Чтение онлайн

– Я скоро буду, - ответил он и закончил разговор.

Тао, очевидно, подслушав разговор, сказал:

– Мы здесь разберёмся, а ты иди к своей девочке.

Спустя короткое время Маркус зашёл в домик Ника и Шайи. В гостиной сидели и вели напряжённый разговор Альфа-пара вместе с Дерреном, Эли и стражи.

– Где она?

Ник вскочил на ноги.

– Что ты тут делаешь?

Шайя быстро объяснила:

– Я позвонила ему.

– Ты позвонила ему?
– повернувшись к Шайе, переспросил он.

– Он может помочь.

– С чего ты это решила?

Оставив спорящую пару, Маркус повернулся к Эли.

– Почему вы все так волнуетесь? Если ты думаешь, что Рони не скоро вернётся, должно быть что-то случилось. Вчера, когда она уходила от меня, была абсолютно спокойной.

Эли вздохнул, явно обеспокоенный.

– После того, как мы вернулись, она исчезла, и мы подумали, что она перекинулась в волчицу. Когда такое происходит, её не хватает надолго, просто избегает людей, но всегда возвращается, правда могут пройти месяцы, прежде чем она вернётся в человеческое обличье. Она не делала этого с тех пор, как мы сюда переехали, но мы волновались, что видео оживит воспоминания и станет своего рода триггером. Она просто пряталась в одном из домов. Мы пытались заверить её, что быть расстроенной это вполне нормально...

– Она выглядела расстроенной?

Казалось, Эли удивился такому вопросу.

– Что?

– Она выглядела расстроенной? Сама об этом сказала?
– Потому что у семьи была неприятная привычка "предполагать", когда дело доходило до Рони - они предполагали, что знают, какие чувства она испытывает, что для неё лучше, каковы её пределы и чего она хочет.

– Нет, она говорила, что с ней все в порядке. Но она не могла быть в порядке. И всё же, выгнать ей нас не удалось. А потом она сцепилась с Ником из-за решения стоит ли все рассказать маме или нет. Думаю именно это и стало вишенкой на торте, Рони уже многое пережила, а этот спор лишь всё ухудшил. Поэтому она просто сдалась и перекинулась, чтобы сбежать от этой ситуации.

Возможно. Но у Маркуса ничего не складывалось. Это не похоже на ту Рони, которую он узнал - она не "сдаётся". В любом случае...

– Шайя, ты должна была позвонить мне раньше. Кэти рассказали о видео на сайте?
– Маркус может врезать Акстону, если он сделал что-то настолько идиотское.

– Я убедила Ника ничего не рассказывать, - заверила его Шайя.

Отлично.

– Я хочу её увидеть.

Ник сделал шаг навстречу.

– Подожди минуту...

Шайя схватила его за руку.

– Нет, это ты подожди минуту, Ник. Есть шанс, что он сможет помочь.

– И как, например? Он никакой роли не играет в жизни Рони.

– Она поставила на нём метку, - прочистив горло, сказал Деррен.

В комнате внезапно стало холодно. Ник медленно повернулся к своему бете.

– Ты же не просто так сказал, что она его пометила.

– Послушай, Ник, мы все знаем - ты хочешь, чтобы Рони была счастлива, - сказала Шайя, - И это здорово, но сейчас она далеко не счастлива. Мы не смогли ей помочь. Что плохого в том, чтобы позволить Маркусу хотя бы попробовать?

Слова "позволить Маркусу хотя бы попробовать" заставили его ощетиниться. Это не переговоры.

– Я не уйду, пока не увижу Рони.

– У тебя здесь нет права голоса, Фуллер. Это не твоё дело, а дело стаи...

– Дело касается Рони, а значит и меня. Я знаю, что ты беспокоишься за сестру, и знаю, что тебе будет неприятно, если другой мужчина сможет помочь ей, в то время как ты не смог. Понимаю. Но речь идёт о Рони - ни о тебе, ни обо мне, и ни о чьей-то гордыне.
– Маркус снова повернулся к Эли.
– Где она?

Эли перевёл взгляд от Ника к Маркусу, и потом вздохнул.

