Чтение онлайн

– Могу задать тебе девчачий вопрос? – спросила Кловер.

– Я не девочка.

– Хорошо, могу задать тебе женский вопрос?

– Можешь спрашивать, о чем угодно.

– О чем ты думаешь?

– Почему ты спрашиваешь?

– Ты улыбался. Я хотела знать почему.

Эрик хотел рассказать ей правду, о том, что они хороши вместе, как он уже волнуется о ней и надеется, что они доживут до Дня Благодарения. Но он не сказал этого, потому что Рути слишком хорошо его обучила. Нельзя давить на женщину в начале отношений. И он сказал полуправду:

– Я думаю, что рад, что ты выбрала меня, а не Свена.

– Родители? – спросила Кловер. – Я так полагаю, они у тебя есть?

– Да. И они оба живее всех живых. Мама работает на почте, а папа ремонтирует крыши. Он немного притормозил в последние несколько лет, но все еще работает больше, чем нужно.

– Братья, сестры?

– Я единственный ребенок. Мои родители любят говорить, что всё поняли с первого раза.

– Хм… – Она остановилась и попыталась думать о том, что может спросить ее семья за ужином. – Концерты? – задала вопрос Кловер. – Это может всплыть в разговоре. Хантер и Лиза часто ходят на концерты. Он в совете директоров местной филармонии.

– На последнем концерте я был пару лет назад с Рути, она тогда обожала «Хайм». Отличное шоу.

– Концерты, куда бы ты хотел сходить.

– Я был на концертах Дэйва Мэтьюса раз пять, – сказал Эрик. – Но это было в старших классах.

Кловер кивнула.

– Значит, ты был стоунером в старшей школе, как я вижу.

– Хотел бы я, – ответил он. – Но нет. Мне действительно нет оправданий. Я просто любил их музыку.

Кловер спрятала улыбку за чашкой с кофе, пока Эрик продолжал грести. Погода стала почти приятной, по крайней мере, для второй половины ноября в Орегоне. Небо все еще было серым, в облаках, но дождя не было, и температура колебалась в районе шестнадцати градусов с обеда. Идеальная погода для того, чтобы покататься на лодке по озеру. Эрик настоял, что будет грести, и она не возражала, сидя в лодке и наблюдая за ним. На нем был легкий свитер с закатанными до локтя рукавами, открывая его прекрасные мускулистые руки, пока он двигал веслами. Она понимала, что надо бы насладиться пейзажем – горами, деревьями, озером, но Эрик, вне сомнения, был лучшей частью пейзажа.

– Как насчет тебя? – поинтересовался он. – Концерты? Любимые группы?

– Я играла на виолончели в старших классах и колледже. Я все еще сноб в вопросах музыки. Но мне нравится Элисон Краусс.

– Это же кантри, верно?

– Блюграсс и кантри. Мама – профессор английского языка, поэтому разговор может пойти о книгах. Любимые книги? Последняя прочитанная? – продолжила допрос Кловер.

– Последняя – «Прогулка по лесам» Билла Брайсона. Любимая? Ну, или «Прощай, оружие» или «Дом из рассвета».

– Я не читала ни одну из них.

– Рути пришлось их читать на уроке литературы. Я прочитал пару книг Хемингуэя в старших классах, но перечитал его, когда она начала читать эту книгу. И я никогда не читал «Дом из рассвета», но, вау, это чертовски классная вещь.

– Ты читаешь книги, которые Рути читает в школе?

– Почему нет? Я имею в виду, она умнее, чем я, но пока не хотелось бы, чтобы она это поняла.

– Она умна, так же, как и ее отец.

– Расскажи ей об этом.

– Расскажу. Она может назвать ритуальные целебные свойства сотни видов ладана, но я сильно сомневаюсь, что она сможет поменять кедровый настил.

– Да, но она и не подходит к кедру. Она говорит, что в нем много мужской ауры. Вероятно, его запах повышает мужественность.

– Это объясняет прошлую ночь. И сегодняшнее утро.

– И сегодняшнюю ночь и завтрашнее утро…

Она наклонилась и поцеловала его, когда он наклонился вперед во время гребли.

– Я совершенно забыл, о чем мы говорили, – признался он, снова взявшись за весла.

– Мы говорили о том, как дерево дает тебе силы.

– До этого.

– Книги и музыка, и все остальное, что знают друг о друге настоящие пары, чтобы мы могли убедить моих родителей в том, что встречаемся больше трех дней, – сказала Кловер, напрягаясь при мысли о Дне Благодарения. Два дня. Всего лишь два дня. Она хотела, чтобы это произошло сегодня, чтобы поскорее с этим покончить. Она хотела, чтобы у нее было больше времени, проведенного с Эриком.

– Откуда твоя семья? – спросил Эрик. – Где ты выросла? Мне, наверное, нужно знать о твоем прошлом. Об этом может пойти речь.

– Родилась и выросла в Редмонде. После того, как мама получила степень, они переехали в Сакраменто, и она начала работать в университете. Она вышла на пенсию в прошлом году. Я была в колледже, когда они переехали, поэтому осталась в Орегоне. Хантер – мой старший брат. Он банковский работник в Спокане. А моя сестра вышла замуж сразу после колледжа за сына застройщика из Сиэтла.

– Похоже, здесь дело в деньгах.

– В больших деньгах. Келли никогда не нужно было работать, поэтому у нее уже четверо детей, хотя она младше меня на восемнадцать месяцев.

– Четверо детей? В двадцать восемь?

– Близнецы Йэн и Ева. Старшая Елена. Гус еще малыш. Ему четыре. Хантер женился на Лизе, и у них трое детей – Скай, Пейдж и Зоуи. Запомнил?

Эрик глубоко выдохнул, его глаза широко открылись.

– Мне бы это записать. У тебя есть таблица или что-то такое?

– Я сделаю.

– Спасибо. И можно еще карточки. А что насчет твоего папы?

– Он тоже академик. Декан на пенсии. Это еще один вопрос нашей семьи. Я проучилась в колледже три года и бросила до окончания.

– Почему?

– Мне предложили хорошую работу в теплице, я работала неполный день. Управленческая работа, хорошая оплата и привилегии. Мне больше нравилась работа, чем учеба, поэтому и выбрала ее. А с мамой-профессором и отцом-деканом? Они не очень были рады моему выбору.

– Я понимаю, что тогда они могли быть не рады, но ты же сейчас не продаешь карандаши на улице и не спишь в канаве. Ты очень многого добилась.

– Скажи это им, – произнесла она. – Я имею в виду, не говори им это. Нам не надо спорить с семьей. Нам надо все проглотить и пройти через это без потерь. Особенно мне.