Чтение онлайн

– Пустите меня. – Корнелия передернула плечами, пытаясь сбросить с себя его руки, но не тут-то было – хватка виконта стала лишь крепче.

– Не пущу, пока вы не согласитесь мириться.

По глазам Корнелии Гарри видел, как против воли смех готов был одержать верх над ее досадой. И вот наконец ее губы медленно изогнулись в улыбке, хотя Корнелия снова передернула плечами, на которых лежали его руки. Ее улыбка была неотразимой, и, убирая ладони с ее плеч, Гарри как бы невзначай коснулся кончиком пальца губ Корнелии. Прикосновение было таким легким, что вполне могло сойти за случайное. Но внезапно вспыхнувший огонь в ее глазах говорил о том, что она поняла: он сделал это намеренно. Корнелия резко отвернулась.

– А теперь, с вашего позволения, меня дома ждут дела. – Она направилась к калитке.

– Разрешите проводить вас. – Он пошел рядом.

– Не стоит, сэр.

– Да, но мне это доставит удовольствие, – сказал он, мило улыбаясь. – Прекрасный нынче денек, вы не находите, мэм? Для этого времени года, конечно. Через несколько недель, полагаю, в Гайд-парке зацветут нарциссы – неизменно великолепное зрелище. К тому времени вы еще будете в городе? Успеете ими полюбоваться?

Сказанное им было настолько неожиданно, так выбивалось из темы их предыдущего разговора, что Корнелия не смогла сдержать рвущийся наружу смех и несколько раз фыркнула.

– Не могу вообразить себе столь легкомысленного существования, чтобы перспектива созерцания цветущих нарциссов стала поводом для продолжительного пребывания где бы то ни было, лорд Бонем, – сказала она, по-прежнему борясь со смехом.

– Значит, в вашей жизни нет места легкомыслию, леди Дагенем? – сказал виконт, лукаво приподняв бровь. – Разве деревенская жизнь лишена развлечений?

Корнелия ошеломленно посмотрела на него.

– С чего вы взяли, что я постоянно живу в деревне, сэр?

Он пожал плечами.

– От Мастерза, с которым мне приходилось иметь дело, мне известно, что леди Ливия живет в Нью-Форесте. А вы ее подруга… Я сделал логическое умозаключение. Я ошибся?

– Нет, все так и есть, – призналась Корнелия. – Это моя первая поездка в город за последние десять лет. – И, грустно вздохнув, продолжила: – Я ведь вдова, лорд Бонем, и живу затворницей, воспитываю детей да рукодельничаю. Мы все трое – серые деревенские мышки. Остается надеяться, что городская жизнь с ее развлечениями не собьет нас с толку… не вскружит нам головы… мы так непривычны ко всему, помимо деревенских посиделок у очага.

Гарри посмотрел на Корнелию. Та кротко улыбнулась ему, и он рассмеялся.

– Какая выспренняя речь! – сказал он. – Но все это сущий вздор! Вы с подругами, без сомнения, вполне способны справиться решительно со всем, в этом я уже имел удовольствие убедиться на собственном опыте. И пусть вы всецело посвятили себя детям, мэм, я все же рискну предположить, что ваши интересы простираются гораздо дальше увлечения рукоделием.

– Возможно, – уклончиво ответила Корнелия, решив, что их беззлобное взаимное подшучивание уж слишком затянулось.

Гарри открыл калитку на улицу и отошел в сторону, пропуская ее вперед.

– Намерены ли вы с подругами появиться в обществе, когда устроитесь?

– Мы, право, еще не думали об этом. – Проходя мимо него, она отчего-то плотнее запахнула на себе шаль.

– Тогда я надеюсь вас там увидеть. Надеюсь, наше знакомство будет продолжено. – Он аккуратно взял ее под локоть и повел через улицу.

– Вы всегда такой оптимист, милорд? – Корнелия приподняла брови, выражая недоверие. – Боюсь вас разочаровать.

– Вот как? О, не бойтесь, мэм. Меня редко постигает разочарование, – сказал он, подводя ее к двери дома.

– Не будьте так самоуверенны, – тихо возразила Корнелия.

Виконт искоса бросил на нее взгляд, в котором плескалось веселье и было что-то еще… что-то в глубине его глаз, что окончательно лишало ее покоя.

– Поживем – увидим. – Гарри стукнул кольцом в дверь и, приподняв шляпу, проговорил: – Не смею больше злоупотреблять вашим временем, леди Дагенем.

Поклонившись, он повернулся и стал спускаться по лестнице. Внизу он остановился и бросил через плечо:

– А кстати, Нелл, друзья зовут меня Гарри.

Корнелия вошла в дом и, стягивая перчатки, почувствовала, как дрожат ее руки. Верно, от холода, решила она, энергично растирая их по пути в гостиную. Но, пройдя несколько шагов, передумала и вместо гостиной направилась наверх, к себе в спальню. Она вдруг поймала себя на мыслях о Стивене. Ей вспомнилось то утро, когда он на корабле «Виктория» отправлялся на войну, чтобы принять участие в сражениях под командованием адмирала Нельсона. Он поцеловал и обнял ее на прощание. А она все цеплялась за него. Чувствовала ли она уже тогда, что он не вернется?

Неужели это было три года назад? Порой Корнелии казалось, что с тех пор минуло гораздо больше времени, а иногда – будто это произошло не далее как вчера. Стивен так никогда и не увидел Сюзанны. Как полагала Корнелия, ребенок, вполне возможно, был зачат в их последнюю ночь накануне его отъезда.

Она вошла в свою комнату и закрыла дверь. В камине тускло горел огонь, и она склонилась к очагу, чтобы согреть озябшие руки. Есть ли жена у виконта Бонема?

– Я вас не понимаю. – Высохший человек за письменным столом в высоком доме на Грейз-Инн-роуд, постукивая ножом для разрезания бумаг по исцарапанной столешнице, впился холодным взглядом в своего собеседника. – Что значит «его там не было», Виктор? С тех пор как вы его там спрятали, у англичан еще не было случая заняться поисками. Мы следим за ними так же, как они за нами. Известно, что виконт пытался проникнуть в дом и один раз его приняли. Однако, не зная, где спрятан предмет, того времени, что он там провел, было недостаточно, чтобы заняться поисками. И потом, англичане не сняли наблюдения с дома, как сделали бы это в том случае, если бы заполучили вещь.

– Да, милорд. Вы правы, – согласился Виктор. – Я не знаю, почему его не оказалось там, куда я его положил. – Мужчина был мал ростом, худ и жилист и ловко проникал в узкие щели приоткрытых подвальных окон. Он смял шляпу в руке. Джентльмен, допрашивавший его, один из лейтенантов Фуше, пользующихся у него наибольшим доверием, был не из тех, кто понимает, и тем более прощает, провалы. А Виктор провалил дело. Похищение ему удалось, но довести дело до намеченного конца он, увы, не смог. Вторая попытка завершить начатое, не обещавшая на первый взгляд никаких осложнений, закончилась полным поражением с пальбой из мушкетона и невероятным хаосом.