Чтение онлайн

– Войдите, пожалуйста, - первая опомнилась Рива.

Девушка вошла и быстрым взглядом окинула комнату. На вешалке у двери вперемешку висели женские платья и офицерские кителя, под ними красовались ботфорты со шпорами рядом с лакированными дамскими туфельками. На столе лежали крахмальные манжеты и приготовленная для починки мужская рубаха, но самого Звонарева не было.

– Где он?
– глухо спросила Варя. Лицо ее запылало багровым румянцем.

– Сережа? Он на Залитерной.

То, что Рива назвала Звонарева просто по имени, окончательно нарушило душевное равновесие Вари.

– Вы зачем здесь?
– резко спросила она.

– Я здесь живу, - ответила Рива, не понимая раздражения гостьи.

– Вы... Вы завлекли его, мерзкая тварь, вы хотите сделать его несчастным на всю жизнь, но... но это вам не удастся!
– трясясь от ярости, закричала Варя и, хлопнув дверью, вылетела наружу.

– Позвольте, вы не поняли!..
– кинулась было ей вслед Рива, но Варя, ничего не помня от горя и обиды, одним махом взлетела на свою Кубань и, огрев ее нагайкой, карьером понеслась с Утеса. Слезы градом катились по ее лицу, косынка съехала с головы, волосы растрепались. Она стремилась скорее повидать Звонарева и выяснить характер его отношений с Ривой. Ее самолюбие было больно уязвлено.

"Как мог этот низкий человек так долго обманывать меня, утверждая, что между ними ничего нет! Заставлю его публично сознаться в этой связи и порву с ним окончательно!
– вихрем неслись мысли в голове девушки.
– Я-то ему верила, я-то о нем заботилась..."

Затем с чисто женской логикой она начала подыскивать оправдание для Звонарева.

"Не столько виноват он, сколько эта подлая тварь.

Очевидно, она пренагло явилась к нему сама и стала с ним жить, а он... шляпа, тряпка, не мог устоять и забыл обо мне!
– всхлипнула Варя при этой мысли.
– Быть может, он и вообще обо мне не думает, - пришла она к совсем печальному выводу, но тотчас его отвергла.
– Думал и будет думать, и никому я его не отдам".

Размышляя таким образом, она доскакала до города.

На Пушкинской улице ее окликнули.

– Варя, что случилось? Куда ты мчишься в таком неприличном виде? Посмотри на себя! Как тебе не стыдно появляться на улицах такой растрепанной.

Девушка оглянулась и увидела на тротуаре Веру Алексеевну.

– Ни-че-го!
– все еще сквозь слезы отозвалась она.

– Сойди с лошади и пойдем к нам. Ты приведешь себя в порядок, распорядилась генеральша.

Варя повиновалась.

Пока Варя приводила себя в порядок. Вера Алексеевна продолжала выспрашивать о том, что ее так огорчило. Девушка сперва отнекивалась, но затем все рассказала и при этом опять так расплакалась, что ее пришлось отпаивать водой.

– И охота тебе убиваться из-за какого-то Звонарева!

Да он твоего ногтя не стоит! Есть много более достойных, чем этот противный прапорщик...
– уговаривала генеральша.

– Он совсем не противный...

– Что ты в нем нашла? Случайный человек на военной службе, наверное, из поповского рода, гол, как сокол, невоспитан и к тому же, оказывается, грязный развратник!

– Не правда! Это она во всем виновата.

– А почему, собственно, эта мерзкая тварь оказалась на Утесе? Что ей там делать? Тут что-то неспроста!

– Приехала к нему...

– Только ли поэтому?
– подозрительно спросила Вера Алексеевна.
– Не знаю!

– Я займусь ею сама сегодня же, и мы ее уберем оттуда на Ляотешань или Голубиную бухту. Туда твой красавчик не особенно разъездится.

Варя просияла.

– Эх, Варя! На тебя давно заглядывается наш Гаитимуров, а ты и не замечаешь!

– Отвратительный слизняк!

– Не правда! Молод, интересен, старинного княжеского рода, принят в высшем свете. Правда, за душой у нею ничего нет, но зато ты не бесприданница.

Будешь княгиней, быть может, попадешь ко двору.

– Весь скользкий, мягкий, противный, - брезгливо ответила Варя.

– Ладно! Я с твоей матерью поговорю об этом. Она тебя наставит на путь истинный, а пока поезжай-ка ты домой. С такой заплаканной физиономией стыдно на людях показываться.

Варя взглянула в зеркало на свое распухшее от слез лицо, красные глаза и, попрощавшись, отправилась домой.

Как только она уехала. Вера Алексеевна приказала позвать к ней жандармского поручика Познанского.

– Честь имею явиться, ваше превосходительство!
– вытянулся он перед генеральшей.

Она милостиво протянула ему руку, к которой поручик почтительно приложился.

– Садитесь, пожалуйста. Я пригласила вас к себе, чтобы попросить мне помочь в одном деле.

– Весь к вашим услугам, - расшаркался жандарм.

Генеральша рассказала о пребывании Ривы на Утесе.

– Эта жидовка наводит меня на подозрение. Что ей делать на Утесе, и почему она поселилась именно у Звонарева, который долгое время состоял при Кондратенко и досконально знает расположение и состояние всех укреплений Артура?

– Прикажете все расследовать?

– Не только расследовать, но и обезвредить эту тварь.
– И генеральша состроила презрительную гримасу.

– Слушаюсь! Немедленно будет исполнено! Разрешите идти?
– Познанский вскочил и мгновенно исчез за дверью. Затем он направился в штаб Стесселя.

Зайдя к начальнику штаба полковнику Рейсу, он попросил у него приказа о производстве обыска в квартирах-Ривы в Новом городе и Звонарева на Электрическом Утесе и их аресте в случае обнаружения подозрительных материалов.

– Прапорщика Звонарева?
– удивился Рейс.
– Вы ведь знаете, что это протеже Кондратенко и почти зять Белого. Без ведома начальника района не могу, отказал Рейс.

– Это распоряжение самой Веры Алексеевны.

Полковник испытующе посмотрел на Познанского.

– Хорошо! Я проверю потом ваше заявление.

Через четверть часа жандарм вышел с нужной бумажкой в кармане. По дороге к себе он мысленно набросал план действий. На Электрический Утес ему ехать не хотелось, так как он опасался столкновения с артиллерийскими офицерами, которые не переносили жандармов. В домике же Ривы можно было рассчитывать и на поживу при обыске. Поэтому, придя в жандармское управление, он предложил своему начальнику ротмистру князю Микеладзе отправиться на Утес. Ротмистр, не отличавшийся сообразительностью, согласился. Вскоре оба жандарма двинулись в путь.

На Утесе Микеладзе сперва зашел к Гудиме, предъявил свои полномочия и с ним отправился в комнату Звонарева. Появление жандармов повергло Риву в неописуемый ужас. Она совершенно растерялась, заплакала и бессвязно уверяла, что она ни в чем не виновата.

Ротмистр не замедлил счесть все это за косвенное доказательство своих подозрений и рьяно принялся за обыск. В результате были обнаружены завалявшийся старый план Артура, несколько неоконченных проектов батарей с объяснительной запиской к ним. Захватив все это, жандармы увезли с собой и Риву.