Чтение онлайн

Высыпав всех взятых в плен муравьёв за ближайший кустик, я огляделся.

Поздний вечер. Я в лесу. Но что-то я не узнаю местности. Где большие камни? Где этот грёбанный мегалит? И куда подевались кривые деревья?

Так, так, так…

Я был на краю поляны, а теперь…

А теперь я тоже на краю поляны. На краю всё той же поляны. И этому есть сразу несколько объективных доказательств. Вон они валяются в паре метром от меня. Скелет, в истлевшей одежде. Очень почему-то напоминает бывшего барона. Только такое ощущение, что с той поры, как я его вытряхнул из пространственного хранилища прошло не час другой, а лет несколько, как минимум. Да и рядом с ним белеют, глядя в разные стороны пустыми глазницами несколько черепов. Раз, два, три… шесть. Все здесь.

Только куда же тогда делись камни и кривые деревья?

Это ж сколько я провалялся без сознания? Час? Или несколько лет?

Маша? А она-то где? Я оставил её с лошадьми. Тут недалеко, почти на окраине леса…

Тут я заметил, что камень в моём перстне светится голубовато-синим светом… Нет. Скорее синим… А вот уже и нет… Нежно-голубым… Всё… Погас.

Грёбанная магия. И поляна эта, и камни. И голос, что тут вещал мне всякую хрень.

Что он там сказал? Солнце и луна сделают богатым… Или, наоборот, луна и солнце. Да, какая разница… Небо даст силы. Огонь покажет вход…

Вот я тупой, как валенок… Эту формулу я и без этого голоса знал. У меня на руке перстень с камнем. Синий — рядом магия. Так синий — это цвет неба. Луна и солнце — оттенки жёлтого. Огонь — красный. Я и без голоса в голове знал, что красный означает наличие портала. Грёбанная ты каменюка. Столько времени потратил, а всё зря.

Я уже почти бежал в ту сторону, где оставил свою подругу. До сих пор я так и не разобрался: Когда я её там оставил? Пару часов назад, или прошло уже несколько лет? Я вроде бы остался прежним. И одежда на мне та же самая.

А вокруг тишина… И птицы не поют. Ну, так поздно уже. Сумерки, мать его, чуть не споткнулся о корень, торчащий из земли.

— Маша! — я позвал сначала вполголоса, а потом уже не стесняясь заорал: — Маша-а!

Ответом мне была тишина.

Стоп. Эта поляна похожа на ту, где я оставил лошадей… Ну, да… Вот и конские яблоки на земле… Лежат, воняют.

А это что такое?

Что-то блеснуло в траве…

Хорошо ещё, что моё новое зрение позволяет видеть и в полумраке, который всё сильнее захватывает лес.

Это гильза… Гильза от ПМ. Ну, точно. У Маши остался тот пистолет, что она вытащила у меня из-за ремня. Она ещё после первого выстрела губы себе разбила. А потом… Она стреляла второй раз, когда барон полез за ножом…

Я начал вспоминать, и понял, что пистолет она мне тогда так и не вернула.

Я поднял гильзу и понюхал. Кисловатый запах сгоревшего пороха ещё чувствуется. Свежая гильза, и стреляли недавно…

Выходит, что пока я там валялся в отключке, на неё тут напали. И она даже стреляла. И, наверное, звала меня на помощь… А я? А я там валялся…

Маша…

Я стал тщательнее осматривать поляну. Следы нашлись. Но я ни хрена не следопыт. Лишь сумел понять, что тут топталось несколько человек. И лошади… А вот след волочения в сторону кустов… Ну а там, слегка присыпанный ветками и листвой нашёлся труп местного аборигена. Одежда похожа на ту, в которую были наряжены люди барона…

А в башке у трупа дырочка такая характерная. Во лбу маленькая, а от затылка мало чего осталось. Молодец Машка! Не промахнулась… Надеюсь, что она правильно держала пистолет и не разбила себе губы в очередной раз.

Сука. Волчонок херов. Вольфганг и бастардскую его мать… Надо было и Вольфа тоже завалить на хрен. Нет. Хватит гуманизма.

Ну, всё. Я разозлился…

Раз, два, три, четыре, пять… Я иду искать!

А кто не спрятался… Я не виноват.

Глава третья.

По этикету, принятому в приличном обществе, в правой руке нужно держать нож, а в левой пистолет.

Я шёл по вражьим головам, как посуху Господь.

Раз сорняки и тут, и там, то надо их полоть.

Меня никто нигде не ждёт, я брошенный солдат.

Тропа военная ведёт прямой дорогой в Ад.

Порою, кажется, идёт дурацкое кино.

Меня никто нигде не ждёт, но умирать смешно.

Бреду, как пьяный идиот вперёд, а не назад.

Тропа военная ведёт прямой дорогой в Ад.

А год всё тот же, 7490 от сотворения этого мира.

Где-то в Баварии…

Легко сказать: «Я иду искать»… А куда идти-то? Следы на земле есть, конечно, и пока что их ещё видно. Но солнце уже вот-вот исчезнет за горизонтом, и тут даже магическое усиление моего зрения не поможет.

Как там у классика было? «Я из лесу вышел. Был си-ильный мороз…»

Ну, так вот. Мороза никакого не было, хотя из лесу я всё-таки вышел. Сразу вспомнился незабвенный Задорнов… «Смеркалось…»

И что дальше? Звёзд с луной на небе не видно, так как всё небо затянуто то ли облаками, то ли тучами… Да и по земле, по траве, стелется… грёбанный туман. Да какого хера? Не хватало ещё, чтобы дождь пошёл для полного счастья. А дождь, как известно, смывает все следы.

Нет… Так дело не пойдёт. Надо успокоиться и настроиться на позитив. Иначе ничего путного в голову не придёт. И ни в коем случае нельзя думать про дождь. Ибо мысль, сука, вещь материальная. Иногда сбывается зараза. А дождь — это последнее чего мне сейчас хочется поиметь для полного комфорта души и тела.

Да. Надо подумать… Там же, где и стоял, я просто опустился на задницу, и закрыл глаза. Позу лотоса я так и не осилил, так что приходится медитировать, развалившись на земле, абы как…

Сижу… Внутрь себя гляжу… Но пока что там ничего не нахожу…

Пришлось снова открыть глаза. Оказалось, что так даже лучше. Я сижу, а вокруг меня молочно-белое марево тумана. Прохладно. Влажно. Освежает. Хорошо…

Куда враги могли отвезти пленницу?

Ответ очевиден. В поместье барона. Теперь уже нового молодого барона по имени Вольфганг. Интересно, какими мыслями он руководствовался, когда решил пойти на конфликт с человеком, владеющим магией? Явно ведь не головой думал. Или, как в той поговорке: «Пока мозг взвешивал и думал, у жопы вдруг родился план»…

Нет. Взять в заложницы маленькую девочку, которая наверняка дорога для мага, а потом шантажировать колдуна, чтобы он магичил по баронову велению и баронову хотению.

Ну что же? Барабан ему в руки и флаг в жопу… Так он точно возглавит траурное шествие идущих, на хер, в Вальхаллу свою грёбанную.

Мне ничего не остаётся, как найти поместье или замок, этого барона и показать ему Кузькину мать. Ботинком по трибуне я стучать не буду, но мстя моя будет страшна.

Если Маша к тому времени, как мне удастся её освободить, останется жива, то я лучше всех пленных отдам ей на растерзание. У девочки богатая фантазия. Думаю, что им мало не покажется…