Чтение онлайн

– Я не понимаю.

– Это жертва, Глеб, – объяснила Диона.

– Жертва?

– Да. Телячья кровь.

– Чертовщина какая-то, – мрачно пробормотал Глеб. – Неужели ты думаешь, что старая ведьма клюнет на эту дрянь?

– Я не думаю. Я знаю. – Диона провела ладонью по глазам. – А теперь замолчи и дай мне сделать мое дело.

Глеб насупился и спрятал брусок в карман. Передохнув, Диона подняла кувшин, вынула затычку и двинулась с ним на освещенную призрачным светом луны полянку. На полянке она прошлась по кругу, поливая траву кровью из кувшина, затем, когда кувшин опустел, отшвырнула его и отошла в сторону.

Медленно подняв руки к луне, она вдруг крикнула:

– Одион! Заклинаю тебя шумом кошачьих шагов, ведьма! Двойчан! Заклинаю тебя жабьими зубами, ведьма! Тройчан! Заклинаю тебя рыбьим голосом и птичьей слюной! Явись к нам, Мамелфа! Явись!

От яростного крика Дионы по спине Глеба пробежал холодок.

Он поднялся с бревна и хотел что-то сказать, но вдруг Диона испуганно крикнула:

– Первоход, отойди!

Глеб поспешно отступил на несколько шагов назад.

Воздух над полянкой стал стремительно сгущаться. Сначала это было просто темное облако, затем оно обрело очертания и превратилось в старенькую избу, сложенную из заплесневелых бревен. Глеб узнал и крутой скат стрехи, и крылечко о двух широких ступенях.

– Получилось! – хрипло и восторженно выдохнула Диона. – Глеб, ты видишь дверь?

Он видел дверь. И видел тусклую полоску света, пробивающуюся из-под этой двери.

– Чертовщина, – угрюмо проговорил Глеб. – Если ты думаешь, что я туда войду, ты сильно ошиб...

– Мы туда войдем, – отчеканила Диона. – Вместе. – Она протянула руку и ободряюще проговорила: – Ну же, Глеб! Неужели ты боишься?

Лицо Глеба потемнело.

– Эта тварь вырезала сердце у моего друга, – глухо пророкотал он. – Я бы с радостью проделал то же самое с ней.

– Ее сердце принесет тебе меньше пользы, чем ком зловонной болотной грязи. Идем, Глеб! Заклинание действует всего пять минут! У нас мало времени!

И Диона первой шагнула к избушке.

Поднявшись на крыльцо, она стукнула в дверь костяшками пальцев. Громыхнул засов, и дверь приоткрылась. Диона оглянулась.

– Ну же, Глеб!

Глеб нехотя поднялся на крыльцо. Диона толкнула дверь, и они вошли в страшную, призрачную избу.

В сенях было сыро, темно и пусто. Диона и Глеб прошли в горницу и здесь остановились у двери. В горнице царил полумрак, подкрашенный тусклым пламенем лучины и рыжеватыми отблесками печи. У печи сидела на скамье старуха в длинном черном платье.

Она медленно повернула голову и взглянула на гостей.

– А, это вы, – негромко вымолвила она глубоким, хрипловатым голосом. – Как твои шрамы, Первоход? Теперь их шесть?

– Семь, – глухо отозвался Глеб.

– Семь шрамов, – задумчиво повторила старуха. – Ты прошел три испытания и все еще жив. Молодец. – Она перевела взгляд на Диону. – Ну, а ты, вещунья? Ты уже потеряла человечий облик?

– Я все еще человек, – неуверенно ответила Диона.

Старуха усмехнулась.

– Уже нет, нелюдь. После того, что ты сделала, тебе никогда не стать человеком.

Старуха подняла с пола кочергу, открыла крючковатыми, когтистыми пальцами заслонку печи и поворошила кочергой угли. Затем, закрыв заслонку и отложив кочергу, снова повернулась к гостям.

– Что вам от меня нужно? – глухо спросила она. – Зачем пришли?

Глеб выступил вперед.

– В Хлыни творятся странные вещи, – сказал он. – Ты все знаешь, ведьма, расскажи нам, что там происходит?

