Чтение онлайн

— Судя по конструкции, это какой-то очень древний космический корабль, — высказался Зумертек.

— По всей видимости, да — ответил Гройдеван, — по крайней мере, я не припоминаю, чтобы на таких кораблях летали в настоящее время. Надо посмотреть по каталогу.

Он просканировал изображение корабля и дал компьютеру команду на поиск аналогов. Через несколько секунд часть экрана погасла, и появились данные по кораблю.

Корабли серии 00754С, оснащены ионно-плазменным двигателем и использовались в период раннего освоения космического пространства на рубеже десять-двенадцать тысяч лет назад. Данный корабль, судя по имеющимся данным, с планеты Конизма, которые вступили в Звездную Федерацию двести сорок два года назад, после чего, корабли данной серии больше не выпускались и были списаны, а позднее утилизированы. Данный корабль, используемый как транспортно-исследовательский, был использован в качестве основы для создания станции, после чего экипаж эвакуирован. Станция использовалась для наблюдений в течение двадцати семи лет, после чего была законсервирована. За время консервации трижды посещалась для обследования. Последний раз семьдесят два года назад. Предположительная степень живучести станции пятьдесят два процента.

— Не хило, — заметил Гройдеван и дал компьютеру задание на полное сканирование станции внутри.

Полученный ответ подтвердил наши опасения. Станция имела прямые метеоритные попадания, и лишь восемь отсеков из сорока двух были относительно безопасны.

— Нам ничего не остается, как произвести разведку на месте, чтобы выяснить, можно ли использовать станцию для проживания, а если нет, будем думать, что делать дальше.

— А может нам сразу дать запрос относительно того, как быть? В этой, мягко говоря, дыре нас возможно и не найдут, но делать здесь тоже особенно нечего, — заявила Беленгина.

— Возможно и нечего делать, но вы знаете, сколько людей в данный момент занимаются поиском пригодных мест для расселения во вселенной, миллиарды. Мы еще не в самой худшей ситуации. У нас в наличии хоть и старый, но достаточно надежный транспортный корабль, способный пересечь Галактику и спасти нам жизнь, а жизнь, это самое ценное, что есть во вселенной, с этим, я думаю, вы не станете спорить.

— Но сидеть в консервной банке, занятие тоже не самое приятное, — ответила она, явно накаляя и без того напряженную обстановку.

— Согласен, но, не исследовав корабль, запрос я делать не буду, — безапелляционно заявил Фейнхотен, и я впервые услышал, как он повысил голос.

Наступило молчание. Все понимали, что если продолжать дискуссию, она может привести к скандалу, которого в создавшейся ситуации, никому не хотелось, тем более что нервы итак у всех были на пределе, поэтому Хлоя, которая, как я убедился за всё время общения с нами, умела тактично и с долей юмора обойти острые ситуации, сказала:

— Мне кажется, что не надо всё так драматизировать. Для начала обследуем корабль, заодно посмотрим, на чем летали наши предки, выясним, можно ли на нем жить, если нет, то решение о дальнейшем пребывании на станции решится само собой. Поэтому, предлагаю надеть скафандры и заняться проверкой станции на предмет её жизнеспособности.

Я заметил, с каким благодарственным взглядом смотрел Фейнхотен на свою помощницу, которая сумела быстро погасить намечающийся скандал. На секунду я подумал, что между Фейнхотеном и Хлоей что-то большее, чем служебные отношения, но если это и было на самом деле, я впервые обратил на это внимание.

Все согласились с её мнением, и потому было решено, что пять членов команды, отправятся на станцию для её обследования. А Вика, Гройдеван и Фейнхотен останутся на корабле. Мы надели скафандры и, пройдя в дальний конец коридора, вошли в шлюзовую камеру.

