Чтение онлайн

Наконец, Ливии это надоело. Она взяла скальпель медицинской тележки, которую поставила рядом с кроватью, и разрезала им спереди халат на пациентке. Распахнув его, она некоторое время любовалась подтянутым, стройным телом девушки. Салли была не самой привлекательной – Ливия видела девушек и покрасивее, но и уродиной не была.

Ливия ущипнула девушку за сосок, потянула за него, чтобы он максимально вытянулся, и скальпелем отсекла его от груди Салли. Пациентка резко выдохнула и, наконец, пришла в себя.

Глаза Салли открылись и мутными глазами она пыталась сфокусировать свой взгляд на медсестре.

– Что... что... происходит?

Ее обескураженный взгляд переместился вниз, глаза расширились, когда она увидела кровь, растекающуюся по груди.

– О... как больно! Что вы сделали?! Зачем?!!

– Я отрезала тебе сосок, - Ливия усмехнулась, услышав новый страдальческий стон пришедшей в ужас Салли.
– Но могу вернуть его тебе, раз ты такая жадная.

Лицо девушки исказилось от боли и замешательства.

– Что... – Салли задыхалась от страха.
– Что... вы имеете в виду?

Ливия держала окровавленный сосок двумя пальцами перед глазами пациентки. Улыбаясь еще шире, она сунула кусочек жесткой плоти в открытый рот Салли и закрыла ей рот ладонью, чтобы та не смогла его выплюнуть. Усмехнувшись, наклонившись ближе, она сказала:

– Глотай, сука! Глотай свою гнилую плоть, отвратительная мразь!

Салли делала глотательные движения, но у нее ничего не получалось. Сосок застрял у нее где-то в горле, и казалось, не хотел проходить в пищевод.

Ливия поднесла скальпель к горлу Салли, прижимая холодное и острое лезвие к ее коже, давая понять, как легко сможет рассечь ей шею, если та ослушается. Глаза Салли наполнились слезами, она уже полностью сбросила остатки сонливости и осознала весь ужас своего положения. Ливия завороженно следила за обезумевшими от страха глазами своей жертвы, ее усилиями успокоиться и сосредоточиться на глотании.

Сделав усилие Салли, проглотила свой отрезанный сосок.

Снова улыбнувшись, Ливия убрала руку ото рта пациентки и опустила окровавленный скальпель в судно на тележке. Она открыла одну из коробок на тележке и вынула два небольших предмета, оба завернутые в бумагу, намеренно медленно разворачивая свертки перед глазами. Выражение ужаса на лице девушки вызвало у Ливии приятное возбуждение.

Затем она продела отрезок шовной нити в ушко хирургической иглы и принялась за рану Салли. Она работала быстро, сшивая рваные края плоти и стягивая их вместе с ловкостью и профессионализмом, приобретенным за годы работы в этой области.

Как и у доктора, Ливия довольно долго проработала в государственных госпиталях и частных клиниках. Однако шлейф таинственно умерших пациентов, оставленный ею от одного места работы до другого, привлек внимание полиции. Именно в тот момент, когда ей грозило судебное преследование, с ней связался представитель Тюрьмы №13 и сделал предложение, от которого она не смогла отказаться. Это предложение звучало как воплощение мечты. Медсестра даже и не мечтала о том, что ей еще и будут платить за воплощение в жизнь всех ее самых темных, самых тайных фантазий. Что может быть лучше этого?

Салли кричала, когда игла снова и снова пронзала в ее плоть без анестезии. Она попыталась вывернуться, но все попытки были тщетны. Ее искалеченные руки были надежно привязаны к кровати. Она не могла ими пошевелить. Но она все равно сопротивлялась, дергаясь в путах со свирепостью бешеной собаки.

Ливия закончила работу и показала Салли шовную иглу, поднеся ее близко к ее покрытому потом лицу.

– Прекрати дрыгаться, или я заставлю тебя проглотить ее.

Салли сразу же прекратила сопротивление. Однако гнев девушки прорвался сквозь ее слезы:

– Ты, гребаное чудовище!

Ливия приподняла бровь, выбросив использованную иглу в мусорный бак.

– Я понимаю, что ты на меня обиделась. Я бы на твоем месте тоже была бы в ярости. Но я не на твоем месте, Салли. Здесь власть принадлежит мне, и я могу делать с тобой все, что захочу. Так что, на твоем месте я бы следила за тем, что говоришь. Никогда не знаешь, до чего можно договориться, - oна пожала плечами, улыбаясь.
– Возможно, мне могут не понравиться твои оскорбления, и я отрежу твой язык.

Салли ничего не сказала, но было видно, что внутри она кипит в гневе. Ливию это даже возбуждало. Пока сучка подчинялась и держала рот на замке, ее все устраивало.

Ливия открыла папку, лежащую на тележке и достала большой конверт.

– Умничка, Салли. Тебе нужно учиться сохранять спокойствие. В дальнейшем тебе это очень пригодится. Видишь ли, боюсь, у меня для тебя плохие новости.

Салли нахмурилась.

– Плохие новости? Хуже, чем эта?

Ливия открыла конверт и достала лист рентгеновской пленки, протянув его Салли.

– Пока ты была без сознания, доктор провела тщательный осмотр. Она обнаружила некоторые тревожные симптомы и назначила рентген. Это рентгеновский снимок твоей грудной клетки. Как ты можешь видеть...
– медсестра не глядя ткнула в середину снимка, - есть подозрение на опухоли. Боюсь, нам придется тебя оперировать.

Дыхание Салли участилось, черты лица исказились в растущем беспокойстве.

– Что? О чем ты говоришь? Покажи мне снимок.

Но Ливия положила рентгеновскую пленку обратно в конверт и вернула в папку. На самом деле это был не снимок груди Салли. Она просто вытянула снимок наугад и издевалась над девушкой, веселясь от бури эмоций, промелькнувшей на лице несчастной. Это была ее извращенная игра, жуткая пьеса, которую она разыгрывала много раз за годы работы в Тюрьме №13.

Ливия снова взяла окровавленный скальпель.

– При всем уважении, грязная шлюха, мы - медицинские работники, а ты - мразь. Ты должна быть благодарна, что мы вообще заботимся о тебе.

Салли дрожала. На ее лбу выступили капельки пота.

– Не делай этого. Пожалуйста. Господи, помоги мне. Пожалуйста, не надо.

Ливия засмеялась.

– О, пожалуйста. Богу нет дела до тебя, глупая корова. Посмотри на себя. Разве ты была бы здесь, если бы Он заботился о таких как ты?

Салли захлебнулась в приглушенном всхлипе.

– Пожалуйста. Я умоляю.

Медсестра засмеялась.

– Ах, умоляю, началось. Поверь, мы практические еще даже и не начинали.

Прежде чем пациентка смогла ответить снова, Ливия воткнула скальпель в живот женщины чуть ниже грудной клетки и сделала надрез. Салли кричала и визжала, когда из глубокого разреза хлынула кровь.

Ливия смеялась и продолжала резать.

* * *

Ее звали Ленор Флэнаган, но прозвище "Паучиха" она получила вскоре после прибытия в Тюрьму №13, восемь месяцев назад. Прозвище ей даже понравилось, оно пугало людей одной своей ассоциацией. И она полностью оправдывала свою кличку, часто подкрадывалась незаметно, внезапно появляясь там, где и когда ее меньше всего ожидали. Остальных это нервировало и приводило в замешательство.