Чтение онлайн

— Хорошая была тачка, — сказал Алексей, доставая пачку «Мальборо» и прикуривая. — Закончим это дело, первым делом пойду в Большой, на «Лебединое озеро».

На следующее утро, едва переступив порог, Вакулов спросил у Николаева:

— Ну, как компьютер?

— М-да, — почесал затылок Сергей, — неплохая штука, особенно редактор текста. Как только получу деньги за сценарий, не пожалею валюты и себе точно такой же куплю.

— И правильно сделаешь. Я работал на многих машинах, но эти компьютеры мне нравятся больше всего. Надежны и безотказны. Я дам тебе потом адрес организации, которая как раз занимается поставками этой техники на наш рынок. С ней и ее компьютерами, вот уж точно, у тебя не будет никаких проблем. А пока покажи, что успел.

Алексей взял распечатанные на принтере страницы и быстро их просмотрел.

— Неплохо. Только сцену с захватом командира ракетной базы придется выбросить. Уж очень она искусственна.

— Ты что! Представляешь, как бы это смотрелось на экране? Ангар наполненный газом, корчащаяся в предсмертных муках охрана. По-моему, такого еще ни в одном фильме не было.

— Ты все же попробуй как-нибудь без нее.

— Хозяин — барин, — развел руками Сергей, — но я должен тебе сказать, что ты ничего не смыслишь в крутых фильмах.

— Конечно, куда нам, серым, до вас, классиков отечественного детектива.

— Алексей, насколько я понимаю, речь здесь идет о ракетной базе не на территории России.

— Какая тебе разница, где она находится, — в Казахстане, Белоруссии, Украине или в какой-нибудь другой части бывшего Союза?

— А как же границы?

— Разве для твоей фантазии и наших «соколов» могут существовать какие-либо границы? Пусть этой проблемой занимаются политики, пытающиеся при их помощи подольше удержаться у кормила власти. Разделяй и властвуй! Мы же с тобой собираемся снимать детектив. Да, я поговорил со своим начальством, и мы решили перебросить тебя в наш офис. Фирма сняла небольшую гостиницу за городом, но основная группа пока не подъехала, и у нас стоит целая куча пустых номеров. Там тебе и удобней будет — бар, столовая, парк. Косули и фазаны бродят.

— Вообще-то мне и здесь неплохо.

— Вот и договорились. Володя, — обратился Вакулов к сопровождавшему его помощнику, — собери компьютер, а ты, Сергей, возьми, что тебе понадобится на неделю. Только побыстрей, нас машина ждет.

Молодой человек сложил «Notebook», принтер и блок питания в серебристый металлический чемоданчик, Николаев побросал в сумку свои вещи.

— Готовы? Тогда пошли, — Алексей открыл дверь.

На лестничной площадке несколько мужчин в одинаковых новеньких рабочих халатах пытались развернуть застрявший лист фанеры. Вакулов быстро захлопнул дверь и обернулся к Сергею:

— Тут должен был быть черный ход. Они там еще час будут возиться, а у меня времени в обрез.

Они прошли через двор и сели в поджидавшую их «Волгу». Едва она отъехала, как из-за угла вынырнул черный «мерседес» с милицейскими мигалками на крыше и пристроился к ней в хвост. На набережной он обогнал «Волгу» и врубил противотуманные фары.

— Охрана, — улыбнулся Вакулов. — Теперь без нее ни на шаг. Слишком много появилось у нас доморощенных рэкетиров, любителей побомбить совместные предприятия.

— Неужели так страшно? — спросил Николаев.

— Ты даже не представляешь, как местные преступные группировки охотятся за людьми из СП. Они следят за ними, подслушивают, подсовывают проституток-наводчиц. Мафиози, которые теперь уже совершенно сплотились с коррумпированной верхушкой, не брезгуют и не останавливаются ни перед чем. Ни перед шантажом, ни перед угрозой близким, ни перед убийством. Они готовы на все, лишь бы заставить владельцев совместных предприятий раскошелиться или перевести на их мафиозные счета в зарубежных банках валюту.