– Пошли.
– Он вывел Маркуса из дома и повёл вглубь территории стаи Меркурий. Молча рядом шли Ник и Деррен. В конце концов, Эли остановился рядом с упавшим дубом.
– Если дальше пойдёшь прямо, то выйдешь на поляну. Мы будем здесь, иначе она нас учует. Её волчица никого из нас не подпускает, даже Шайю.

Деррен почесал затылок.

– Её волчица так же, как и Рони зла. А так как досада Рони будет подпитывать волчицу...

– Сейчас она не устойчива, - закончил Маркус.

Эли кивнул.

– Мы подождём тебя здесь, на тот случай если она тебя прогонит.

– Не прогонит.

– Почему ты думаешь, что её волчица тебе подпустит, когда других сторонится?
– спросил Ник. Враждебность исчезла, и вопрос был искренним.

– Потому что я принадлежу её волчице.

Метка может и временная, но для животного это неважно, потому что волки жуткие собственники.

Оставив остальных, Маркус пошёл вперёд, позволяя веткам громко ломаться под ногами, чтобы она почувствовала, как он приближается. Испуганный волк - всегда плохо. Вскоре Маркус вышел на поляну. Тёмно-серая волчица лежала у маленького ручья, но глаза - такие настороженные, умные и бдительные - она со смертельной точностью приковала к Маркусу. Он столкнулся с волчицей Рони во время битвы с экстремистами. Она была уравновешенной, но когда требовалось, становилась ужасной. И по этой причине он не будет спускать своего волка - естественная реакция самца заключалось в доминировании над самкой, чтобы та успокоилась. Это не сработает. Самка скорее сразится с ним, чем подчинится. Маркус сделал несколько шагов вперёд.

– Привет, красавица.
– Конечно, волчица слов не понимала, но его спокойный, обходительный тон заверил бы её, что он тут не для того, чтобы доминировать. Кроме того, Маркус знал, что Рони могла слышать и понимать его. Самка подняла голову, и больше никак не отреагировала. К его облегчению, она не пыталась прогнать его. А значит, по крайней мере, приняла его присутствие, хотя она явно не желала компании.

Маркус присел на корточки и похлопал рукой по земле.

– Иди сюда, милая.- Она осталась на месте и просто продолжала смотреть на него, как охотник, который ничего не упустит из виду. Подойдя к ней, Маркус и балла бы не заработал. Для волчицы он уже вторгся в её личное пространство, хотя его никто и не приглашал. Нет смысла давить. Через минуту или около того, она, наконец, пошла к нему. Маркус не двигался, пока она приближалась, выглядя при этом одновременно изящной и опасной. Она не остановилась до тех пор, пока не оказалась рядом, заполняя его личное пространство, явно веря, что у неё есть на это право.

– Хорошая девочка, - тихо сказал он. Маркус нежно погладил её по холке, густая шерсть оказалась мягче, чем он думал. Маркус потёрся щекой б её шею, и волчица ответила тем же, прежде чем лизнуть его в подбородок.
– Ну, разве не красавица?
– Она ещё раз лизнула его.
– Вернись, Рони.

На мгновение волчьи глаза стали человеческими, и в них было раздражение. Она острыми зубами прикусила его подбородок, а потом отошла. Явное доказательство, что она ещё не готова перекинуться обратно.

– Но я хочу поговорить с тобой.
– Самка кинула грязь в него.
– О, вот так, значит?
– улыбаясь, спросил он, стряхивая грязь с одежды.
– Хорошо, думаю, тогда я устроюсь удобнее.
– Он сел, прислонившись к дереву, заявляя тем самым, что никуда не уйдёт. Снова на него зыркнули глаза человека, полные раздражения, когда самка оскалилась, обнажая клыки, и низко зарычала на него. Угроза шла от Рони, Маркус чувствовал это, и поражался такой тесной связи волка и человека.
– Ты не заставишь меня уйти. Я остаюсь. Да и пришёл не для того чтобы давить. Нужно пространство, пожалуйста, оно у тебя есть, но я буду рядом.