Выйдя на поверхность и увидев корабль в натуральную величину, а не его голографическое изображение, я понял, что он действительно огромных размеров. Стоящий рядом корабль, на котором мы прилетели, был совсем маленьким по сравнению с этим гигантом, который в высоту был не менее тридцати метров. Мы находились в тени корабля, но видимость была достаточная, чтобы рассмотреть его. Мы тронулись в путь, притяжение было слабое и потому идти было достаточно легко, хотя и непривычно. Судя по информации, которую нам выдал компьютер, войти на станцию можно было через люк, который находился в середине корабля. К нему мы и направились.

Напротив люка, который был переделан, после того как корабль приспособили в качестве станции, находилось устройство открывания. Поднеся прибор к замку, Зумертек с огорчением сообщил, что питания на замках нет, и с ними придется повозиться. Он достал из сумки с инструментом, которую взял с собой, автономный источник и подсоединил его к замку, после чего начал вводить команды.

— А если они на гидравлике? — сказал Флон.

— А если они на пневматике, а если они вообще на ржавых петлях? Откуда мне знать, на чем они, — он повторил набор кодов открывания, но дверь оставалась закрытой.

— Шеф, — так он называл Фейнхотена, а вслед за ним и мы, — что делать будем? Замок не открывается?

Голографическое изображение Фейнхотена располагалось перед дверью и внимательно следило за манипуляциями Зумертека.

— Я вижу, что не открывается. Попробуй еще раз и если снова ничего не получится, то придется идти к аварийному люку, а он на другой стороне корабля.

После еще одной безуспешной попытки открыть дверь, мы направились на противоположную сторону. Обогнув корабль, мы увидели кратер, испещренной огромными глыбами, которые, словно по чьей-то прихоти, были разбросаны с небес по его поверхности. Ближе к горизонту виднелся ярко красный с золотыми переливами диск звезды. Он был небольшим, но его свет ярко освещал все вокруг и, отражаясь в металлических конструкциях корабля, отбрасывал блики и слепил глаза. Я опустил один из фильтров, чтобы было удобнее рассматривать окружающее нас пространство.

Чтобы добраться до люка, надо было подняться на одну из платформ корабля, поэтому мы оставили Хлою, Беленгину и Флона внизу, и вдвоем с Зумертеком отправились наверх. Идти по узкой лестнице даже в условиях небольшой силы тяжести было не так просто, можно было запросто сорваться с лестницы и упасть, поэтому мы осторожно продвигались вперед. Добравшись до аварийного люка и немного отдышавшись, Зумертек приладил прибор к замку. Раздавшийся вслед за этим щелчок означал, что люк открылся. Мы ухватились на ручки и, потянув на себя, открыли его. Я посветил фонарем и заглянул внутрь. Вниз уходила обычная металлическая лестница.

— Зови остальных, будем спускаться, — сказал я. После чего мы сели у открытого люка и стали дожидаться, когда подойдут остальные. Я посмотрел на Зумертека и подумал:

— Интересно, сколько ему лет? Я никогда не задумывался над этим, а сейчас эта мысль вдруг пришла мне в голову. Сколько Хлое или тому же Фейнхотену, а эти двое с других планет, забыл, как они называются. Флон еще ладно, а Беленгина вечно всем недовольна, да компания подобралась что надо, вот уж никогда не думал, что соберется команда сразу с четырех разных планет на задворках вселенной. Интересно, что они думают о нас с Викой? Мои раздумья прервал голос Беленгины:

— Как там, можно спуститься?

— Сейчас выясним, — сказал я, и, приподнявшись, первым направился к люку.

— Как в добрые старые времена, — сказал я мысленно самому себе, — полез в водопроводный колодец, надеюсь, там не будет по колено воды и шипящих паром прорванных труб.

Спустившись по ступеням, я посветил фонарем. Небольшое помещение колодца, в которое спускалась лестница, заканчивалось второй дверью, которая вела в глубь корабля.

— Зумертек, спускайтесь, здесь еще одна дверь.