Чтение онлайн

Какое интересное и продвинутое драконье государство получилось! А спутница между тем продолжила:

– К тому же, как я поняла, Регул свою родню не очень любит.

– Почему? – напряглась я, понимая, что родственники Регула – это родственники Феркада. И вполне вероятно, мне придётся когда-нибудь с ними пообщаться.

– Я не знаю подробностей. У нас-то ребята простые, мы не зазнаёмся, а у них аристократия – это прямо аристократия. И среди аристократов, драконы – это ещё чуть более высшая каста. Я, конечно, такого не понимаю – бывают имперские маги, которые сильнее драконов. Регул вон одними артефактами может дракона завалить. Но в Северном княжестве, наверное, более закрытое и консервативное общество, вот и задирают нос на пустом месте.

– Там драконы только на драконицах женятся? – задумалась я, подозревая нечто подобное по характеристике.

– Нет, наоборот. При связи драконов и людей проще завести ребёнка, поэтому стараются в пару найти какую-нибудь местную аристократку-человека. Двум драконам там сложновато ужиться – кто тогда в семье главный? – хмыкнула Цири, кажется, даже не подозревая, как дала мне пищу для размышлений.

Если вспомнить, что Феркад – родственник князя, то у него явно должен иметься неплохой выбор из невест. И совсем непонятно, как все отнесутся к свалившейся с неба девчонке без рода и племени у него на содержании.

– Ой, что это там за толпа? – отвлеклась внезапно моя провожатая.

Посреди коридора и правда стояла какая-то оживлённая куча людей, которые явно пытались что-то рассмотреть. Но что это могло быть в подобном месте, лично я даже не представляла.

– Пойдём тоже глянем, – решила Цири, и мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ней.

Я думала у нас не получится протолкнуться с книгами в первый ряд – Цири не думала, а успешно продвигалась вперёд, пока мы не оказались почти у самой стены. Ничем непримечательной, кроме огромной красной надписи прописными буквами, которая гласила: «Ну ёперный театр».

У меня аж мурашки побежали, потому что я прекрасно понимала, что это не местные буквы, а мои родные, русские. И написала их не я.

– Интересно, чьи это письмена? – задумчиво протянула Цири, и я осознала, что для других это просто каракули.

Но в академии был кто-то, кто их нарисовал. И что-то я сильно сомневалась, что это кто-то из местных. В голову начали закрадываться подозрения, что вместе со мной занесло ещё одного попаданца. И если он так же помолодел… Добрый дедушка мороз, надеюсь это не Игорь Аркадьевич! Нельзя же так безжалостно!

– Белиберда какая-то, – отмахнулась я, не собираясь наводить никого на «русский след».

С какой бы целью это ни написали, я не хотела рисковать. Если искать земляка, то самой. Мало ли, что он задумал, раз оставляет тайные послания, а не заявляется открыто.

О происшествии погудели и забыли, а я стала осваиваться в кабинете Феркада. Удивительно, но, как и обещала Цири, мне там оказалось удобнее. Я могла сразу спросить у Феркада или Тэва, есть ли что-то подобное в их мире, а они – предложить мне варианты. Как артефакт может выглядеть, большой он будет или маленький, какая ценовая категория и прочие мелкие детали.

Украшение, которое я придумала на основе рассказов Цири, мой дракон собрал за неделю. Получилось оно в виде браслета с тремя крупными камнями разных цветов.

– Вот этот, – указал Феркад на бледно-жёлтый камень, – подаёт мне сигнал, что ты хочешь меня видеть и передаёт, где ты находишься. Вот этот, – указал он на льдисто-белый, – передаст мне, что ты хочешь меня найти, и я сброшу тебе местность – браслет тебя туда потянет. А розовенький в середине начнёт мигать, если я тебя потерял. Там ты уже выбирай, звать меня или идти ко мне.

– Понятно, – кивнула я с удовольствием осматривая обновку. Не телефон, но уже спокойней. – А у тебя такой же?

– Практически, – показал Феркад вещицу, которая больше напоминала часы с тремя крупными камнями вместо циферблата.

Так у нас завелись парные браслеты.

– Вообще хорошее у вас образование в академии, – похвалила я парней, слегка забыв о своём амплуа вчерашней школьницы. – Вы, можно сказать, сразу после выпуска умеете такие штуки собирать. А Тэв вообще ещё не закончил же, да? У нас вот ещё опыт работы нужен – без него никуда.

Артефакторы между собой почему-то странновато переглянулись, но вслух ничего не сказали. Пришлось спрашивать:

– Что-то не так?

– Знаешь, у нас есть много однокурсников, которые могут собрать артефакт только по готовой схеме, – поделился Тэв. – И если они сделают это без ошибок, то уже хорошо.

– Мне просто с дядей повезло, наверное, – признался Феркад. – Я у него много спрашивал, когда на каникулы возвращался, за работой его смотрел постоянно. Читал много дополнительно.

– Профессоров мы замучили наших, да, – вспомнил Тэв. – Да и здесь практика просто отличная. Простого образования для создания чего-то нового мало.

Резко взгрустнулось. Я поняла, что чтобы реализовать свои идеи, мне нужно пять лет учиться, параллельно дополнительно заниматься и в идеале пахать в отделе на практике. И тогда, может быть, я смогу собрать свои артефакты для патентов. А может не смогу. А может их придумает кто-то другой.

Ко всему прочему непреодолимой тяги к изобретательству я не испытывала вот ни капельки. Даже с просто тягой возникали проблемы. Вот выдать техническое задания я могла, найти потребителей для изобретений парней – тоже. А сама…

А сама я с горя разобрала все их бумажки, нашла как правильно оформлять отчёты и сдала всё в канцелярию. Всё равно не могла нормально придумать бизнес-идею. Всё уже придумали до меня – остались только фен, посудомойка и дорогие по деталям обогреватели. Ну может быть микроволновка, но это тоже было не то.

И хоть на изобретательском попроще у меня успехов не нашлось, зато как секретаря меня сразу полюбили со всех сторон. Парни – за спасение от бумаг. Сотрудники канцелярии – за спасение от парней.

Заведующая канцелярией так воодушевилась, что я внезапно оказалась трудоустроена в отдел к Феркаду на вакантную должность. Даже без документов – не знаю, как они это провернули. А ещё сотрудницы часто приглашали меня к ним на чай.

– Оленька, ты такая молодец! Так хорошо понимаешь принцип нашей работы! – хвалила меня заведующая.

У Оленьки просто была моральная травма от бухгалтерии, поэтому все эти бумажки понимать пришлось. Но рассказы про это я тоже упускала.