После дождя
Шрифт:
– Ты!- рявкнул Робартон, грохнув рукой о стол.
Больно, наверное, подумал Мурмин, заметив слёзы в его глазах.
– Не смей!
– Успокойся и прекращай своё шутовство, Робартон,- Мурмин подскочил к нему и схватил его за руку. Робартон попытался вырваться, но нидринг сжимал его железной хваткой.- Мне надоели твои игры, рыжебородый придурок!- он начал сдавливать запястье Робартона. Тот заскулил и схватился второй рукой за ладонь Мурмина, пытаясь освободиться.
Бесполезно.
Кости неприятно хрустели.
– Рука- то тебе не так нужна,- прошипел нидринг.- Я предложил тебе свободу, сукин ты сын! А ты играешь со мной, как со слабоумным!- Робартон завизжал и замолотил второй рукой по толстым пальцам Мурмина.
Бесполезно.
– Начни. Говорить,- прохрипел он в лицо бывшему юстициару и отшатнулся, отпустив руку.
Робартон с воплем прижал её к груди, неловко баюкая. Похныкивая, он тихо плакал.
– Иначе ты лишишься руки,- Мурмин сплюнул вязкую слюну на пол.- А твоя баба – чести. Какая она там может быть у бабы предателя.
Из- за спины раздался смешок Эрнеста. Паскудник, смейся- смейся!
– Говори!- проревел Мурмин, наклоняясь к самому лицу Робартона.- Говори!
Робартон лишь хныкал.
– Говори!- Мурмин схватил его за ворот грязной рубахи и с силой тряхнул.
– Малькорн, Малькорн!- истошно завизжал Робартон, выкатив глаза.- Малькорн! Морир!
– Что Малькорн?! Что Морир?!- прорычал Мурмин, холодея внутри.
Боги, нет. Не Малькорн. Нет!
– Я подчищал за ними все следы в юстициарии!- Робартон часто тараторил, глаза навыкате, мелко дрожит и бледен, как мел.- Чтобы ни одного следа контрабанды, ничего вообще!
– Контрабанда?- взволнованно переспросил Эрнест. На его лице заинтересованность была смешана с изумлением.
– Да!- Робартон резко кивнул и застонал от боли.- Оружие! Много оружия! Иногда алхимичекое…- запнулся.- Всякое!
– Это Морир и Малькорн это привозили?
– Нет!
– Им привозили?!
– Нет! Я… Не знаю! Но было приказано стирать все следы их… Их…- он задохнулся.
Мурмин махнул ему.
– Понятно, не утруждайся. Имён не вспомнил?
– Нет! Я же говорил – они передавали приказы в тайниках! Если не забирал в течении дня – связь прекращали!
– И ты ни разу не прекращал?
– Тогда они присылали одного из этих, в масках!- Мурмни бросил на него взгляд.
Теперь – сломлен. Сломлен и мягок, как глина. Лепи, что хочешь.
– Зачем им это всё?
– Они…- Робартон шмыгнул носом.- Идеи! Какие- то глупые идеи о рабочих и том, что их притесняют! И…
– А ты- то тогда зачем с ними?- Мурмин устало закрыл глаза.
– Мэл! Они угрожали ей!
Мурмин медленно кивнул и обернулся к Эрнесту, разведя руками.
Тот хмуро кивнул ему.
С уважением.
Повисла тишина. Лишь частые, судорожные вздохи и всхлипывания Робартона.
И крики издалека.
– Пожалуйста…- прошептал Робартон.
Мурмин обернулся к нему.
– Чего?
– Быстро и безболезненно. Хотя бы для неё…
– Не неси чепухи,- Мурмин принялся напяливать куртку.- Господин Эрнест, отпустите его и госпожу Торсолд.
Старик покачал головой. О, не качай так головой! Просто сделай, и не надо разыгрывать сцен трудного великодушия!
– Он больше нам не нужен. И женщина тоже,- продолжал гнуть свою линию Мурмин.- Отпустите их. Они всё равно уже ничего не сделают. Готов поспорить, что Ирвин мечтает просто уехать подальше от Веспрема. Ему уже не до тайных игрищ и предательств.
Старик с сомнением поглядел через плечо Мурмина.
– Это ему- то не до предательств? Не смеши меня! Будет спокойнее перерезать ему глотку…
– Если вы это сделаете, то я всерьёз задумаюсь, на той ли я стороне,- холодно проговорил Мурмин, борясь с пронзительным взглядом Эрнеста.- Я слышал, вы собираетесь построить новый город – ну так вот, начните с малого. Он не виноват ни в чём кроме того, что боялся за свою… Да. Свою.
Перечить Торговому судье? В допросной комнате? Кажется, Мурмин принял только что далеко не лучшее решение в своей жизни. Проклятье…
Его сердце продолжало гулко стучать даже тогда, когда судья медленно- медленно кивнул.
– Хорошо,- он махнул рукой.- Пусть так и будет. Новый город, новый город… Знаешь, Мрачноглаз никогда не просил о таком. Он просто делал то, что скажут. Пожалуй, ты умудрился обратить минус в плюс.
«Жаль, что со всем мной такое не сработает»,- сумрачно подумал Мурмин, быстро застёгивая куртку.
– Я за Мориром,- быстро проговорил нидринг.- Проведу обыск на его фактории- складе. А вы возобновите поиски Малькорна. Нам нужно схватить его.
– Его и так ищут. И пока – безрезультатно,- Эрнест нервно сглотнул.- Похоже, это всё же восстание.
– Восстание,- зло бросил Мурмин.
– Доволен, нидринг? Всё как вы со своими друзьями- рабочими и планировали?
– Я не хотел проклятого восстани,- отмахнулся Мурмин.- Как не хотел и Малькорн. Во время каждого сбора столько споров по этому поводу было – и Малькорн всегды был против вооружённой борьбы.
Эрнест недоверчиво хмыкнул.
– Ну- ну. Не хотел он. Тогда зачем он сотрудничает с ними?
– Его используют. Прикроются его идеями. Используют как любимый символ, знамя. Как используют Моргрима. Робартона. И ещё половину города.
– Значит, всё же проглядели,- проговорил Эрнест. Его глаза опасно сощурились, ноздри гневно раздулись.- Проглядели целое восстание. Восстание Малькорна. Ублюдка, которого я держал за балансир. Сукиного сына, которому я позволял спокойно совать палки мне в колёса.
– Малькорн тут не причём. Это восстание орлов,- поправил Мурмин, указывая на Робартона.- Не позволяйте одурачить вас. Их цель – заставить нас грызться друг с другом. Пустить друг другу кровь. Отправляйте юстициаров.
– Лучше стражу.
– Юстициары сработают тоньше и тише. Нельзя пугать народ. Не сейчас. Наоборот, задобрите их. И чем быстрее, тем лучше. Пообещайте что- нибудь. Ещё лучше – дайте что- нибудь.
– Ещё чего!- фыркнул старик.- Лучше…
– Или они поступят, как поступает испуганный и загнанный в угол зверь,- холодно продолжил Мурмин.