Портрет смерти. Холст, кровь
Шрифт:
– Просто детектив какой-то, – восхитился я. – Господин Ворген, а вы, собственно, откуда прибыли?
– А у меня, собственно, комната внизу, – пожал плечами начальник охраны. – По долгу службы обязан реагировать на крики.
– Вы быстро среагировали, – похвалил я. – Никого не видели, пока бежали?
– Нет.
– А вы, Изабелла? Вы же подошли с другой стороны?
– Вроде так, – женщина сделала неопределенный жест. – У меня спальня за двумя поворотами. Чутко сплю. Пока шла, никого не видела. Вы считаете, что крыша поехала не у Генриха, а у всех нас?
– У тебя-то давно поехала, – проворчал Генрих.
– Не знаю насчет крыши, – сказал я. – Но это явно не галлюцинация, – я подошел к перевернутому креслу, опустился на корточки и показал всем на спинку. Приблизились те, у кого были проблемы со зрением. Спинка кресла была распорота – примерно в центре. Из прорехи в добротной коже торчали лохмотья поролоновой основы. Если бы Генрих остался сидеть, удар пришелся бы в шею.
– Я же говорил! – восторженно завопил Генрих. Вскочил в стойку, растопырил пальцы. – Признавайтесь, суки, кто это сделал?!
С приездом полиции безумная больница не превратилась в чинное медицинское учреждение. Хмурый полковник Конферо выхаживал кругами по гостиной, слушал показания людей, которые ничего не видели, не слышали и не знали. Подчиненные под неусыпным оком майора Сандальи обшаривали соседние помещения на предмет колюще-режущего предмета для порчи мебели. Наши с Варварой показания были прослушаны особенно внимательно.
– Вчера ночью вы ночевали в полицейском участке, – хмуро припомнил полковник. – И на Плата-дель-Торо происшествий не было. Стоило вам вновь появиться в доме, как продолжается свистопляска.
– Прекрасный повод упечь нас за решетку, – согласился я. – Ну что ж, полковник, дерзайте.
Конферо яростно размышлял, кусая губы. Он сторонился Изабеллы, и ее это сильно напрягало. Она ловила его взгляд, но полковник избегал смотреть ей в глаза, подошел лишь однажды, бросил пару слов, обращаясь к полу, она с испугом на него уставилась, задрожали губы. Следственные действия протекали бессмысленно. Допрошенный Генрих вооружился бутылкой скотча и скрылся. Честно говоря, меня не очень интересовало, кто из горстки людей, оставшихся в доме, поднял руку на нервного пьянчужку. Изабелла, Ворген, гувернантка. Были еще садовник, которому ничто не мешало войти в дом, крошка Марио… У любого из перечисленных мог найтись повод. Полицию сказка про белого бычка тоже достала. Все формальности были соблюдены, обстоятельства усвоены.
– Душно здесь, Андрюша, – повесилась мне на шею Варвара. – Пойдем на свежий воздух…
Вечер неуклонно перетекал в ночь. Мы гуляли по дорожке, не замечая, что приближаемся к воротам. Вскоре мы стояли невдалеке от освещенного поста охраны, не имея ни малейшего желания возвращаться в дом.
– Давай пойдем в гостиницу? – предложила Варвара.
– Пойдем, – согласился я. – Но документы и деньги остались в комнате. Мы с тобой едва одеты.
Она вздохнула.
– Так давай вернемся? Заберем документы, деньги, набросим на себя чего-нибудь.
Полиция закончила свою работу и кортежем из трех машин подъехала к воротам. Охранник распахнул створы, шутливо отдал честь на польский манер. Проехала первая машина, за ней вторая. Третья преодолела зону ворот, встала, не выезжая на дорогу. Постояла. Отворилась дверца, выбрался угрюмый полковник Конферо. Помялся, направился обратно грузной походкой. Судя по всему – к нам. Мы стояли, ожидая продолжения. Он пыхтел, поводил вкруговую плечами, словно выгоняя боль из позвоночника. Сделал строгое лицо. «Серьезный гриб», – подумал я. Полковник вымолвил неласково:
– Поговорить бы надо.
