Чтение онлайн

Я достал из рюкзака две вещи, спрятал руки за спину.

– Давай, выбираю любую…. Не могу же я оставить тебя без права выбора.

Он не хотел принимать игру. Молчал как партизан.

Я резко ударил его в колено.

Данил понял, что здесь и сейчас он должен играть по моим правилам. Иначе это будет ему же дороже…

– Левую…, – прохрипел Данил.

– Молодец, послушный мальчик. Хороший выбор.

Мы улыбались оба. Торжествовали. Я и демон, сидящий во мне.

В левой руке я держал иголки.

В ту же секунду я подскочил к Данилу, схватил его перевязанную руку и начал втыкать иглы под его ногти…. Данил пробовал брыкаться, но тщетно.

До моих перепонок донесся душераздирающий крик.

Прикрыл уши ладонями. Нехорошо. Но и эту ситуацию я предусмотрел.

Достал из рюкзака затычки для ушей, всунул в положенное место.

Так-то лучше.

– Какую руку выберешь теперь? – громко произнес я, стараясь перекричать его крики и ругань. – Хотя знаешь. Мне надоела эта игра. Я выберу сам.

В правой руке я держал молоток.

Начал плавно подходить к Данилу.

– Нет! Нет!!! Не подходи ко мне, изверг! – истошно закричал Данил. Он был напуган так, будто видел самого черта.

Моя улыбка растянулась до такой степени, что я стал похож на чуваков из ужастика «Правда или действие».

– Посадили Мишку на пол, оторвали Мишке лапу…, – сладко пропел я.

– Нет! Не приближайся! Нет!!! Ненормальный! Сумасшедший! Больной!

Подойдя ближе, я с размаху зарядил по пальцам ног своему пленнику. Раздался звук чего-то ломающегося.А еще рев Данила.

Так как в мои уши были вставлены затычки, звук доходил до меня слабым, будто из колодца.

Я по-прежнему улыбался. Улыбался так, словно не уничтожал сейчас человека по частям, а пек яблочный пирог. Или рассказывал анекдот девушке. Или красил яйца на Пасху.

– Данил, ты же у нас горячий мальчик? – обратился к нему я.

Его лицо было красным, как болгарский перец. Он захлебывался слезами. Его трясло.

Данил старался не смотреть на меня. Его охватил животный ужас.

Я полез в карманы.

– Вот дерьмо. Зажигалку забыл…

В глазах Данила можно было увидеть в каком-то роде облегчение.

Я упорно шарил по карманам. Данил, казалось бы, затаил дыхание.

– А, нет, вот она! – весело сообщил я.

Данила накатила новая волна истерики.

– Нет, пожалуйста, не надо! Хватит! Прошу тебя, остановись!

Я поднес зажигалку к лицу Данила, он попытался отклониться, насколько это было возможно.

Крики.

Запахло паленым…

– Убивай или будешь убит…

Не знаю, сколько времени я издевался над парнем. Но вскоре мне это надоело.

Я достал нож. Большой нож. Бабушка разрезала им большие куски мяса. Раньше.

Я провел ножом по телу Данила. Потом еще. И еще.

– Ладно, поиграли и хватит.

Я уже был весь в крови. Как и Данил.

– А, нет. Еще один штрих…

Я разрезал штаны Данилу, чтобы избавиться от части тела, не так давно обесчестившей Еву.

Теперь можно и заканчивать.

– Это тебе за Еву, гаденыш, – с этими словами я перерезал Данилу горло.

Ну, вот и все.

Сложил все вещи обратно в рюкзак, закинул его за плечи. Уже стемнело. Видимо, я очень долго пробыл здесь.

На секунду подумал о Лизе – сестре Данила. Как долго она будет плакать?

Руки были липкие. Фу.

Посмотрел на Данила. Привязанный к стулу, он, весь истекающий кровью, неподвижно сидел с чуть приоткрытым ртом.

Враги повержены.

Представление закончилось, расходитесь.

Глава 51

Паша

Я пошел домой. Только не к себе. К Еве. Была уже ночь, наверное, Ева спала. Но сейчас это были не те мысли, которые лезли в мою голову.

Когда я подошел к ее дому, сразу позвонил ей и попросил выйти.

Ева ответила не сразу. Видимо, все же спала. Она вышла ко мне. Вся растрепанная, в белой пижаме, с сонным личиком – в этот момент она была особенно прекрасна. Я невольно загляделся на нее.

– Ты чего так поздно? У меня уже спят все. И я в том числе, – недовольно проворчала она.

Однако по ней было видно, что она отчаянно пыталась уснуть, но не могла. Об этом свидетельствовали ее мешки под глазами, похожие на мешок картошки, и уставшее, измученное лицо.

– Ева, ты можешь спать спокойно. Больше никто не потревожит тебя…, – шепотом произнес я, будто хотел поведать самую сокровенную тайну.

Ева приложила пальцы к губам – только сейчас она обратила внимание на мой кровавый облик.

Ее губы задрожали, она обхватила лицо руками.

Некоторое время она просто шевелила ртом, не в силах сказать что-либо.

– Что ты наделал… Господи! Неужели ты причастен к их смерти?! – она говорила шепотом, но казалось, что она кричала.

– Они заслужили это. Они должны были понести заслуженное наказание.

Мы не называли их имен. Но мы оба знали, о ком говорим.

– Нет, Паша, нет! Они не заслуживали этого! Они же живые… Были. Господи, какое же ты чудовище!

Последние ее слова кольнули меня в самое сердце. В меня будто воткнули нож, повернули на триста шестьдесят градусов и вонзили еще глубже…

– Уйди… Пожалуйста, уйди… Я не хочу видеть тебя таким. К тому же, не дай бог выйдут родители…

Я не стал ничего говорить. А зачем? Она сама уже все сказала.

И я ушел, не проронив ни слова.

Я не хотел идти домой. И не пошел. Я не хотел оставаться со своими демонами в четырех стенах. Нам было тесно.

Я шел, не разбирая дороги. Ночное небо было неотразимо, но я все равно смотрел под ноги.

Позже я осознал, что пришел к мосту.

– Не хочешь искупаться?

– Тебя ждут… Уже давно ждут…