Посланница.
Шрифт:
– Наши дела плохи, - мрачно прокомментировал он.
– Боюсь, продолжать путешествие ты не сможешь.
Расколотив в склянке какое-то пахучее зелье, почти силой запихнул мне его в рот и заботливо укрыл своим плащом поверх моего собственного.
Дальше все происходило, словно в бреду. С помощью Джареда с трудом забралась на лошадь. Вскоре, хотя маг и пытался избежать контакта с эмпатами, мы уже въезжали в небольшое поселение.
Жар немного спал, и уходящее за горизонт солнце снова стало оранжево-красным. "Наверное, завтра опять пойдет дождь или это к сильному ветру?" - никак не удавалось вспомнить народную мудрость.
Деревушка нас встретила зловещей тишиной. Немногочисленные ее жители смотрели недоверчиво и враждебно. Бледные, с большими темными кругами под глазами, они выглядели больными и изможденными, даже двигались как-то слишком размеренно, будто и это давалось им с трудом, и больше походили на призраков, чем на живых существ. Мне даже пришла в голову нелепая мысль, а не занесло ли меня снова к живым мертвецам. А что?! Я теперь ничему не удивлюсь. Ведь путешествую же с одним из них…
Мои размышления прервал голос мага. Он уже справился у местных жителей, где находится дом старосты и теперь уговаривал меня поспешить, пока еще окончательно не стемнело.
Все то время, что Джаред вел дипломатические переговоры с деревенским начальством о нашем ночлеге, я скромно стояла в стороне, ловя на себе голодные взгляды его большого семейства. Только сейчас, пожалуй, поняла небеспочвенные опасения Катрайна. Может, эти эмпаты и были когда-то милыми существами, но, как говорится, голод не тетка, тут любой озвереет.
Я поежилась. Не от холода (у меня снова поднимался жар), а от дурного предчувствия. Но отступать было поздно. Да и сил у меня для этого просто не осталось.
Уговорить старосту пустить нас в дом оказалось совсем непросто. Деньги он брать не пожелал, мотивируя тем, что в этой жизни не успеет их даже использовать, а в другой - они ему тем более ни к чему. Какая мрачная перспектива! И если бы не предприимчивость мага, захватившего с собой несколько энергетических кристаллов, нам бы пришлось ночевать на улице и неизвестно, чем бы все это закончилось.
Джаред взял со старосты слово, что тот гарантирует нам безопасность и за это перед нашим отъездом снова получает живительные камушки.
Наконец все формальности были соблюдены, и хозяйка дома поднялась со мной в спальню. Комната оказалась довольно сносной, уютной и чистой, хотя при нынешних обстоятельствах это не имело значения. Единственное, что меня порадовало, - пузатая кадка с горячей водой. Правда, сейчас я бы предпочла ледяную. Кое-как приведя себя в порядок, спустилась к столу. Есть совсем не хотелось, но обижать хозяев тоже.
Все семейство было уже в сборе. Обвела взглядом мрачные лица и заметила в них незначительные перемены. Не могу сказать, что на щеках заиграл румянец, но круги под глазами чуть потускнели. Наверное, уже успели отщипнуть немного энергии от подаренных нами кристаллов.
– Странно видеть вас здесь, - обратился ко мне староста.
– Люди к нам и раньше нечасто заглядывали, а в последнее время гостей вообще не бывало.
– Непредвиденные обстоятельства заставили меня отправиться в Драгонию, - не стала вдаваться в подробности. На всякий случай снова поблагодарила: - Спасибо, что приютили нас. Еще одной ночи в лесу я бы не пережила.
Супруга старосты, полноватая женщина с добродушным лицом, приветливо улыбнулась:
– Оставайтесь у нас, сколько понадобится.
– И взглядом пресекла попытку мужа возразить.
– Здесь вы в полной безопасности.
Хотелось бы верить…
Ужин начался, и все на какое-то время сосредоточились на еде. Один Джаред, как и прежде не испытывающий голода, задумчиво поцеживал травяной отвар, время от времени наклоняясь к хозяину, чтобы о чем-то его спросить. Один из ответов заставил меня отвлечься от созерцания в тарелке какой-то коричневой бурды и напрячь слух.
– Если бы Владыка Дорриэн был жив, мы бы сейчас не находились на грани вымирания, - чуть громче, чем прежде, заговорил эмпат.
– Вы знаете, что приказала эта девчонка? Гореть бы ей заживо в Жуткой Тьме!
Я чуть не поперхнулась. Последние слова были адресованы явно мне.
Катрайн покачал головой, и староста с еще большим запалом продолжил:
– Ее величество ввело новый закон, по которому каждый населенный пункт должен выплатить дань в размере одной третьей части имеющихся кристаллов. Неслыханное дело! Явились солдаты, обыскали наши дома, забрали камни. Целые селения вымирают, а при дворе жизнь бьет ключом. Где, скажите мне, справедливость?!
"Но ведь это все ложь!" - чуть не закричала я вслух. Не издавала я такого указа!
Джаред взглядом попросил меня попридержать язык. Иначе, если почтенное семейство узнает во мне Владычицу, живыми нам отсюда не выбраться.
Проклятье! Это уже второй закон, о котором я ровным счетом ничего не знаю. Вот дура! Нужно было хотя бы читать, что подписываю!
Пообещав себе по возвращении в Эсферон сразу же во всем разобраться, снова уткнулась в тарелку. Скорее бы закончился ужин, чтобы я могла забраться в постель и забыться спасительным сном, не думая о кристаллах и о тех, кто по моей вине сейчас терпели настоящее бедствие.
Занятая размышлениями, почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Повернув голову, встретилась глазами с юношей и девушкой. Кем они приходятся хозяину дома можно было не уточнять. Все его дети были, как из одного яйца.
Сделав вид, что я их вовсе не интересую, эмпаты продолжили о чем-то шушукаться, а у меня по коже поползли мурашки.
Когда ужин закончился, я сразу же поспешила наверх. Джаред, видя, в каком подавленном состоянии нахожусь, попытался меня заверить, что очень скоро все образуется, и эмпаты еще будут благодарить за свое спасение. Потом напоил целебным отваром и, пообещав, что будет рядом, пожелал спокойной ночи.
Кажется, мне снова снилась Велена, но что-то внезапно прервало сон. Скоро различила два силуэта и стала невольным свидетелем короткого разговора. В коридоре стояли мои недавние знакомые, брат с сестрой, и о чем-то спорили.
– Ликан, давай уйдем, - уговаривала девушка.
– Отец ведь дал слово!
– Он дал, вот пусть сам его и держит. Я этой девчонке ничего не обещал!
– запальчиво ответил юноша. И еле слышно, так, что мне едва удалось разобрать его слова, добавил: - Мы не причиним ей вреда. Возьмем лишь чуть-чуть, никто ни о чем не догадается. Если что, ее слабость объяснят естественным образом - она вызвана только болезнью.