Чтение онлайн

Евгений держался, но руки предательски дрожали. Он допил рюмку, хотел заказать еще, но язык не слушался, все внутри от пяток до головы замерло. Музыка умолкла, посетители исчезли, нарастал пульс, сильно отдающий и бьющий по ушам. Он то замедлялся, то учащался с утроенной силой. Сердце дрожало. Он оценивающе посмотрел на ее спутника. Молод, от силы лет двадцать, разница в возрасте между ним и Татьяной сразу бросилась в глаза. Поневоле он сравнил его с собою. Пришел к выводу, что он ничем не хуже этого молокососа. Но тогда – почему?

Мысли затуманились, когда Татьяна потянулась к парню, одарила его поцелуем. Это был страстный и вызывающий поцелуй. Евгений отвел глаза, машинально руками нащупав рюмку на столе, он опрокинул в себя оставшиеся капли на дне. Он встал, хотел было уйти, но присел обратно. Странное чувство посетило его, Евгений горел желанием дать знать Татьяне, что он здесь рядом и все видит. А они продолжали, и это било по самолюбию Евгения все глубже и глубже, резало на кусочки, топтало душу.

Не каждая женщина решится на людях поцеловать мальчика. Ее поведение выглядело потворством более взрослой женщины молодому ухажеру. Евгений взбесился, ведь Татьяна вела себя раскованно и непринужденно, словно и не было между нею и молодым человеком возрастной дисгармонии. В поцелуях наступила пауза, Татьяна повернулась назад – видно, взгляд Евгения испепелил ее насквозь – и, оглядев за собой столики с посетителями, увидела Евгения. Он не растерялся и с сарказмом на лице приветственно кивнул. Сил, чтобы выдавить из себя джентльмена, ему хватило. Стало легче, когда растерянная Татьяна перевела взгляд на своего спутника. Юноша потянулся к ней, но Татьяна непритворно отпрянула от него. Ее зажали в тиски.

После небольшой передышки Евгением овладела ненависть и злость. Он будет оплачивать ей расходы, а в ответ она будет соблазнять юнцов? Евгений был полон решимости, нащупал кобуру пистолета, – он сегодня не успел сдать оружие после продолжительной командировки. Впервые почувствовав себя уверенным с оружием в руках, встал с места, снял с предохранителя, передернул затвор – в зале наступила всеобщая тишина – все уставились на Евгения, замерла и музыка. Не оглядываясь по сторонам, он целеустремленно двинулся к столу Татьяны, приставил пистолет к ее голове. Она вскрикнула, молодой человек испуганно открыл рот. Бледное лицо Татьяны наполнилось страхом, закрыв глаза, она дрожала всем телом.

Выстрел, женское тело с наполовину снесенной головой рухнуло на пол. Посетители в ужасе и с воплями начали выбегать из заведения, позабыв о верхней одежде и вещах.

Евгений направил дуло пистолета на молодого человека. Тот, закрывая руками лицо, закричал: «За что?». Евгений ответил: «За что? За то, что целуешься в общественном месте!». Молодой человек скатился со стула, вцепился руками в ноги Евгения и просил о пощаде. Он рыдал. В этот момент Евгений, посмотрев на тело Татьяны, пожалел, что убил свою возлюбленную первой. Он пнул молодого человека и хладнокровно выстрелил. Затем огляделся – в зале, кроме оторопевшего и взмокшего охранника у дверей, никого не осталось. Евгений опустил пистолет, охранник что-то пробурчал, Евгений обернулся: «Вы что-то сказали?». Охранник судорожно задергал головой. Евгений набрал воздуха, опустил голову и тяжело зашагал на свое место.

– Хочу водки! – скомандовал он.

Охранник стоял как вкопанный.

– Водки! – вскричал Евгений и навел пистолет на охранника. – Водки!

– Что вы кричите, сейчас к вам подойдет ваш официант.

Евгений содрогнулся, он увидел перед собой свой палец, указывающий в живот охранника.

