Чтение онлайн

Девушка, до этого затихшая, выгнулась дугой и зарычала:

– Да, я знаю, знаю! Довольно! – и тут же перешла на шепот. – Она… она… да, я знаю… знаю, моя милая. Не плачь. Не плачь! Прошу тебя! – голос сорвался в истерику.

Юра оглянулся на Зерею и принялся руками перемешивать смесь. Вода сперва окрасилась в белый цвет, затем в розовый, и под конец приобрела болотно-зеленый оттенок. Он поднес руку к лицу и понюхал. Запаха не было никакого. Абсолютно. Тогда он лизнул и с отвращением выплюнул то, что попало на его язык. Смесь получилась кисло-горькой.

– Надеюсь, я все делаю правильно, – прошептал он и посмотрел на девушку.

Если верить ее словам, ему предстояло раздеть ее и натереть этой смесью, предварительно дав немного выпить. Дрожащей рукой он принялся расстегивать ее одежду. Зерея открыла глаза и прошептала:

– А ты мне нравишься, да, – затем девушка запрокинула голову и расхохоталась.

Ее зрачки цвета стали плавали в кровавом озере лопнувших капилляров. Девушка дернулась и затихла.

Насколько можно было, он обнажил ее тело, расстегнул рубашку и вывернул ее, однако оставил связанными руки и ноги девушки. Снял с Зереи обувь, до щиколоток стянул штаны, обнажив круглые загорелые бедра. После чего бросился в поисках тряпки, какой можно было бы обтереть девушку. Он увидел свой платок, торчащий из бокового кармана рюкзака. Быстро (а Юра заметил, что теперь он все делал на предельной скорости) метнулся к рюкзаку, выхватил платок и уже через мгновение мочил его в получившейся жиже. Аккуратно он поднес платок к лицу девушки и прошептал:

– Зерея, милая, открой рот.

В ответ глаза девушки широко распахнулись, обнажив кровавые белки, она вытащила язык и кокетливо, и вместе с тем мерзко, облизала губы.

– Иди ко мне, – прохрипела девушка и начала извиваться.

– Ага, – ответил Юра и, улучив момент, отжал тряпку.

Добрая часть влаги попала в рот, хотя многое и расплескалось-растеклось по щекам и подбородку Зереи.

– А ты шалун, – скрежещущим голосом проговорила она и оскалилась.

Смотреть на нее было страшно. Стараясь не заглядывать в кровавые глаза, он вновь наполнил тряпку влагой и бросился обтирать ей тело девушки. Она зашипела, и из ее уст посыпалась отборная брань.

– Спокойно, милая, спокойно, – больше успокаивая себя, чем девушку, принялся шептать Юра. – Сейчас тебе полегчает.

Смрад вонючего пота, который исходил от тела Зереи, ударил в нос, и Юру начало подташнивать. Стараясь не обращать на это внимания, он опускал тряпку в ров с жижей, мочил ее, а затем обтирал тело девушки. Грязно-зеленые подтеки струились по нежной загорелой коже, смешивались с потом, и неприятный запах усиливался. Окунув последний раз тряпку, Юра обтер стопы ног и устало сел рядом. Сил двигаться больше не было. Он устал от длительного перехода и от проделанной только что работы.

Некоторое время он сидел и тяжело дышал. Когда сердце, наконец, пришло в норму и стало биться более или менее ровно, обернулся и посмотрел на Зерею. Она замерла и дышала спокойно, едва слышно. Через минуту больная издала тихий стон, вытянулась и затихла. Юра встал, подошел к ней и наклонился. Тело девушки обмякло, голова запрокинулась набок. Осторожно Юра поднес к лицу девушки ладонь, но не почувствовал никакого шевеления воздуха. Она не дышала. Парень упал на колени и принялся тормошить девушку. Отчаяние холодной когтистой лапой схватило его за сердце и принялось сжимать со всей силы.

– Зерея, Зерея! Ты меня слышишь? Зерея! – отчаянно прокричал Юра.

