Чтение онлайн

Воля Великого Бога в отношении Его Сына известна: он должен быть вознесен превыше всего, так как в глазах Отца Он выше «всякого имени». Поэтому на глазах избранных свидетелей [79] Отец представил видимое свидетельство Своей оценки Иисуса: что Он есть Господь всего — равным образом неба, земли и преисподней, что Его божественность неоспорима, потому что Ему поклоняются на небесах, где никому, кроме Бога, не могут поклоняться, и что теперь Он перешел из состояния инкогнито к Своему полному и признанному обладанию божественным именем и Господством [80] . Историческое, физическое событие вознесения — это нравственный и духовный комментарий к личности Иисуса.

Как произошло это событие? Бог превознес Его (ст. 9, ср. 1 Пет. 1:21). Отрывок, подобный Евр. 4:14, возможно, говорит об Иисусе, проходящем небеса, благодаря Своей собственной силе и по собственному желанию, на что Он, конечно, имел полное право. Но из Флп. 2:9 ясно, что вознесение было деянием Божьим, и, как нам известно из других мест, это не было актом, совершенным наскоро или по внезапному решению, а свершилось по окончании сорока дней (Деян. 1:3) [81] : это хорошо обдуманное божественное действие.

А теперь: почему? Почему Бог так превознес Иисуса? Согласно нашему отрывку, это был отклик на что–то, связанное словом посему (ст. 9) с тем, что происходило раньше. На что отозвался Бог? Ответ, указывающий на смерть крестную (ст. 8), соответствует Библии (Евр. 2:9), но недостаточно точен для разбираемых стихов. Потому что здесь крестная смерть есть последнее событие, о котором говорится в конце длинного предложения, начавшегося в стихе 5 словами «чувствования Христа». Вознесение — это божественный ответ не на тот или иной аспект жизни Иисуса, а на личность Иисуса, на Его взгляды, ценности, принципы, которым Он следует, — Его «чувствования». Он не стремился к Своей славе (ст. 6), не отстаивал Свою Божественность, не прятал Свой уникальный человеческий опыт: Он уничижил Себя Самого (ст. 7) и смирил Себя (ст. 8). От сияния славы — к унижению смерти и месту проклятия, от славы — к отождествлению с нашим обычным прахом — так Своим собственным смиряющим решением Иисус показал и послушание, и величайшую любовь. И Отцу отрадно видеть это, потому что таков закон Божий: тот, кто смирил себя, будет возвышен.

К какой цели все это ведет? Говоря без обиняков, это ведет к полному познанию тайны о Царстве Иисуса. В одном из прекрасных гимнов прошлых лет поется: «О, день венчания грядет, Он все ближе и ближе…» [82] . Эти слова волнуют, когда их поешь, но они не верны! Иисус был увенчан в тот день, когда вознесся [83] . День венчания уже был, он был давным–давно! Однако, к великому сожалению, немногие слышали о нем. Любящие Иисуса помнят Его и радуются, но миллионы людей в мире не знают, что Иисус есть Царь. Но они узнают — в день, когда Царь придет.

В этот день всякий язык исповедует, что Господь Иисус Христос. Как нам связать краткость этих стихов с тем, что говорит по этому вопросу остальное Писание? К сожалению, мы должны констатировать, что запоздалое исповедание, в ответ на видимую славу Его, будет не спасительным исповеданием, а скупым признанием, вырванным божественной силой из губ неверящих, оставшихся такими же, какими они были на протяжении всей их земной жизни. Все покорятся, все исповедуют, но не все спасутся.

Итак, таковы факты, раскрывающие вознесение нашего Господа Иисуса. И мы могли бы спросить, о чем говорит нам вознесение?

Во–первых, и это яснее всего, вознесение провозглашает уже существующую реальность царствующего Господа. Оно совершено уже давно и остается реальностью по сей день. Среди миллионов тех, кому ничего не известно о вознесении, мы действительно знаем о нем. Иисус есть Царь. Согласно этому отрывку, существует должный ответ царствующему Господу, ибо в день, когда Он появится во всей Своей славе, в ней будет нечто, что вызовет не обусловленное ничем, кроме самой славы, преклонение и исповедание (ст. 10–11). Именно нашим радостным почтением и нашей гласной проповедью Его имени мы в наших настоящих обстоятельствах свидетельствуем всем, что Он царствует и что мы — Его народ.

