Порождения Тьмы
Шрифт:
– Вы пьяны? Или у вас под действием эйфории временное помутнение рассудка? В момент наивысшего триумфа всех людей вы начинаете плести несусветную чушь! Плевать, что они сдались добровольно, тем меньше нам работы, но я не позволю преуменьшать наши заслуги и успехи. Вы можете вернуться с почетом на Землю или продолжить ответственную миссию по патрулированию системы Игнион на выбор. Что скажите?
– А кто будет патрулировать Солнечную систему? Элизиум? – с подозрением спросил я.
– Элизиум временно останется на орбите Хидеса, потом отправиться с полезным грузом на Тармвэдру. Миссию патрулирования мы возложим на коммандера Криа Ри вызвавшуюся добровольно охранять околоземное пространство от возможных актов агрессии со стороны тех галактов, кто считает нас легкой добычей в связи с происшедшими событиями. Кто считает, что мы ослабли и любое вторжение станет для нас роковым. Их ждет неприятный сюрприз.
– А Вам не кажется странным, что Криа Ри вразрез установленным миротворческим правилам и уставам поддержала одну из воюющих сторон? Как мы после этого можем ей доверять?
– Ее поступок не имеет никакого отношения к теории заговора, Алешин. Все просто. Она поддержала нашу сторону, потому что конфликт все равно рано или поздно бы начался. Жертв в этом случае могло быть значительно больше. Кроме того, мощь ее судна гарантирует нам преимущество в космическом бою, против любого известного нам противника. Плодотворное сотрудничество с Крул Каи приносят первые плоды. Кванторы выразили заинтересованность посетить базу "Церера" и лунные доки. Они готовы предоставить нам любую помощь по урегулированию разногласий с теми расами, кто откровенно критикует нас за выбранную силовую позицию. Разумеется, я дал добро и вскоре к нам прибудут первые их представители.
– Не слишком разумно начинать собственную мирную политику со смены союзников. Мы не можем читать мысли галактов и не знаем, какие собственные интересы, и выгоды они преследуют, идя нам навстречу. Атлас-Виктория среднего класса не чета флагману этаминов, но это наш корабль. Сейчас мы пытаемся переступить через собственные принципы и променять шило на мыло, пока самые боеспособные наши части распылены вдали от дома на охране второстепенных объектов. Это очень опасная ситуация. Земля открыта для нападения.
– Ерунда! – холодно отрезал адмирал. – Приказ остается в силе. Что Вы выбираете, коммандер Алешин? У меня мало времени, потому что послы доброй дюжины фракций выстроились в очередь, требуя срочной встречи со мной. Правильно мы поступили или нет, рассудит история.
– Я отправляюсь на патрулирование в нейтральную зону, но в любой момент буду готов вернуться, чтобы защитить Землю в случае агрессии Ждущих. – Так же холодно ответил я.
– Прекрасно. Займитесь этим, что бы не слоняться без дела. Каждый день отправляйте рапорт мне в штаб флота на Земле. И вот еще. На вашем месте я бы забрал свой честно заслуженный сертификат интергалактической полиции дающий вам ограниченные права в пределах Союза рас. Вы должны быть довольны, благодаря ему Вы сможете продолжить начатое расследование по делу культа Ждущих. Наша разведка докладывает, что генерала Лефлера в последний раз видели на Дотуме планетной системы Веги, что в созвездии Альфа Лиры. Я знаю, как Вы относитесь к веганцам, но при всех их недостатках с ними тоже можно договориться. Главное не лезьте на рожон и как можно плотнее сотрудничайте с кванторами командора Лесерта. Это все, что я хотел Вам пожелать в качестве напутствия. Обо всем держите меня в курсе. Удачи.
Не давая мне возможности ответить, адмирал Горчаков прервал связь.
Когда я в не самом лучшем расположении духа спустился в грузовой трюм корабля, с целью побыть в тишине вдали от суеты, то очень удивился, встретив там Настю. Она с азартом неведомым простым людям ковырялась гаечным ключом под днищем "Малыша".
Хитро посмотрев на меня из-под выбившейся челки, насмешливо спросила:
– Что случилось, генерал? Все празднуют величайшую в истории людей победу, а на Вас лица нет, словно это мы, а не даяки проиграли войну и теперь пожинаем скорбные плоды.
– У меня на душе кошки скребутся, и я не считаю нашу авантюру победой, – честно признался я, облокотившись о борт вездехода. – Мы оставили свой мир без защиты, сосредоточившись на завоевании слишком далеких миров, а меня в очередной раз обвели вокруг пальца проклятые бюрократы, ловко воспользовавшись моим незнанием ситуации. Кто если не мы будет защищать старушку Землю, взрастившую и поставившую человечество на ноги? Ладно, забудь. Это всего лишь мои мысли вслух и домыслы, не подкрепленные серьезными доказательствами. У нас все получилось слишком просто и смерть даяка не пройдет для людей бесследно.
– Слишком просто? – Анастасия удивленно обернулась. – Коммандер, Вы не правы. Если у нас не было потерь, это еще не значит, что мы не рисковали. Риск был велик и Вы это знаете. Мне тоже не по себе, что так получилось с даяком, но такова жизнь. Выживает сильнейший.