Он тряс девушку, а ее голова болталась из стороны в сторону, словно у тряпичной куклы. Девушка не подавала никаких признаков жизни. Подобрав валявшийся на земле нож, он разрезал веревки, сковывавшие руки и ноги девушки, и укрыл ее пледом.

Словно во сне он поднялся на ноги и побрел к рюкзаку. Взявшись за низ, он перевернул его вверх дном. По траве рассыпалось содержимое мешка и раскатилось по поляне. Из-под груды одежды мелькнул оранжевый прямоугольник, и Юра нагнулся, чтобы поднять его. Медленным движением трясущихся рук он раскрыл коробочку и посмотрел на два ряда разноцветных тюбиков. Из инструкции он помнил, что в первой секции было два шприц-тюбика со средством при отравлении ФОВ. Красный колпачок говорил о том, что внутри афин.

Надежды ни на что больше не было. Дрожащими пальцами, со второй попытки он выковырял тюбик, зубами сорвал колпачок, второй тюбик сунул в карман и на негнущихся ногах подошел к распростертой на земле девушке. Руки не слушались, а тюбик плясал в руках, словно кукла на шарнирах. Встав на колени, он отдернул плед и, нащупав на бедре нужное место, воткнул иголку. Закончив с инъекцией, он отбросил тюбик в сторону и достал из кармана второй. Дозы были маленькими, а отравление, если это и правда было отравление – глубоким. Сорвав крышку со второго тюбика, он ввел антидот под кожу девушки, так же выкинул опустевший тюбик, укрыл Зерею пледом и устало сел рядом. Вскоре голова ему показалась слишком тяжелой, и он, словно верный пес, лег на каремат рядом с девушкой и прикрыл глаза. Глубокий сон сморил его практически сразу же.

Он проснулся от шороха. Раскрыл глаза и посмотрел на звездное небо. Голубая Мать только появилась на небосклоне. «Странно, вроде бы в камере анабиоза должно быть тихо. Наверняка опять шалит Пром», – подумалось ему. Затем легкий ветерок одул его вспотевший зад, и он вновь услышал шорох, на этот раз более явственный, чем тот, что разбудил его. Медленно, стараясь не шуметь, он повернул голову в сторону. В голубом мерцающем свете луны над вещами, разбросанными по поляне, склонилась фигура девушки. Она сидела на четвереньках и рылась в тряпках. Осторожно, не издавая ни звука, он нащупал рукоятку пистолета подмышкой и тихонько снял его с предохранителя.

– Юргиус, лич тебя подери, почему я должна все время беспокоиться о безопасности лагеря, а ты сладко спать и похрапывать? – раздался хриплый голос Зереи.

По лицу Юры расплылась улыбка, и он вернул курок предохранителя на место.

– Как ты себя чувствуешь, – поднимаясь и кряхтя, спросил он.

– Как будто меня протащил дракон на своем хвосте, – ответила девушка и выругалась. – Где, твою прабабку, трут? Я все обыскала, но после устроенного тобой беспорядка ничего не могу найти!

Он сунул руку в карман штанов и вытащил оттуда зажигалку. Зажегши огонь, он с улыбкой спросил:

– Что поджигать собралась?

– Для начала костер, – сухо ответила она. – Дрова вон там.

Она кивнула в сторону на собранные шалашиком ветки.

Когда костер осветил своими бликами поляну, сбор вещей пошел быстрее.

– Ну и беспорядок ты устроил, – ворчала девушка. – Ни на минуту тебя нельзя одного оставить. То с зибгом столкнешься, то разбросаешь все вокруг. Беспомощный как ребенок. Чего лыбишься? Подай лучше вон тот бурдюк, я смотрю, он еще целый.

С улыбкой на губах он протянул бурдюк и слегка коснулся ее запястья. Девушка отдернула руку и грозно посмотрела на него.

– Это еще ничего не значит, – она подперла бока руками.

– Не значит что? – все так же глупо улыбаясь, спросил Юра.

– Фу, как от меня гнусно пахнет, – Зерея понюхала свои руки и скривилась. – Чем это ты меня намазал, враг рода людского?

– Что было у тебя в мешке, тем и намазал.

Девушка остановилась и подозрительно посмотрела на него.

– Ты серьезно?