оба остро чувствуем перемены в настроении друг друга.

– Ничего… просто скучаю по маме, - шмыгаю носом, закрывая глаза на горячей груди любимого.

– Малышка, - Демид ласково гладит меня по спине. – Ты моя маленькая девочка…

Он привлекает меня к себе и шепчет на ухо все эти нежные, успокаивающие словечки. Я вздыхаю, нежась в тепле его тела и вытираю влажные щёки. Скоро я сама стану матерью, и мне бы очень хотелось, чтобы у моего ребёнка были любящие бабушка и дедушка… Господи, прошу, если ты есть и слышишь меня, сделай так, чтобы моя мечта сбылась! Пусть мама с папой вернутся живыми и невредимыми!

Демид

Спустя три недели

Грохот двери оглушает, и гомон в зале суда немного стихает. Только что Ламихов выскочил из помещения, где проводилось второе заседание, как пробка из шампанского. Сукин сын не дал мне даже позлорадствовать вдоволь!

Валера потягивается в кресле и расплывается в улыбке.

– Ну, - оборачиваюсь к нему. – Что ты там мне говорил?

Юрист скалится, а потом лениво кивает.

– Я тебе говорил, чтобы ты брал бабло, - пожимает плечами. – Но ты решил пойти в суд.

– И правильно сделал мать его! – с жаром отвечаю, хлопая Валеру по плечу. – Глядишь, мы тут и до уголовки договоримся!

– Демид, у нас тут гражданский иск, - напоминает Валера.

– И что? При достаточных доказательствах его можно переквалифицировать в уголовное дело! И тогда этот урод не только лишится компании, но и присядет лет эдак на десять.

– Тогда ты будешь удовлетворён?
– усмехается друг, складывая разложенные по столу бумаги в свой портфель.

– Возможно, - усмехаюсь в ответ.

Пока всё складывается наилучшим образом. Конечно, если бы я один выступал против Ламихова, было бы не так весело. Но Валера каким-то непостижимым образом нашёл ещё двоих разорённых Сашей владельцев бизнесов, и они согласились участвовать в суде. Компании, конечно, не такие крупные, как моя, но их доказательства более неопровержимые. Сами бы они не решились тратиться на суд, но вместе с моей финансовой и юридической помощью, у них появились новые возможности.

– Кстати, тот юрист по финансовому праву, - напрягаю память. – Как там его фамилия?

– Заречный? – помогает мне Валера.

– Ага, киваю. Он тоже акула. Надо его в твою компанию переманить. Толковый мужик.

– Уже работаю над этим, - усмехается Валера. – Он только недавно вернулся в юриспруденцию, хочу его к нам.

– Да, не помешало бы.

Ради этого громкого дела мы взяли на аутсорс юристов из другой компании. Среди них был и Андрей Заречный. Сегодня он разгромил всех свидетелей со стороны Ламихова. Он же допрашивал Дашу. Сперва она юлила, но те признательные показания, что она подписала ещё в Будве под нашим с Валерой давлением, сделали своё дело. Дарья даже слезу пустила, пытаясь притвориться жертвой перед судьёй. Мне бы и её хотелось прижучить, но у нас был договор. Взаимные гарантии. Я не выдвигаю против неё обвинения, а она возвращает мне деньги, которые ей заплатил Ламихов и свидетельствует против него в суде. Ну и, конечно, я её уже давно уволил. После этого происшествия её вряд ли возьмут хоть куда-нибудь на аналогичную должность. По крайней мере, не в Москве. Я об этом позабочусь.

Мы с Валерой собираемся, выходим из здания суда, пожимаем друг другу руки и прощаемся. Уже ищу глазами свою тачку, чтобы отправиться в офис, как вдруг позади раздаётся знакомый женский голос.

– Демид?

Хмурюсь, оборачиваясь.

Позади нас стоит Марина. Сразу бросается в глаза, что выглядит бывшая невеста хреново. Растерянная, волосы убраны в неприметный хвост, макияж почти отсутствует.

– Демид, здравствуй, - шепчет негромко, аккуратно касаясь моего плеча.

– Привет, - бросаю ей и уже было хочу отвернуться, но она не отпускает.

– Можем поговорить? – спрашивает дрожащим голосом.

– Нам с тобой не о чем разговаривать, - цежу сквозь зубы.

Мне, и правда, неинтересно, что она хочет мне сказать, но Марина цепляется за рукав так крепко и отчаянно, что сбросить её руку не получается.

– Пожалуйста… - её голос дрожит, а на глазах выступают слёзы. – Мне очень нужно поговорить с тобой с глазу на глаз…

Вздыхаю, глядя на наручные часы. Сейчас как раз время обеда. Хотел зайти в ресторан возле офиса, но, в принципе, могу перекусить где-нибудь рядом.