Порочный
Шрифт:
Я рассмеялся.
– Какие у тебя могут быть дела в одиннадцать лет? – хохотнул я.
– Очень даже важные, – оскорбилась Лиза. – Вчера, например, Машку, подругу мою, весь вечер успокаивала! Она же Мишку любит, жить без него не может. А он, гад, не любит ее, только за косички дергает и кнопки на стул подкладывает. Ну, куда это годится?
Лиза грустно покачала головой. Ну да, куда мне до ее проблем.
Я еле сдержал очередной приступ смеха, чтобы снова не обидеть девчонку.
– Слушай, Лиз, – вдруг серьезно заговорил я. – А ведь люди проявляют любовь по-разному. Я вот раньше тоже очень обижал одну девочку, она очень страдала из-за меня, а потом я понял, что люблю ее. Очень-очень. Так, может, этот ваш Миша тоже очень любит Машу, просто еще об этом не догадывается?
Лиза задумалась.
А я начал переходить к моментально придуманному плану.
– Лиз, у тебя телефона не найдется? Нужно человечку одному позвонить очень срочно, а мой разрядился. Не выручишь?
– Конечно, сейчас, – улыбнувшись, Лиза полезла в розовую миниатюрную сумочку, и через секунду телефон был уже у меня в руках.
Я отошел в сторону, широко улыбнулся. Она улыбнулась мне в ответ.
Нашел в «контактах» номер Данила.
«Братишка».
Я усмехнулся. Нажал на вызов.
Через несколько секунд я услышал знакомый голос.
– Ало, мелюзга. Тебе чего надо? Опять доконать решила? Я твою сотку не брал, еще раз говорю.
Я замолчал. Немного не ожидал такого поворота.
– Да не дуйся ты, малая. Нужны деньги – возьми да заработай! Я в твоем возрасте уже сам бабло мутил. Вот и ты давай начинай. Не знаю, на трассу там пойди. Фотки голые продай. Или как вы там, бабы, еще себе на жизнь можете зарабатывать, – хихикнул Данил.
Я немного поразился тому, как Данил может разговаривать со своей сестрой.
– Значит так, – наконец заговорил я. – Слушай меня внимательно. Твоя сестра сейчас у меня. Если ты хочешь, чтобы она ушла целой и со всеми конечностями, иди прямо сейчас на заброшку. А то я ведь псих… У меня даже справка есть.
На несколько секунд нависло гробовое молчание.
– Только попробуй тронуть ее, – прошептал Данил. Я буквально почувствовал через телефон, как побледнело его лицо. – Если хоть волосок упадет с ее головы…
– Я не причиню ей вреда, если ты сделаешь все, что я тебе скажу. Обещаю. Мы ждем тебя на заброшке.
И я оборвал звонок.
Надо же, несмотря на такое грубое общение, он все равно очень любит ее. Я уверен, он готов сделать все, лишь бы она была в безопасности.
– Спасибо, Лизок. Прям от души, – сказал я, ласково потрепав девчушку по макушке.
– Душевно в душу, – смеясь, продолжила Лизка.
Отдав телефон хозяйке, я направился на заброшку. Хорошо, что приготовленный рюкзак висел у меня за плечами, и мне не приходилось бы сейчас заходить за ним домой.
* * *
– Где Лиза? Что ты с ней сделал?! – ворвавшись в здание, сразу же крикнул запыхавшийся Данил. – Лиза, где ты? Лиза!
Я вышел к нему навстречу.
– Чего кричишь так? Тебя еще не режут пока, – спросил я его спокойным голосом.
– Что ты сделал с моей сестрой, тварь? – набросился на меня он.
Данил был настолько встревожен, что даже не заметил в моей руке электрошокер. Приблизившись ко мне, Данил получил мощный заряд тока.
– А-а-а! Что за чертовщина?! – воскликнул он, согнувшись в три погибели.
– Не волнуйся, деточка. Все по плану. По моему плану.
И я одарил его мощным зарядом еще раз.
А потом еще.
И еще.
Вскоре Данил упал без сознания.
Нельзя терять времени.
Ремнями крепко привязал Данила к стулу так, что он практически не смог бы шевелиться. Сам стул привязал к чему-то наподобие шеста. О да, я продумал все до малейшей детали.
Через какое-то время Данил очнулся. Несколько секунд он пробыл в ступоре.
Представление начинается. Берите попкорн, усаживайтесь удобнее и наблюдайте.
– Куда. Ты. Дел. Мою. Сестру, – делая акцент на каждом слове, спросил Данил.
Я улыбнулся.
– Если не ошибаюсь, она собиралась к бабушке. Но разве это имеет сейчас какое-то значение?
Данил взвыл. Он понял, что его обдурили. Понял, что оказался не умнее ребенка, который за конфетку сел в машину к незнакомому дяденьке.
Я подошел к нему, присел на корточки и, пристально глядя ему в глаза, заговорил.
– Помнишь ту беловолосую девочку, которую ты не так давно безжалостно заволок на эту грязную заброшку и которой сломал жизнь? А она тебя помнит. И уже вряд ли когда-то забудет. Ведь такое не забывается. И теперь я сделаю так, что ты даже у черта в котле будешь меня помнить.
Данил внимательно посмотрел на меня, а затем истерично засмеялся.
– Как же я сразу не догадался, – усмехнулся он. – Это все твоих рук дело. Ты довел до суицида трех моих друзей. Думаю, спрашивать, живы ли те двое, не имеет смысла. Они ведь тоже тогда присутствовали. Не так давно я пытался дозвониться до них, но они были недоступны. И это все из-за той девчонки, Господи. Точно, как же я сразу не допер. Да ты же жить без нее не можешь, как малолетняя тусовщица без члена в жопе.
Со всего размаху я ударил ногой Данила по лицу. Вскрикнув, он промычал что-то невразумительное.
– Аккуратно. Ты гуляешь по ножу, – предупредил его я.
Данил сплюнул кровью и чем-то еще. Кажется, я выбил ему зуб.
– Да иди ты…, – гордо произнес он.
Я начал бить его по лицу, в живот, по коленям. Я не разбирал, куда бью.
– Тебе следовало бы следить за словами, приятель, – саркастично усмехнулся я.
– Да какой ты мне приятель. Друзей на дырку променял. Теперь ты так, говна кусок.
Его слова нереально взбесили меня. Оскорбление в мой адрес никак не задело меня. Но как он посмел так назвать Еву?
Тише, Паша. Успокойся. Нельзя терять самообладание.
Я выдохнул.
– Давай сыграем в игру, – спокойно сказал я, наконец, вернув контроль над собой.
Данил презрительно посмотрел на меня. Это взаимно, дорогой.
Интересно, кто из нас ненавидит больше?
– Я дам тебе выбор. У тебя есть всего два варианта. Помнишь, в детстве, когда мы решали, чья команда будет водить, один из командиров прятал в руке камушек, и команда противника должна была угадать руку. Так вот, правила те же. Только оба варианта беспроигрышные. Погнали.