Чтение онлайн

8. Гостеприимство. Будьте гостеприимны… (136) [672] . Если великодушие проявляется к нуждающимся, то гостеприимство — к гостям. Philadelphia (любовь к братьям и сестрам) должна уравновешиваться philoxenia (любовью к странникам). И то, и другое, бесспорно, является выражением любви. Гостеприимство в те времена особенно ценилось, потому что гостиниц было мало и они находились далеко, а бывшие в наличии не обеспечивали необходимой безопасности и удобств. Поэтому христиане должны были открывать двери своих домов для странников и особенно для лидеров поместных церквей (1 Тим. 3:2; Тит. 1:8). На самом деле Павел увещевает верующих не просто «быть гостеприимными», но проявлять особо ревностное отношение к нуждающимся в нем. Ориген так комментировал эту мысль: «Не просто принимать странников, приходящих к нам, но проявлять интерес и заботу, усердие в поиске тех, кто, возможно, сидит или лежит на улице без крыши над головой» [673] .

9. Благие пожелания. Благословляйте гонителей ваших; благословляйте, а не проклинайте (14). Хотя наши гонители находятся за пределами христианского сообщества (и этот стих предваряет стихи 17–21), все же благословение их является необходимой стороной христианской любви. «Благословение» и «проклятие» — абсолютные противоположности и подразумевают соответственно желание людям добра или зла, здоровья или погибели. Несомненно, в этих словах Павла эхом отзываются слова Иисуса, повелевшего нам не только «благословлять» проклинающих нас (Лк. 6:28а), но «молиться» за них (Лк. 6:286; Мф. 5:44) и даже «благотворить» им (Лк. 6:27). Нет лучшего способа для выражения добрых пожеланий нашим врагам, чем приобщить их через молитву к добрым поступкам.

10. Сострадание. Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими (15). Любовь никогда не смотрит со стороны на радость и боль людей. Любовь соединяет себя с ними; она поет с ними и страдает вместе с ними. Любовь глубоко проникает в их практическую жизнь и в их чувства, в их смех и их слезы и всегда сочувствует им, в каком бы настроении они ни находились.

11. Гармония. Живите в гармонии друг с другом (16а) [674] . Греческое предложение буквально звучит так: «Думайте одинаково друг о друге». Это значит «имейте одинаковый разум» и, следовательно, «живите в согласии друг с другом» (ПАБ). Подтекст здесь почти идентичен обращению Павла к филиппийцам, когда он призывает их «иметь одни мысли», быть «единодушными и единомысленными» (Флп. 2:2). И вновь подчеркивается огромная роль разума в христианской жизни. Tax как христиане имеют обновленный ум (2), этим умом должны обладать все, кто разделяет одни убеждения и придерживается одного учения. Без такого разума, присущего всем членам общей семьи, гармонично жить и трудиться было бы для них невозможно.

12. Смирение. Не гордитесь, не гнушайтесь близости с людьми низкого положения. Не впадайте в самообольщение. (166) [675] . Снобизм — самая отвратительная форма гордыни. Снобы поглощены заботой о своем статусе; они разделяют общество на «высших» и «низших», избирают компанию для себя по кастовому признаку. Они забыли, что Иисус общался с социальными изгоями, оставаясь при этом естественным и свободным, и делать то же Он заповедовал Своим последователям. «Никогда не проявляй снисходительность, но будь искренним другом бедных» (ИБ).

Какую полную и обстоятельную картину, изображающую христианскую любовь, написал для нас Павел! Любовь искренна, разумна, добродетельна и уважительна. Она проявляется и в рвении, и в терпении; она щедра и гостеприимна, благожелательна и сострадательна. Она украшена гармонией и смирением. Насколько счастливее были бы наши христианские церкви, если бы мы любили друг друга такой любовью!

Когда мы ощущаем на себе действие Божьей милости и когда наш разум обновляется для того, чтобы мы научились понимать Его волю, все наши взаимоотношения с окружающим нас миром изменяются. Мы не только представляем Богу свои тела (1—2), приобретаем трезвое понимание своего «я» (3— 8) и получаем любовь к другим членам христианской общины (9–16), но мы также научаемся служить нашим врагам (17–21). Враги наши появляются в лице наших преследователей (14), и в любой момент они могут явиться нам как люди, творящие зло (17). Фактически, последние пять стихов главы 12 посвящены христианскому отношению к этой категории людей. Идея борьбы добра и зла пронизывает бблыную часть данной и следующей за ней главы (напр.: 9, 17, 21 и 13:3–4).

Поразительной особенностью этого финального отрывка (если к нему добавить еще предваряющий стих 14) является четырехкратно повторяющееся, отрицательное по форме повеление:

1. «Не проклинайте» (14).

2. «Не воздавайте злом за зло» (17).