Перемазанная машинным маслом девушка вернулась к ремонту. Это была не ее обязанность, но она все равно любила самостоятельно исправлять мелкие неполадки вездехода. Наблюдая за ее работой со стороны, я решительно спуститься к ней в ремонтный лаз под бронемашиной и неожиданно для самого себя обнял за талию, что бы потом крепко привлечь к себе. Настя не стала отстраняться, а со всем пылом, на какой была способна, ответила взаимностью. Плотина субординации, что сдерживала наши чувства, копившиеся в нас, еще с самой первой встречи на станции Квантория, неожиданно дала трещину и рухнула под натиском желания. Не обращая внимания на совсем неподходящее место и время, я расстегнул магнитные молнии скафандра и яростно скинул его на грязный пол. Настя без ложного смущения последовала моему примеру – скинув инженерный комбинезон. Горячая волна нежности затопила меня, заставив позабыть обо всем остальном на свете. Были только я и она и больше никого в целом мире!
– Слишком долго мы шли к этому, – горячо прошептала Настя, прижимаясь своим гибким телом ко мне. – Я не намерена ждать еще столько же лет.
– Лучше поздно, чем никогда, – ответил я, но она закрыла мне рот ладонью.
– А если застукают? – неожиданно лукаво Настя посмотрела на меня. – С меня взятки гладки, а на Вас коммандер ляжет недобрая тень. Вы ведь теперь герой Земли и большой начальник.
– Пожалуйста, называй меня просто Дима. Я не начальник и уж тем более не герой. Никогда им не был и не стремился стать. Мой удел разделять трудности с бойцами, а не просиживать штаны в кабинете с искусственным климатом, пока из меня лепят золотого идола.
– За это я и люблю тебя Дима. Ты истинный герой и таковым останешься для меня навеки…
Целуя восхитительно отзывчивые губы Насти, мне хоть на миг хотелось позабыть про все проблемы и заботы. Ощутить себя просто человеком, свободным от дел и забот. Мы – люди – стояли на пороге величайших событий и открытий в новейшей истории. Как любил говорить в подобных случаях Александр Македонский: – "Судьба благоволит храбрым!". Хотим мы того или нет, мы должны упредить культ Ждущих и первыми нанести удар. Я подозревал, что за всем происходящим, чему я стал невольным свидетелем, скрывается некто зловещий и древний как сама Вселенная. Кто, просчитав свои действия на десять ходов вперед, управляет поступками своих марионеток как опытный и хитроумный кукловод, дергающий за ниточки. Вот он то и есть наш истинный враг. Я не считал, что Сайрус подходит на роль этой закулисной силы, уж больно нетерпелив. Скорее всего, он такая же безвольная марионетка, как и все остальные.
А может, я просто обманываю сам себя и ничего из того, о чем подозреваю, нет в реальности? Может, имеет смысл позабыть о страхах и подозрениях и вволю насладиться победой?
В уме всплыли слова песни – "Хотят ли русские войны, спросите вы у тишины".
На мгновение, выглянув в окно за которым продолжали жить своей странной жизнью жители Полуденного Заката, штандарт-майор Василий Аксенов щелчком пальцы отправил наружу сигаретный окурок и плотно закрыл бронированные ставни, как того требовали правила безопасности. Раздумывая над моим предложением, он включил кондиционер на полную мощность, но жара и духота от этого никуда не исчезли. Маленький кабинет почти не имел мебели за исключением сенсорного рабочего стола, несгораемого сейфа, пары стульев и небольшого шкафчика, где была собрана внушительная коллекция бумажных книг классиков прошлого. На стенах развешаны галограмные репродукции видов Земли, создавая иллюзию настоящих окон. За ними реалистично шуршала листва в дубовых и березовых кронах. Тихо журчал прохладный родник, вытекающий из-под массивных белых булыжников. По небу среди туч с криками летит стая журавлей. Пушистые облака на глазах темнеют и вот уже со всех сторон сверкают молнии и пространство пронизано косыми струями дождя. Шквальные порывы ветра поднимают ворох опавших листьев, печально кружа их в воздухе, словно невесомые пылинки. С виду простые сюжеты, но от их вида мою душу сжала тоска по дому. Два долгих года погонь и расследований привели меня к первоисточнику заговора – планету Хлорию.
– Проклятый климат! – снова пожаловался Аксенов, подливая в мой стакан холодной минеральной воды. – Тело покрывает отвратительная липкая пленка. Сухую одежду через пол часа хоть выжимай. Бывал я не раз во Вьетнаме и Камбодже. Посещал центральную Америку в составе группы военных советников. Приходилось летать даже в Бразилию в район реки Амазонки, и нигде заметьте, не встречал подобного. Больше всего меня сводят с ума эти проклятые вспышки на звезде. После каждой температура и давление скачут и прыгают, словно обезумевшее кенгуру в течке. Хоть не приходиться дышать через респираторную маску и носить проклятый скафандр, а может и зря. Вам не жаркой в своей амуниции?