Чтение онлайн

– Около 60000. У нас только подписчиков 47000 человек. И живут они в 38 странах мира. Причём самый большой зарубежный тираж по подписке у нас в Израиле – 1623 человека. Это наши ветераны, участники войны.

– Они не обижаются на погромные статьи?

– У нас нет погромных статей. Мы выступаем против сионизма. При этом антисемитизм мы не приветствуем. Как и шовинизм. Я рос среди татар, и для меня такой вопрос никогда не существовал.

– Сейчас бываете в Казани?

– У меня в прошлом году умерла мама, потом через полгода умер брат, и, в общем, с этой стороны корни у меня отрублены. (У Земскова на глаза навернулись слёзы. Он немного помолчал и продолжил, словно через силу.) Кто-то правильно сказал, что у человека в жизни два периода: счастливый и короткий. Счастливый – это когда жива мать, короткий – это всё, что после…

– Извините… Спасибо за беседу.

…В августе 2006 года произошёл поджог. Это случилось в субботу, когда редакция газеты не работала, и пожарные приехали только тогда, когда все кабинеты и коридор выгорели дотла… Вскоре после этого газета прекратила своё существование…

Уже в наши дни подле стен Троице-Сергиевой лавры воздвигли памятник преподобному Сергию Радонежскому. Святой громоздится в камне и каждого, кто подходит к нему то ли с молитвой, то ли с цветами, то ли за благословением, он осеняет двумя перстами, но как бы украдкой, чтобы не было в укор тем, кто у него за спиной творит знамение иным перстосложением.

При виде памятника основателю монастыря я вспоминаю протопопа Аввакума, которого сожгли за двуеперстие. И его ли одного? История старообрядцев на Руси не поросла быльём.

Но как осилить толщу времени? Я был близок к панике, впадал в отчаяние и снова шел на приступ материала, и, пока работал над ним, перечитывал рассказ Юрия Нагибина «Огненный протопоп». Я всегда черпаю силы в этой книге.

– Собирайся, распоп! – сказал стрелецкий десятник с наискось разрубленным лицом.

– Аз есмь протопоп, а не распоп, – огрызнулся Аввакум, поднимаясь со своего ветошного ложа.

Лицо десятника налилось темной кровью, но воин смолчал на дерзость узника.

13 долгих лет протопоп Аввакум, ослепший поп Лазарь, увечные дьякон Федор и старец Епифаний провели в смрадной земляной яме, и теперь им предстоял последний путь до места казни.

«…Нет, не благовестом прозвучал пустозерским узникам хриплый, износившийся голос стрелецкого десятника. И повлеклись бедолаги своей мочью к летнику. Шли, будто по воздуху плыли, шажков-то и не приметишь, но, колыхаясь былинками по ветру, как-то скрадывали расстояние между собой и темным срубом…»

Так, при зареве горящих срубов, словно при свечах, и писался весь материал.

Мой собеседник – глава Русской Православной Старообрядческой Церкви митрополит Московский и всея Руси Корнилий (Титов).

– Ваше высокопреосвященство, что послужило причиной церковного раскола?

– В середине 17 века на Руси стали вводить новые обряды, новые богослужебные чины и книги. Это и послужило причиной раскола. Начало раскола в истории прочно связано с именем патриарха Никона, но главным реформатором был, конечно, царь Алексей Михайлович. Никон был только проводником, он пробыл на патриаршей кафедре шесть лет, но сделал первые поспешные и резкие шаги. Ближайшим сподвижником Никона был Арсений Грек. Это воспитанник иезуитов, он неоднократно переходил из одной веры в другую, за еретичество был сослан на Соловки. Никон его освободил и назначил главным правщиком церковных книг.

Сама реформа началась с отмены двуеперстия, но надо знать, что двуеперстие идёт с апостольских времен. Сам Христос, как изображается на иконах, благословлял людей таким перстосложением. Церковная жизнь со времени принятия крещения на Руси зиждется на вере равноапостольных Владимира и Ольги, преподобного Сергия Радонежского, святителей Петра, Алексия, Ионы, Ермогена… Они были двуперстники. Вся русская церковь творила крестное знамение двуеперстием. И так было почти семь веков, начиная от крещения Руси.

– Не понимаю! Если сам Господь благословлял людей таким перстосложением, то как можно было отказываться от него?

– Вот и старообрядцы не понимали. И не принимали. Для старообрядцев форма и содержание никогда не существовали отдельно друг от друга. И двуеперстие, и сугубая аллилуйя, и хождение вокруг аналоя посолонь (по солнцу), и другие старые обряды имели коренное значение. Поэтому реформу можно было насаждать только силой и страхом. Так и поступили. Никон вступил на патриарший престол в 1652 году, и уже на другой год появились первые жертвы реформ: были замучены протопопы Иоанн Неронов и Даниил Костромской, потом такая участь постигла епископа Павла Коломенского, потом счёт жертвам потеряли. История старообрядчества на Руси превратилась в дорогу скорби и слёз, и дорога эта растянулась на 300 с лишним лет.

– Но во имя чего проливалась кровь? Во имя чего отказывались от вековых обрядов?

– Широко распространено мнение, будто реформа церкви 17 века проводилась с целью исправления ошибок, которые якобы вкрались в богослужебные тексты с течением времени, но это от лукавого. В старину книги переписывались от руки. Богослужебные книги писали особые мастера, мастерство такого рода приравнивалось к иконописному и считалось священным. Ошибки, помарки в таких книгах были крайне редки.

Для проведения реформы не было ни богословских, ни канонических оснований; реформа проводилась сугубо по политическим соображениям.

Это была попытка перестроить русскую церковь на греческий лад.

– Но старый обряд тоже был заимствован из греческой церкви, почему же теперь воспротивились?

– К 17 веку греческая церковь потеряла право быть первоучителем. Во-первых, Византия подписала в 1430 году Флорентийскую унию, во-вторых сами греки уже больше двухсот лет находились под турецким владычеством. В греческой церковной практике произошло так много изменений, что было поставлено под сомнение православие греков.

– В чём же состояли политические соображения?

– Реформа проводилась с расчётом на константинопольский престол. Царь Алексей Михайлович вознамерился занять византийский престол, и реформа для унификации церковной практики по греческому образцу должна была стать идеологическим фундаментом. Именно царь и его сподвижник патриарх Никон были вдохновителями реформы.

Сама идея Третьего Рима, идея объединения всех православных народов под эгидой русского царя, возникла после падения Византии, в середине 15 века. Известно утверждение «Москва – третий Рим, четвёртому не быти». Оно принадлежит псковскому игумену Филофею. И понятна заинтересованность порабощённых греков, но и Польша, и Рим жаждали втянуть Москву в борьбу против султана. Это была крупная международная игра. Она велась не одно десятилетие. К войне с турками толкали и царя Ивана Грозного, и тоже сулили в награду константинопольский престол, но он не соблазнился и ответил папскому посланнику: «С меня довольно и моего государства». А царь Алексей Михайлович впал в «византийскую прелесть».