– Я же вам говорю, подождите, сейчас к вам подойдет ваш официант, не надо так кричать… – повторил охранник в черном костюме.

Евгений встрепенулся и пробурчал:

– Что вы говорите?

К нему подошла официантка.

– Вы хотите снова сделать заказ?

Евгений собрался с мыслями, в голове что-то стало проясняться. Все ему приснилось, показалось или просто ярость бросила в трясину помутнения? Он машинально проверил – пистолета под мышкой не оказалось и, собирая по крупинкам воспоминания, вздрогнул, с надеждой посмотрев вперед. Но надежды рухнули, как только он увидел Татьяну с молодым человеком. Евгений рукой отмахнулся от официантки, встал, надел куртку и тихо пошел к выходу. Когда охранник открыл перед ним дверь, он оглянулся и посмотрел на Татьяну, их взгляды второй раз за вечер сошлись. Татьяна с пунцовыми щеками ответила ему ответным кивком прощания.

На улице, выдохнув тяжелый воздух прокуренного заведения, Евгений освежил дыхание легким морозным холодком. Запрокинул голову к небу, вдохнул, выдохнул, полегчало. Он позвонил Гузель Фаритовне. Сонный голос в трубке спросил:

– Что-то случилось?

– Да! Можно я к тебе приду? – жалостливо, голосом обиженного ребенка произнес Евгений.

– Хорошо.

Опустошенный, он ковылял по тротуару, окружающего мира не существовало, он рассеялся, как и все надежды на будущее. Человек с приходом любви, чувств обретает весь мир и теряет его, когда сталкивается с лицемерием первоисточника мироздания – объекта любви. Но было и другое, с опустошением пришло и чувство правоты, что он был прав, когда закатывал сцены ревности, обвиняя Татьяну в изменах.

Через полчаса он сидел в махровом халате мужа Гузель Фаритовны на ее кухне, пил чай с вареньем и в мельчайших подробностях рассказывал ей о своей несчастной истории любви с печальным концом. Выслушав, она зевнула, сигнализируя, что надо идти спать. На часах было четыре утра. Хозяйка дома убрала со стола посуду, мигом помыла ее. И перед тем как пойти спать, резюмировала его чистосердечное признание одной фразой:

– Я, как и любая другая женщина, ни при каких обстоятельствах не хотела бы оказаться в шкуре твоей Татьяны.

– Уже не моей! – со смиренным тоном выговорил Евгений.

– Какая разница, нет ничего хуже для женщины, чем быть уличенной в измене.

Спали они крепко, вначале в обнимку, а затем врозь, скатившись по разные стороны большой кровати.

Секс утром всегда отдает излишней похотливостью, если перед тобой лежит замужняя женщина, которая старше тебя, и ты, как избранный, просыпаешься в ее семейном ложе. Ведь Евгений, как любой эгоист, не желал оставаться единственным уязвленным на этой земле. Если война, то атомная!

Он сбросил одеяло и запрыгнул на полусонную хозяйку. Она не оттолкнула его, хотя и возразила ради приличия, но Евгений, как заправский насильник, ничего не хотел слышать от своей жертвы. Все закончилось очень быстро, Евгений молча встал и пошел в ванну. Через десять минут они сидели на кухне и пили кофе. Говорили мало, но между ними не было напряжения, оба пребывали в приятной усталости. Утреннее соитие, несмотря на скоротечность, у обоих отняло много сил. Утреннюю идиллию нарушил Евгений.

– Мне нужна твоя помощь.

– Какая? – тут же напряглась Гузель Фаритовна.

– Тебе имя Рубинштейн Вера Давидовна ничего не говорит?

– Нет! – покачивая головой, ответила она.

– Она умерла у вас в клинике в 1992 году, это первая жена известного предпринимателя Баумистрова.

– А причем тут я?

– Ты не при чем, просто ты ведаешь архивом, а мне хотелось бы взглянуть на ее историю болезни.

– Ее убили? – с усмешкой произнесла она и, встав со стула, подошла к кофеварочному аппарату. – Ты будешь еще кофе?