Чтение онлайн

Когда она ничего не ответила, он снова нагло посмотрел на Мейсона.

— Как я сказал тем вечером в баре: она — горячая телочка.

Мейсон снова направился к Коннору, но Катрина схватила его за руку, останавливая, прежде чем он покалечит мерзавца и, в итоге, будет арестован за нападение.

— Не надо, — тихо попросила она, желая, чтобы все закончилось. — Он того не стоит.

Мейсон мгновение колебался, размышляя, а затем, наконец, сказал Коннору:

— Убирайся из моего салона, пока еще можешь ходить.

Бросив последний злобный взгляд на них обоих, Коннор развернулся и вышел из дверей склада как раз в тот момент, когда туда прибежала Жасмин. Ее глаза расширились, когда она заметила припухлость, уже начавшую проявляться на лице Коннора, и крови на его подбородке от прокушенной губы. Она быстро отступила назад, уступая Коннору дорогу.

— О, боже, — воскликнула Жасмин, бросаясь к Катрине. — Что случилось?

В дверях появились Калеб и Дерек, шок и беспокойство на их лицах сказали Катрине, что они также видели уходившего Коннора.

— Что, черт возьми, происходит? — спросил Калеб, рассматривая сцену перед ним.

— Этот придурок перешел границы, вот и все, — грубо сказал Мейсон. — Если он снова здесь появится, вызывайте полицию и пусть его арестуют за незаконное вторжение.

Калеб кивнул.

— Иисусе. Да. Конечно.

— Дадите мне минутку с Катриной? — попросил Мейсон.

— Безусловно, — сказала Жасмин, и они втроем покинули склад.

После их ухода Мейсон повернулся к Катрине с выражением почти… агонии на лице.

— Ты в порядке?

Она кивнула.

— Да.

И это было правдой. Несмотря на то, как все только что закончилось, возможность наконец противостоять Коннору казалась странным очищающим и катарсическим средством. Внутренне она чувствовала себя легче, будто больше не несла на себе то огромное бремя, которое управляло большей частью ее взрослой жизни.

Все еще хмурясь, Мейсон подошел к ней, скользнул пальцами под ее подбородок и приподнял его, чтобы тщательно осмотреть ее лицо.

— Он причинил тебе боль?

— Нет. Ты об этом позаботился. — Ей не хотелось думать о том, что могло бы случиться, не прибудь Мейсон вовремя.

— В этот раз, — пробормотал он с ноткой ненависти к себе. — Давай уйдем отсюда и поговорим, ладно?

С Мейсоном что-то было не так, и Катрина не могла отрицать своего беспокойства после всего, что Коннор сказал о ней.

— Хорошая идея.

Этот разговор давно назрел. Катрине только хотелось бы знать, чем все закончится, когда Мейсон узнает правду.

В машине Мейсон вел себя тихо, и когда Катрина украдкой взглянула на его профиль, на нем очевидно просматривалось беспокойство. Нахмуренные темные брови, сжатые челюсти и тонкая линия губ указывала на то, что он размышлял о только что произошедшем с Коннором в «Чернилах».

Хоть она и испытала облегчение от того, что сумела противостоять демонам прошлого, отрицать вновь возникшую панику, но по совершенно другой причине, не могла. Последние три дня она отталкивала Мейсона, хотя именно к нему ей стоило обратиться. Она заставила его почувствовать себя незначительным, он был ошеломлен ложью Коннора, так что, честно говоря, Катрина понятия не имела, в какой ситуации они находятся как пара.

Когда он подъехал к ее квартире, ее сердце наполнил страх. Мейсон никогда не отвозил ее домой, если они хотели побыть наедине, и она отчаянно старалась не предполагать худшего.

Храня молчание, он проводил ее до двери, а затем последовал за ней внутрь. Она оставила сумочку на маленьком столике в прихожей, прошла в гостиную и села на диван. Вместо того, чтобы присоединиться к девушке, Мейсон беспокойно расхаживал взад и вперед перед ней, явно слишком взволнованный, чтобы сидеть на месте.

Он глубоко вздохнул и, наконец, встретился с ней взглядом, его голубые глаза наполняла мука, которую она до конца не понимала.

— То, что сказал Коннор, правда? — спросил он хриплым голосом. — Когда мы учились в школе, он…

Он ждал, пока она сама закончит предложение, будто понимал, что произошедшее между ней и Коннором, было не по обоюдному согласию.

— Он изнасиловал меня. — Никакого смысла приукрашивать истину не было.

Он заметно вздрогнул и выругался себе под нос, его агония стала еще более явной.

— Господи, Катрина. — Он уставился на нее, его лицо искажала такая сильная боль. — Когда?

— Помнишь ту грандиозную вечеринку в доме Рика Акермана, когда его родители уехали на выходные? За несколько недель до выпускного ты, я и Коннор пошли туда вместе.

Когда Мейсон кивнул, она сложила руки на коленях и продолжила рассказ, чувствуя себя спокойнее, чем ожидала.

— После того, как позже ты ушел с Джессикой, Коннор начал непристойно заигрывать со мной и неуместно прикасаться. Он был пьяный и противный, и мне просто хотелось сбежать от него. Ванная внизу была занята, поэтому я поднялась наверх, даже не догадываясь, что он последовал за мной, пока он не затащил меня в одну из пустых спален и не запер нас там. Он был намного сильнее меня, и, как бы я ни пыталась, не смогла его остановить.

На этом она замолчала, зная, что Мейсону не нужны подробности.

— Прости меня. — Он провел ладонью по лицу, его раскаяние было осязаемым. — Мне чертовски жаль.

Она в замешательстве покачала головой.

— Тебе не за что извиняться, Мейсон. Ты в этом не виноват.

Он не выглядел убежденным.

— После того, как те хулиганы приставали к тебе в парке в день нашей встречи, и после того, как я узнал о жестоком обращении со стороны твоего отчима, я поклялся, что всегда буду защищать тебя и обеспечу твою безопасность. И, Иисусе, я полностью подвел тебя, когда ты нуждалась во мне больше всего.

Слова Мейсона шокировали. Она так волновалась, что узнав правду, он посмотрит на нее по-другому. Что это изменит их отношения. Ей и в голову не приходило, что он обвинит себя в событиях, над которыми не имел никакого контроля.

Катрина встала и подошла к нему, желая донести до него, что он не несет ответственности за действия другого мужчины.

— Ты меня не подвел, — сказала она, глядя прямо в его потемневшие голубые глаза и ненавидя самообвинение, которое она там увидела. — Ты не знал, что произойдет той ночью, и ничего не смог сделать, чтобы изменить итог. Поверь мне.