– Очень внимательно вас слушаем, полковник, – отозвался я.
Он уставился на меня исподлобья, скрипнул зубами.
– Только не с вами… – и принялся напряженно рассматривать Варвару. Варвара догадалась, что следует вести себя прилично.
– Конечно, полковник, мы охотно с вами поговорим без моего невоспитанного коллеги. Давайте отойдем?
– Давайте, – проворчал Конферо. – Пойдемте ко мне в машину, там никого нет. Не хотелось бы, чтобы кто-нибудь еще видел… – он бычьим взором уставился на стену зелени, загораживающую дом.
– Странно, – пожал я плечами. – Вы считаете, что, общаясь со мной, наткнетесь на глухую стену непонимания?
– Нет, коллега, – возразила Варвара. – Просто то, о чем желает сообщить многоуважаемый полковник, может осмыслить только женщина. Пойдемте, – она протопала мимо охранника и забралась в машину. Полковник, поминутно озираясь, заспешил за ней.
Я закурил, принялся нарезать круги. Охранник запер ворота, выключил свет и удалился в свою будку. Я бродил взад-вперед, по освещенной лунным светом дорожке, косился то на дорогу, то на черную стену лесополосы. «Ситроен» полковника с погашенными фарами стоял у края тротуара. Я начинал раздражаться. Чем они там занимаются?
Что-то шевельнулось на краю лесополосы. Ветра не было. От злости показалось? Нет, от злости показаться не могло. За кустами кто-то был. Я выбросил сигарету, присел на колено, сделал вид, что завязываю шнурок. При этом исподлобья косил на кусты. В кустах кто-то прятался, я готов был присягнуть! Он не мог не заметить, как полковник уединился с Варварой в машине. А полковник не хотел, чтобы этот факт стал чьим-то достоянием, кроме охранника…
За воротами хлопнула дверь, взревел мотор. Завершилось рандеву. Я быстро обернулся. Тень Варвары отделилась от «Ситроена», машина плавно двинулась в обратную сторону. Варвара уже не пропадет. А вот продвинуться на пару шагов в странном расследовании… Я перемахнул через бордюр и зашагал к кустарнику по стриженой траве. Сжал на всякий случай кулаки. Страха не было. Беспокойно шевельнулось тело в кустах. Попятилось, отступило в лес. Я ускорился, перешел на бег, влетая за деревья, уходя от превентивного удара.
Встречной атаки не было. Я очутился в плотных зарослях, застыл с занесенным кулаком, начал вслушиваться. Интуиция стыдливо помалкивала. Глухая тишина. Хрустнула ветка вне зоны доступа. Еще раз хрустнула. Поди разберись, где это. Я бросился влево, напоролся на хищный сук, душа свалилась в пятки – показалось, это нож в вытянутой руке… Я бросился вправо, вперед, назад. Плюнул на это бессмысленное занятие, начал пятиться. Варвара наверняка уже за воротами, бродит по дорожке, гадая, куда пропал ее обиженный коллега.
Я выбежал из зарослей, отдышался, чтобы не выглядеть совсем уж глупо, зашагал на исходную. Фонарь у поста не горел, но тусклая лампочка в сотнях тысяч миль от Земли исправно коптила, разбрызгивая по планете желтоватый свет. Ворота были заперты, охранник окопался в своей будке, в окне поблескивал ночник, «Ситроен» полковника уехал, Варвары нигде не было…
Кровь ударила в голову. Я завертел головой. Дорожка пустая во все концы – пусть и ночь, но все видно. Не пойдет она в дом без меня, будет ждать. Я слетал в одну сторону, слетал в другую. Замер, усмиряя тряску в груди. Ерунда какая-то. Подчеркнуто неспешно направился к будке охранника. Там она, где еще, решила зайти, скоротать минутку в приятной беседе с русскими парнями, пока меня где-то носит.