3. «Не мстите» (19).

4. «Не будь побежден злом» (21).

Все четыре наставления говорят об одном и том же в разной форме. Расплата за зло или месть абсолютно недопустимы для последователей Христа. Он никогда не отвечал на зло ни ударом, ни словом, ни поступком. И, несмотря на нашу врожденную страсть к сведению счетов — от детских жалоб на обидчика до изощренных планов мести, которые вынашиваем мы, взрослые люди, — Иисус призывает нас подражать Ему.

Разумеется, в мире есть учреждения для наказания злоумышленников — судебные органы, и Павел подойдет к этому вопросу в главе 13. Однако в обыденной жизни мы не должны добиваться возвращения своей собственности, если этим может быть причинен вред нашему обидчику. Невоздаяние злом за зло было одной из самых первых этических норм христианства (ср.: 1 Фес. 5:15; 1 Пет. 3:9), уходящей в глубь времен — в учение Иисуса (напр.: Мф. 5:39 и дал.; Лк. 6:27 и дал.) и дальше в дохристианскую эпоху к ветхозаветным книгам Премудрости (напр.: Пр. 20:22; 24:29).

Но христианская этика никогда не бывает чисто отрицательной по своему звучанию, и поэтому каждое из отрицательных наставлений Павла сопровождается положительным. Итак, мы не должны проклинать, но должны благословлять (14); мы не платим злом за зло, но поступаем правильно, пребывая в мире со всеми (17–18); мы не мстим, но оставляем возмездие Богу и служим нашим врагам (19–20); мы не допускаем, чтобы зло покорило нас, но побеждаем зло добром (21).

Таким образом, первая антитеза добро — зло сопровождается назиданием «благословлять, а не проклинать» (14). Это мы уже рассмотрели. Вторая пара понятий вводится так: Никому не воздавайте злом за зло (17а), а затем: старайтесь поступать правильно \kala — «правильные поступки»] на глазах у всех (176) [676] или «смотрите, чтобы ваше поведение перед людьми не вызывало критики» (ДБФ). Было бы неестественно воздерживаться от зла, но при этом поступать неверно. Затем идет второе понятие, противоположное возмездию, и бесспорное в своей истинности. Если возможно с вашей стороны, будьте в мире со всеми людьми (IS). Отказаться от воздаяния за зло — значит избегать ссор. Но этого недостаточно: мы должны сами быть активными миротворцами (ср.: Мф. 5:9), даже если это не всегда возможно (на что указывает фраза «если возможно с вашей стороны»). Ведь иногда люди или не желают жить в мире с нами, или ставят такие условия примирения, которые навязывают неприемлемый для нас нравственный компромисс.

Третий запрет Апостола звучит так: Не мстите за себя, возлюбленные… (19а, agapetoi — «любимые»; он уверяет их в своей любви, потому что призывает их ходить ее путями). И вновь он приводит положительное противопоставление, точнее два. Первое: но дайте место гневу Божию. Поскольку греческий текст буквально гласит «дайте место гневу» без указания, чей гнев здесь имеется в виду, то некоторые комментаторы решили приписать этот гнев либо человеку, творящему злое («пусть его гнев проявляется как ему угодно, отдайтесь его воле»), либо пострадавшей стороне («пусть ваш гнев проходит и не переходит в месть»). Однако следующая фраза («Мне отмщение…») не оставляет сомнений в том, что речь идет о Божьем гневе. Ранее Павел уже показал нам истинное значение слова «гнев» как «Божий гнев» (напр.: 5:9). Еще одну версию перевода дает ПНВ: «предоставьте это Божьему гневу». Павел продолжает: Ибо написано: «Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь» (196) (Втор. 32:35). «Отмщение» — это перевод греческого ekdikesis, что значит «наказание»; оно перекликается с глаголом стиха 19: «не мстите за себя». Аналогично, «Я воздам» параллельно «не воздавайте злом за зло» в стихе 17. Речь здесь идет о Божьем суде, как и в словах Иисуса, которые Он произнес Сам: «Сын Человеческий… воздаст каждому по делам его» (Мф. 16:27).

Соотнося, таким образом, слова, сказанные о Боге, с запрещающими заповедями, Павел четко оформляет свою мысль: два типа поведения, запретные для нас (отмщение и наказание), как сказано, являются функциями Бога. Причина запрета мести за зло не в том, что это само по себе неверно (ведь зло заслуживает наказания), но в том, что это право принадлежит Богу, а не нам. Мы должны «дать место гневу Божьему», который в настоящее время осуществляется через деятельность государственных институтов правосудия, потому что судья на земле — это «Божий слуга, поставленный наказывать делающего зло» (13:4) [677] . И этот гнев в конечном счете проявится в «день гнева и откровения праведного суда от Бога» (2:5).