Чтение онлайн

Как только Катрина почувствовала, что снова контролирует свои эмоции, она взяла ноутбук, который использовала для расчета заработной платы и бухгалтерского учета, и включила его, чтобы поработать в безопасности кабинета, где ее никто не побеспокоит, и ей не придется подслушивать или подсматривать за бромансом Коннора и Мейсона.

Примерно через час в кабинет вошел Мейсон, сверкая глазами и излучая веселье. Он сел в одно из кресел перед столом, явно желая поговорить.

— Разве не здорово снова увидеть Коннора? — спросил Мейсон, но, к счастью, не дождался ее ответа, потому что, очевидно, он был рад встрече со старым другом. — Не верится, что прошло столько времени, и теперь он вернулся в город.

— Надолго? — спросила Катрина, молясь, чтобы для Коннора это была временная остановка, и он скоро уедет.

— Он уволился из армии несколько месяцев назад и решил вернуться в Чикаго, — сказал Мейсон, и Катрина почувствовала, как давление в груди вернулось. — Сейчас он работает в магазине мотоциклов у своего приятеля, пока не найдет что-то более постоянное, но, насколько я понял, он остановился в этом районе.

Катрина знала, что у Коннора нет семьи, так что, да, теперь, когда он снова стал гражданским, вероятно, возобновит общение со старыми друзьями. Большую часть своей жизни он воспитывался в приемных семьях, и последнее, что она слышала, прямо перед тем, как он подался в морскую пехоту, то, что семья, в которой он жил, с облегчением восприняла его уход, потому что с ним было столько проблем. По словам Мейсона, в то время у Коннора имелось два варианта: либо пойти служить в армию и получать стабильную зарплату, либо стать бездомным, поскольку ему исполнилось восемнадцать и он больше не находился под опекой штата.

— Он спросил, не хочу ли я сходить с ним сегодня вечером в «Кинкейд», — сказал Мейсон. — Хочешь пойти с нами?

Она тут же покачала головой. Хотя ей и не нравилось, что Мейсон будет проводить много времени с Коннором, она не собиралась быть одной из тех подружек, которые не позволяют своему мужчине проводить время с друзьями. Она также не хотела объяснять свое отвращение к Коннору, потому что, если Мейсон потребует от Коннора объяснений, Катрина уже знала, какой будет его извращенная версия событий. И ее самый большой страх заключался в том, что Мейсон посмотрит на нее по-другому и будет относиться к ней иначе. Или, что еще хуже, — поверит лжи Коннора, как ее мать поверила лжи отчима. И это в конечном итоге уничтожит ее.

Нет, было лучше, вообще избегать всего, что имело отношение к Коннору, включая общение с ним в любом виде или форме.

— Думаю, я пас, — сказала она как можно вежливее, чтобы Мейсон не подверг сомнению ее решение. — У меня есть кое-какие дела после работы, и мне нужно сделать кое-что в квартире, так что иди один.

Он склонил голову набок, в его глазах отразилась теплота и привязанность.

— Тогда увидимся позже? После бара я приду к тебе.

Она кивнула.

— Конечно. Звучит неплохо.

Но позже тем же вечером, чем больше Катрина думала о том, как Мейсон проводит время с Коннором, а потом придет к ней и станет о нем рассказывать, она поняла, что ей этого не выдержать.

Поэтому вместо встречи она отправила Мейсону сообщение.

У меня разболелась голова, и я рано лягу спать. Увидимся утром.

Через несколько минут он ответил:

Уверена? Тебе нужно, чтобы я принес тебе что-нибудь? Я могу уйти прямо сейчас и быть у тебя через несколько минут.

У нее перехватило горло от такой заботы Мейсона, он готов покинуть бар, чтобы быть с ней — ей нужно было только попросить. Но, честно говоря, после событий этого дня ей хотелось побыть одной.

Я в порядке. Обещаю.

Безусловно, она лгала. Внутренне она была разбита. Возвращение Коннора разрыло старые воспоминания, превратив их в реальность, и Катрина не знала, каким образом с ней снова будет все в порядке.

* * *

Мейсон понятия не имел, что происходит с Катриной, но их отношения за считанные дни перешли от удивительного максимума к рекордно низкому минимуму. От того, что она проводила каждую ночь с ним, до оправданий, что у нее есть дела, что она устала или плохо себя чувствует и хочет спать в своей постели.

Первые несколько дней в этом не было ничего страшного. Но сегодня была пятница, начало выходных, обычно они вместе с Катриной чем-то занимались вместе, а вместо этого он сидел «У Кинкейда», потягивая пиво и ожидая, пока Коннор присоединится к нему, чтобы выпить, потому что Катрина оттолкнула его под предлогом того, что ей нужно поработать над дизайном по заказу клиента. Это могло быть правдой, но тот факт, что она настояла на том, чтобы остаться дома одна, расстроил Мейсона.

Он чувствовал, как она отстраняется от него эмоционально и физически, изолируется, и Мейсон совершенно не понимал причины. Когда он спрашивал, она всегда уверяла его, что с ней все в порядке, но они дружили достаточно долго, чтобы понимать, что Катрина не честна с ним. Даже когда он пытался спонтанно обнять или поцеловать ее, она напрягалась. Вся эта ситуация до чертиков пугала Мейсона, потому что он не знал, что случилось или что он сделал такого, чтобы так отдалить ее.

Единственное, что он знал наверняка: что-то должно произойти, и скоро.

— Готов сегодня вечером устроить настоящий ад? — спросил Коннор, когда наконец добрался до «Кинкейда» и скользнул на барный стул рядом с Мейсоном. Он потер руки в предвкушении. — Как в старые времена?

Мейсон взглянул на мужчину, радуясь отвлечению от тревожных мыслей о Катрине, и выдавил из себя улыбку.

— Я уже много лет не дебоширил.

По крайней мере, не так, как в школе, когда его подростковое поведение подпитывал гнев, а его единственной целью было быть настолько безрассудным и дерзким, насколько это возможно — чтобы разозлить Клэя, его учителей и всех, кто имеет авторитет.

— Думаю, мои дикие дни уже позади, — добавил Мейсон, и, честно говоря, он наслаждался стабильностью в своей жизни. Без сомнения, он знал, что Катрина сыграла огромную роль в укрощении того дикого и беспечного человека, которым он был.

— Нет, спорим, я смогу вернуть их обратно, — уверенно заявил Коннор и подозвал Тару, хотя та была безумно занята пятничной вечерней толпой.

Когда девушка подошла, Коннор заказал две порции дешевой текилы и выпил обе, как только Тара поставила перед ним стопки.

— Напиться — хорошее начало вечера, — сказал он с ухмылкой и оглядел посетителей заведения.

Столы были заполнены, как и танцпол. Люди хорошо проводили время, и внезапно Мейсону захотелось оказаться где-нибудь еще, но он не хотел бросать друга так скоро после его прибытия. Было действительно здорово снова увидеть Коннора, и вне всяких сомнений, армия его немного исправила. Но за последние несколько дней, когда Коннор спонтанно заходил в салон и встречался с ним «У Кинкейда» после работы, чтобы возродить их дружбу, Мейсон видел проблески все того же высокомерного, самоуверенного и даже немного вспыльчивого парня.