Старуха ухмыльнулась, блеснув желтыми собачьими зубами, тяжело поднялась со скамьи, взяла с полки пучок травы и проковыляла к кадке с водой, стоящей чуть в стороне от печи.

Растерев траву в морщинистых ладонях, она швырнула порошок в воду и провела над ней руками.

– Иштра... Митра... Руксун... – гортанно заговорила ведьма. – Разгладься, черная вода, покажи мне все, что было!

В черном кругу воды замелькали лица и образы. Старуха склонилась над кадкой и вперила в них взгляд. Долго, очень долго, вглядывалась она в черный круг воды, как в экран телевизора, затем выпрямилась и сухо повелела:

– Сомкни свои длани, черная вода. Я увидела все, что хотела.

Мерцание на поверхности воды прекратилось, вода снова стала черной и непроницаемой. Ведьма Мамелфа отвернулась от кадки и взглянула на Глеба.

– Больше года тому назад ты пришел в Гиблое место и сорвал печать, – сказала она. – Ты разбудил чудовище, которое спало несколько сотен лет.

Глеб сдвинул брови и хмуро уточнил:

– Ты говоришь про туман?

Морщинистые губы старухи растянулись в улыбку.

– Туман? – насмешливо проговорила она. И покачала седовласой головой. – Это не просто туман, ходок. Он не из нашего мира. Больше года твари, вышедшие из тумана, не могли переступить межу и бесновались внутри Гиблого места. Охотники и ходоки, в которых они вселялись, погибали. Но потом пришел молодой ходок.

– Дивлян? – Глеб прищурился. – Что с ним было не так?

– Он искал вещь, за которой послал его чернобородый купец. И нашел ее. Молодой ходок вынес эту вещь за межу, но вместе с ней он вынес и призрачную тварь. Тело молодого ходока стало для нее вместилищем.

– Значит, вещь, которую Дивлян вынес из Гиблого места, помогла призрачной твари пересечь межу?

Старуха облизнула кончиком языка вялые десны и сказала:

– Эта вещь – такое же порождение тумана, как призрачные твари. Она многолика. Так же, как все они. Набравшись сил, тварь покинула тело молодого ходока, приняв его облик. Пока вещь была у него, он мог управлять тварью. Но потом чернобородый купец забрал у молодого ходока эту вещь.

Ведьма передернула плечами, проковыляла к печи и снова села на свою лавку.

– Старые кости мерзнут, – тихо проворчала она, поднимая с пола кочергу. – Старые мысли вянут. Новыми боги не одаривают. Проклятая жизнь.

Открыв заслонку, она снова поворошила угли. Они вспыхнули с новой силой, и на морщинистом, безобразном лице ведьмы заиграли багровые отблески. Мамелфа закрыла заслонку и обратила свой взор на Глеба.

– Призрачная тварь убила молодого ходока, – вновь заговорила она. – И принялась блуждать по городу, высасывая соки из людей и порождая их двойников. Она перебила охоронцев чернобородого купца, но самого его уничтожить не смогла. Хитрый купец спрятал вещь за десять заговоренных скрепов. Но потом пришел ты, ходок, и сорвал скреп. Всего один скреп, но этого оказалось достаточно. – Мамелфа усмехнулась. – По вашему городу бродят ожившие тени, ходок. Гиблое место запустило лапы в ваши пажити.

Глеб стиснул пальцами рукоять меча и хрипло спросил:

– Как это остановить?

Глазки ведьмы насмешливо прищурились.

– Ты сам знаешь как. Отнеси в Гиблое место вещь, которую притащил сюда молодой глупец.

– И тогда все остановится?

– Вещь помогла тварям выбраться за межу. И она же уведет их обратно.

Глеб прищурил темные глаза и задумчиво проговорил:

– Как волшебная флейта Ганса-крысолова из Гаммельна... – Выйдя из задумчивости, он вновь взглянул на ведьму и сказал: – В Гиблом месте остался кузнец Вакар. Он выковал для меня заговоренное оружие, но нелюди утащили его в мертвый город и заставили работать на себя. Я обещал кузнецу, что вытащу его оттуда.