Новый этап в истории российской организованной преступности. Похоже, ее развитие намного опережает нашу промышленность.

Наша промышленность уже сама по себе преступна. И как монополия, и как некий организм, который не дает возможности развиваться нормальным рыночным связям. Тем более что ею продолжают руководить люди, которые прежде всего хотят скрыть свои экономические преступления, совершенные до и после перестройки. И чем больше загнивает экономика, тем весомее их капиталы. Есть очень влиятельные люди заинтересованные в гиперинфляции, царящем в стране хаосе и развитии мафиозных структур. Для них это чудесный способ накопления спекулятивного богатства. Да, в общем, и без мафии у народа на руках огромное количество оружия. И придурков развелось немало — любителей за час разбогатеть. Ни за что ни про что могут пристрелить. Только за один такой компьютер, на котором ты работал, могут спокойно голову открутить. Потому и приходится содержать вот этих, — Алексей кивнул на мчавшуюся впереди машину, разгонявшую своими сигналами, очень похожими на милицейскую сирену, нерасторопных водителей.

— А почему ты не на «мерседесе» ездишь?

— Ну, во-первых, мы живем на Востоке, а здесь уже сложился какой-то стереотип относительно черных «Волг». Во-вторых, это как бы отношение к стране, гражданином которой я являюсь. Да, я бы мог ездить на «мерседесе» или БМВ, но я предпочитаю нашу, отечественную марку. Ну и, в-третьих, — тут Вакулов сделал небольшую театральную паузу, он ими славился еще по выступлениям на комсомольских собраниях в институте, — это — спецзаказ. Мотор у нее раза в два мощней, чем у «мерса», из «Калашникова» ее не взять, плюс она оборудована системой защиты «Кавказ».

— Ничего себе, — Николаев окинул взглядом салон «Волги», — а так никогда не скажешь. И сколько на ней можно выжать?

— Не знаю, надо спросить у Гриши, — Алексей похлопал по плечу огромного, чуть ли не упиравшегося головой в крышу водителя. — Сколько ты можешь выдать?

— Сколько надо, столько и сделаем, — не отрывая взгляда от дороги, ответил тот.

— Вот какой у меня народ. Любо-дорого с таким коллективом работать. Посмотри, — Вакулов показал на несколько только что отреставрированных церквушек с вызолоченными куполами, — какую красоту отгрохали.

— Ну-ну, — отвернулся Николаев, — соборов понастроили, а народ голый. Столько средств всадили в эти храмы, что на эти деньги можно было десяток жилых домов, сиротских приютов и школ построить. Интересно, как этим церковникам не стыдно брать деньги у «новых русских» и украшать крыши своих церквей золотом, когда в стране, по вине их богатеньких прихожан, с каждым днём растет количество беспризорных и голодных детей. Их уже чуть ли не миллион. Если я не ошибаюсь, когда-то в какой-то стране один из патриархов, когда для его народа наступили голодные времена, приказал отдать все золотые сосуды из храмов и снять позолоту, чтобы накормить страждущих. А эти все гребут и гребут под себя. Самое интересное, церковникам отдают даже те храмы, которые им же самим пришлось закрыть до революции, потому что не было прихода. Знаешь, сколько всяких храмов в Москве было закрыто, потому что церковь не имела возможности их содержать? А сейчас сколько денег идет на все это?

— Ты же сам перед Олимпиадой восьмидесятого года говорил, что нельзя взрывать храмы и нужно их сохранять.

— Да, говорил. Разрушать легко, а для реставрации и восстановления нужны огромные деньги. И делать это надо не в такое тяжелое для страны время. Это преступление. Тем более Бог должен быть внутри человека, а не только во храме. А эти выходят за ворота собора и забывают даже о десяти заповедях.

— Ну почему же ты не выступишь со статьей и не расскажешь обо всем этом?

— Как же, дадут мне. Посмотри, во время церковных праздников одни президенты, губернаторы и их телохранители в церквях стоят. Да еще и телевизионщики. Позор!