Во–вторых, вознесение, как представил его здесь Павел, говорит нам о границах, поставленных перед евангелизацией. Когда Господин возвращается, то это день отчета, а не продолжения возможностей; это день, когда дверь закрывается и определяются судьбы в вечности (Мф. 25:19; Лк. 19:15,27; Мф. 25:10,46). Наиболее выразительно описан этот день в Отк. 20:12, когда книги раскрыты и те, чьи имена не найдены в книге жизни Агнца, стоят перед престолом, им нечем защитить или прикрыть себя, кроме облачения, созданного их земными делами, ибо все дела записаны на небесах. Слишком поздно они обнаружат, что смерть не вызвала чуда превращения и те, кто здесь держались на расстоянии от Господа Иисуса, в таком же положении окажутся и там и не будут желать ничего другого; нечистые так и останутся нечистыми, и отвергающие Бога отвергнут Его в последний раз. Не тогда, а сейчас — назначенное время. В данный момент день спасения ближе, чем когда мы впервые уверовали и в блаженство, которое Он приносит верующим, и в катастрофу, которую Он несет для неверующего. Единственный посредник между нашими неспасенными друзьями и этим страшным днем — это наш язык, говорящий об Иисусе.

Конечно, действует не только наш язык. Библейское учение о Боге, Который непрестанно работает, чтобы привести к Христу всех, кого Он хочет спасти, содержится и в других местах Священного Писания. Для нас же убедительным дополнением к свидетельству языка служит высказывание о колене, которое преклоняется перед Господом, обозначая тем самым жизнь, посвященную послушанию Ему. Какую форму должно принять такое послушание? Здесь выявляется третья истина вознесения: существует образ жизни, который имеет отличительный признак божественного одобрения. Выше мы отмечали постоянство Христа на всем протяжении Его великого пути, который привел Его от небесной славы к Голгофе и далее — к величайшей высоте. Он вознесен превыше всего, потому что, пройдя через все, Он оставался все Тем же: Тем, Кто из послушания Богу и из любви к грешникам сказал «нет» всему, что могло бы быть выгодно Ему Самому. Он никогда не переставал смотреть вверх, на Отца, ища Его одобрения, и вокруг, на других, желая им вечного блаженства. Он ничего не удерживал, если, отказываясь от этого, мог повиноваться Богу и спасать погибших.

Мы возвращаемся к моменту, с которого начинался этот замечательный отрывок: Ибо в вас должны быть те же чувствования, какие и во Христе Иисусе (ст. 5). Яркое описание «чувствований Христа» (ст. 6–8) дано и для того, чтобы мы могли узнать жизнь, соответствующую нашей новой природе, и для того, чтобы мы могли решиться подражать Ему [84] . Потому что ученикам прошлого, которые не знали дороги («Не знаем, куда идешь; и как можем знать путь?»), Иисус счел достаточным сказать в ответ: «Я есмь путь» (Ин. 14:5 и далее).

Божьему «посему» (ст. 9) соответствует христианское итак (ст. 12) [85] , и это, в двух словах, и есть содержание данного отрывка. Точно так же, как Бог оценил, а затем отозвался на благость жизни в послушании Своего Сына (ст. 9–11), так и христианин должен обдумать пример Христа и решиться на достойный отклик (ст. 12—18).

За христианским «итак» мы замечаем, во–первых, что в стихе 4 Павел подчеркивает решающее значение правильных взаимоотношений между людьми внутри церковного сообщества, потому что иначе церковь никогда не смогла бы выстоять перед угрожающим миром. В стихе 5 он представил Христа не только как нашу новую духовную жизнь, но и как пример новой жизни в практическом отношении. Все это Павел воскрешает в памяти словом итак (ст. 12). Он, в сущности, говорит: «Позвольте мне сказать вам, как действовать, чтобы достичь великой цели здоровых взаимоотношений в уподоблении Христу». Таким образом, Библия не только учит нас тому, что есть истина, но и как отвечать на истину; не только, что такое пример Христа, но и какой линии поведения следует держаться, чтобы воплотить его в жизни. Давайте поэтому со всей серьезностью подумаем о том, что предлагается нам в 2:12–18, потому что величайшая задача христианина — уподобиться Христу, а здесь речь идет о действиях, ведущих к ее решению.