Чтение онлайн

– Слышал, Марина, – ответил Павел, – слышал. Но что поделаешь! Наверное, вам придется некоторое время пожить вместе. Нам придется, – тут же поправился он.

– Вы будете жить вместе с нами? – воскликнула Маринка и еще раз произнесла: – Шарман, черт возьми!

– О какой опасности вы говорите?

Мне перспектива жить неизвестно сколько времени не только с Маринкой, но еще и рядом с совершенно незнакомым парнем вообще не улыбалась. Что ж такое творится, скажите, пожалуйста?! ФСБ вдруг берет и решает за меня, с кем я должна жить… Спасибо еще, что слово «жить» они употребляют в бытовом смысле, а не в…

Я подумала и бросилась в откровенное наступление. Это Маринке шарман, а мне – банзай и хенде хох. Не хочу я их двоих видеть неизвестно сколько дней перед собой. Не хо-чу!

– Кроме взрыва, еще ничего не произошло, – сказала я. – Да и он – случайность. Не нужно было лезть в воду, не зная броду. Или вы хотите сказать, что взрыв был в нашу честь? Салют, так сказать, с вонючим фейерверком…

– Нет, так я не скажу. Взрыв произошел скорее всего потому, что там было заминировано. Это не факт, но вполне допустимо.

Павел снова поплыл в отвлеченности, и мне предстояло вернуть его к нормальному общению.

– Что значит «не факт»? А почему еще мог случиться взрыв, если не было заминировано? – спросила я.

– Было кое-что. Кое-что похожее на выстрел, но это еще нужно проверить. Одним словом, девчонки, так. Подобные склады, или «схроны», никогда не остаются без присмотра. Всегда где-то рядом или не очень рядом есть человек, который отслеживает обстановку. Почти наверняка так было и в этот раз. Почти сто процентов гарантии, что все присутствующие уже были опознаны, сфотографированы или сняты на видео. В том числе и вы. После того как кто-то и где-то оценит донесение поста охраны склада, будет принято решение по вычислению слабого звена присутствующей оперативной группы. А слабое звено – это вы, что несомненно. Вы, если не сегодня, то завтра, станете для боевиков первой целью охоты. Вот тут-то и понадоблюсь я.

Мы с Маринкой снова переглянулись. Как я заметила, на Маринку слова Павла произвели впечатление, но я по своей нудной редакторской привычке решила докопаться до самой сути и посмотреть, что там остается в сухом остатке.

– Зачем мы нужны боевикам? – спросила я. – Какая, пардон, корысть убивать нас? Вот если бы они наметили майора Здоренко, я бы их поняла. А что такое для террористов журналисты?

– Месть, – коротко ответил Павел. – Для мести нужно чувство боли. Если вас убьют, то и Здоренко будет больно.

Мы с Маринкой еще раз переглянулись. Теперь уже и на меня слова Павла произвели впечатление. Умеет паренек работать языком, ничего не скажешь.

– Это была твоя идея поехать на пляж, – напомнила я Маринке.

– А это ты предложила поехать в Затон, – тут же отреагировала она.

Я предпочла не продолжать разговор. Ничего нового Маринка все равно бы не сказала, а слушать известные перепевы уже не было желания. Да и при постороннем мужчине выяснять свои отношения тоже не следовало. Как ни смешно звучит, а нам с ним сегодня придется ночь коротать. Можно сказать, доигрались в детективов. И хорошо еще, если дело закончится только охраной наших нервных персон.

Мы приехали к дому, и Павел заглушил мотор.

– Я так понимаю, что моего приглашения, наверное, не ожидается, – сказала я, – но…

– Брось, Оль. – Маринка хитро взглянула на меня и неожиданно сказала несомненную вещь: – Послушайте, Павел, нам обеим глубоко плевать на приказы вашего начальства. Мы – дамы независимые, совершеннолетние, дееспособные… даже очень, ну и так далее. Если для успокоения собственной совести ваше руководство решает нас охранять, то милости просим – на улице места много. Можно еще и про деревья вспомнить – с них виднее…

Павел замер со странной улыбкой, а я закончила:

– Исключительно из человеколюбия я не заставляю вас торчать всю ночь под моими окнами. Хотя могла бы. Пойдемте, приглашаю вас в гости.

– И не вздумайте злоупотреблять нашим гостеприимством, – добавила Маринка.

Павел промолчал, что было весьма умно с его стороны. Если бы он снова начал разводить рулады про приказы и так далее, я бы точно предложила ему переночевать на уютной лавочке около нашего подъезда.

Но он промолчал, как я уже сказала, и был допущен в мою тихую и мирную квартиру, на которую почему-то теперь ожидалось нашествие бородатых террористов.

«Нашествие террористов»… Как странно звучит… У меня даже тараканов никогда не было, а тут какие-нибудь Бен Ладены и Шалманы Радуевы. Парадокс.

Итак, машину мы оставили, где ей и положено быть, а сами поднялись ко мне на третий этаж. Павел замыкал шествие и вообще вел себя паинькой. Как я заметила, Маринка тоже начала относиться к нему миролюбивее. Наверное, потому, что он больше не претендовал на роль самого разговорчивого человека в нашей компании. Эта экологическая ниша у нас плотно занята Маринкой.

Как мы провели ночь, долго рассказывать не буду, чтобы не расстраиваться еще раз.

Мы с Маринкой легли в одной комнате, наш фээсбэшный паладин – в соседней, и я лично проспала всю ночь плохо. Постоянно просыпалась, смотрела в потолок, на сопящую во сне Маринку и думала, что ничего хорошего, похоже, меня не ожидает в ближайшие дни. Если честно, то я была согласна подорваться на мине где-нибудь посреди улицы, но вот попасть в плен, в заложницы… Это мне совершенно не улыбалось.

Утро наступило со звонком будильника, и, как ни странно, это событие я оценила почти как радостное.

– Поверишь ли, – жалобно проговорила мне Маринка, зевая и потягиваясь, – всю ночь глаз не сомкнула. Ни секунду не спала, ни капельки! Такая гадость мерещилась…

Я сочувственно покивала. Еще бы я ее не понимала!

Маринка прислушалась к звукам, доносившимся из-за двери, и, понизив голос, заныла уже на конкретную тему:

– А нам обязательно сегодня ехать на работу? Может быть, устроим себе выходной?

Я даже ответить не успела на эту чушь, как послышались шаги за дверью, и бодрый голос Павла произнес:

– Проснулись, девчонки? Доброе утро! Я уже чашки поставил.

– Чашки Петри он поставил, – мрачно пошутила Маринка.

– Лучше свалить на работу, – проворчала я.

Маринка промолчала. И мне это не понравилось. Абсолютно!

– Со мной поедешь, – угрожающе сказала я. – Или ты собираешься какую-нибудь глупость учудить?

– Еще чего! Погибать – так вместе! – неуверенно продекларировала Маринка. – Хотя погибать вообще-то не хочется.

– Как странно… Мне тоже, – призналась я.