Чтение онлайн

Вероятно, он последний ублюдок, раз даже решил рассмотреть эту вероятность. Да, многие оборотни решают остаться с теми, кто не их истинная пара, так как осознают, что могут никогда её не встретить. Гейб и Хоуп яркий пример. Но Маркус знал от Провидицы, что найдёт свою истинную пару и это всё в корне меняло.

Будь он честен с собой, понял бы, что не мог сделать пару счастливой. Он не стал бы заводить с ней детей, потому что отказывался позволять им видеть то же, что и он в детстве.

Учитывая, что Маркус и его пара принесут друг другу только несчастье, он сомневался, что брачная связь вообще будет полной. А из-за этого у них разрушится тот хрупкий мир и появится негодование. Нет, они не могли сделать друг друга счастливыми.

Рони, с другой стороны... делала его счастливым: все эти ухмылки, леденцы и прочее. Всё в нём противилось мысли уйти от неё, словно, если уйдёт, совершит огромнейшую ошибку, о которой будет сожалеть.

Волк не возражал против решения Маркуса, что шокирует, учитывая, что, сблизившись с Рони, он откажется от истинной пары. У волка - с его прямолинейностью - не было бы проблем, о которых говорила Провидица, с парой. Всё же, его волк поддерживал идею остаться с Рони, потому что она нравилась зверю.

Вновь посмотрев на Рони, он увидел, что родственница Грейс так и болтает с ней. Маркус не сдержал улыбки. Его милая крохотная волчица выглядела загнанным в угол диким животным и, казалось, скрежетала зубами, грызя леденец. Очевидно, с неё хватит. Он знал, что в любую минуту она...

Наконец, она вынула леденец изо рта и склонила голову.

– А ты знала, что, если желудок не производит новый слой слизистой оболочки каждые две недели, начинает переваривать себя?

А вот и этот момент.

Опешив, женщина открывала и закрывала рот, не зная, что ответить.

– К-хм... нет, не знала. Как... интересно.

– Очень, правда?

– Я... к-хм... думаю, мне надо проверить, как там моя пара.

Оказавшись, наконец-то, одна, Рони облегченно расслабилась. Маркус тихо подошёл к ней.

– Это было не очень мило.

Повернувшись к нему, Рони невинно захлопала глазами.

– Что? Чего я такого сказала?
– Конечно, она почувствовала, как Маркус за ней наблюдал. Он всегда чувствовала, и каждый раз её тело беспокойно реагировало.

Он прижал к себе Рони и оставил на её шее собственнический поцелуй, купаясь в аромате Рони.

– Ты вызвала её смущение и заставила ретироваться.
– Он забрал у неё леденец и выкинул в мусор, на что она заворчала.

Рони не удивилась тому, что он раскусил её игру. Он слишком внимателен.

– Маркус, она говорила о моде. Моде.
– Рони показала на себя, одетую в военного типа штаны, кеды и футболку с надписью "Я не общительна... вас предупредили".
– Похоже, что я читаю "Вог"?
– Она могла уничтожить Альфу, человека или волка, мужчину или женщину. Но если зашёл разговор о шпильках? Она оказывалась вне зоны комфорта.

Он осмотрел её с головы до ног.

– Мне нравится твой прикид. Тебе идёт.

Его томная улыбка принесла пользу, как и последовавший чувственный поцелуй и то, как он прикусил её нижнюю губу... о да, для неё это была огромная польза. Когда изумление ослабло, Рони откашлялась и осмотрела Маркуса. Здесь и там были видны подтёки и синяки, но быстро исчезали. Тем не менее, ни ей, ни её волчице, не понравилось видеть его раны.

Не будь Маркус на пути исцеления, она бы расцарапала лица братьев.

– Рада, что ты выжил. И даже все зубы целы. Кости сломаны?

– Зависит от того, чьи это кости.

Она собралась было спросить, но тряхнула головой.

– Вот не хочу даже знать.

Маркус зарылся лицом в изгиб её шеи и втянул носом воздух.

– Твой запах меня с ума сводит.
– Он лизнул метку на горле, наслаждаясь трепетом Рони.

Когда он говорит этим низким голосом, с телом Рони происходят интересные вещи.

– В хорошем смысле или плохом?

Маркус понимал, что делала его порочная улыбка.

– В самом что ни на есть лучшем.
– Он прикусил мочку её уха, но едва не выпрыгнул из кожи, когда Рони завела руку за него и провела ладонью вдоль позвоночника. Во-первых, потому что ощущения были невероятными, а во-вторых, потому что Рони не входила в число тех, кто проявлял ласку, особенно на публике. И если она вот так прикасалась к нему на глазах у всех, многое значило, в том числе принятие и заявление.
– Я не был уверен в том, что ты ответишь.

– Ну, я много об этом думала, и поняла, что ты полезен.

Он улыбнулся.

– И в чём же?

– Мало говоришь, а мне не нравятся светские беседы. Ты можешь поменять колесо, стоять вместо меня в очереди - ненавижу очереди. А ещё можешь принести мне шоколадный торт.

– Что-нибудь еще?

– Да. Никогда не пренебрегай точкой G. Иначе пожалеешь.

Он рассмеялся.

– Принято к сведению.

– Ро!

Рони опустила взгляд на Кая, который улыбался ей, держа в каждой руке печенье.

– Привет, малыш. Что это у тебя?

Насупившись, он прижал к груди печенье.

– Моё!

– Ну, конечно.

– Мар!

Маркус улыбнулся.

– Эй, малыш, а почему бы тебе не показать Рони свой альфа-рык?
– выражение лица Кая тут же изменилось на яростное, и он оскалился.

– Ого, как страшно, - Рони нахмурилась, когда Кай начал кружить вокруг своей оси.
– Что он делает?

Маркус вздохнул.

– Пускает газы, а потом ищет вонь.

К ним подошли Тао, Доминик и Райан. Доминик кривился и держался за коленку.

– У тебя есть пластырь?
– спросил он Рони.

Она свела брови.

– Нет, а зачем?

– Я ушиб колено, когда падал жертвой твоей красоты.
– Смеясь, он еле увернулся от кулака Маркуса.

Тао покачал головой на Доминика и протянул пиво Рони и Маркусу.

– Дом, иногда я очень опасаюсь за твою жизнь.
– Райан хмыкнул в поддержке.

– Ра! Ра! Ра!
– Кай дёргал стража за джинсы. Ребёнок странно был привязан к Райану, хотя тот мало говорил и вообще с ним не играл. Выглядя сконфуженным, Райан взял Кая за шиворот и поднял на уровень лица. Малыш рассмеялся и начал болтать ногами, стараясь ударить Райану по носу.