Чтение онлайн

– Да все отлично, можете ехать. Только на машине. На самолете и тебе и ей нельзя, – Элька помогает своей пациентке подняться, заодно приобнимает девушку. Так сдружились. — Ну что, готовы узнать пол нашего малыша? Идем!

Вещи оставили в кабинете сестры, спустились на этаж и вошли в кабинет Узи. Врач нас ждала, улыбаясь, разглядывала.

– Привела своих? Ну, сейчас посмотрим. Если покажет нам свои половые признаки.

У Катюшки румянец играет на щеках, держится за мою руку. Мы слышим стук маленького сердца, такой быстрый и громкий. Моя красотка тайком слезы утирает. А я улыбаюсь, ведь любимая плачет от счастья. Любуюсь ее яркими бирюзовыми глазами.

– Это… – водит датчиком по животу специалист, нарочно тянет будто, – это… кто это, как думаете?

– Мальчик, – в один голос говорят мои девчонки.

– Пацан, – подтверждаю я. — У меня чуйка!

– Ну что же, чуйка не подвела. Можете придумывать имя вашему мальчишке.

Сын. Пацан, к созданию которого я приложил руку. Ну, то есть не руку, но ведь именно я причастен к этому чуду. Не могу говорить, чувства сдавливают горло. Сжимаю тонкие пальчики Катюшки, благодаря ее за сына.

Не попадись она мне на глаза… не брось ее тогда Степка… и, если бы не ее горнолыжка, я бы так и не задумался о том, что строить семью кайфовее, чем мосты и супермаркеты. Никогда не задумывался о том, как это здорово, заботиться о своей беременной женщине.

Мы даже отметили новость в кафе при клинике. Сестра была тоже счастлива, будто это у нее родится ребенок. Они перебирали имена для мальчишек, отметая одно за другим.

– А что папочка наш молчит? — вцепилась в меня Элька. — Давай имя!

– Еще пять месяцев есть на то, чтобы придумать имя нашему пацану, – охлаждаю пыл женщин, попивая персиковый сок. — Успеем.

– Ну есть хоть одно имя у тебя на уме? — с волнением смотрит любимая. Далось им это имя.

– Есть. Например… эм–м… Лев!

– Что? Лев? — в два голоса. — Ты серьезно?

Нет конечно, просто напротив меня реклама какого–то чая, и на картинке огромный лев. Но девчонкам я этого не расскажу, а то поколотят меня. Надо же, выбрал имечко.

Лев. Левка… прикольно, вообще–то. Но лучше промолчу.

– У меня вопрос поважнее на данный момент. Мы с тобой заявление когда и где подавать будем в Загс, – придвигаюсь ближе к Катюшке и застаю ее врасплох.

– А может…

– Не может. Тебе не соскочить уже с крючка, детка.

– Мы можем просто расписаться тогда? Без гостей, и… – мнется Катя, а я не понимаю, почему не хочет свадьбу. Спрошу дома, без свидетелей.

– А вот тут я не согласна, – встревает сестра. — Мы с Германом просто расписались, и я жалею, что случилось это без родных и гостей. Но тогда у нас был фиктивный брак, он просто помог от бывшего отвязаться. Подумай хорошо, Катюша. Ну все, мне пора.

Сестра идет работать, а мы домой. На такси. Всю дорогу обнимаю свою женщину, дышу ею. Мне не хватало этого в больнице. Она так вкусно пахнет, аж пресс судорогой сводит.

А дома мать ждет с пирогами, бегает вокруг стола, волнуется. Будто африканский король в гости нагрянул, не знает, куда меня посадить.

– Ма, угомонись, – ловлю ее за руку и усаживаю на стул. — Как внука назовешь?

– Внука? — мать растерянно смотрит на меня, потом на Катюшку. Та улыбается и кивает. — Вы узнали, кто родится? Внук?

– Да, мама Ника, у вас будет внук. И мы тут придумываем ему имя… так что, принимаем все варианты.

У меня зазвонил телефон, и я оставил женщин обсуждать в кухне, а сам вышел в гостиную. Номер незнакомый, но голос узнал сразу. Отец.

– Привет, сын, – буднично так говорит, будто не было предательства с его стороны и разногласий. — Надо поговорить, мой юрист подготовил договор о передаче твоей фирмы мне. Посмотришь?

– Давай завтра? Я только что из больницы, не хочу заниматься делами. Извини, я сейчас занят.

– Как ты, сын?

– Отлично, подлечили.

Я не знаю, о чем с ним говорить. Вдруг стало интересно, испытывал ли он те же чувства, что испытал я, когда узнал, что Катя носит сына.

Завтра при встрече обязательно спрошу.

С утра поехал к следователю. Хотелось встретиться с тем, кому помог вырваться из нищеты, построил дом и дал возможность отлично зарабатывать. А он чуть не угробил мою будущую жену и меня.

– Слав, зачем? — задаю вопрос другу и своему гендиректору, который съежился на стуле, напротив меня. — Что мы тебе сделали, что ты нас убить пытался?

– Хотел бы — убил. Я не собирался вас сбивать. Тебя тем более. Ты с другой стороны машины был, сам подставился. Хотел напугать просто.

– Зачем?! — вскакиваю со стула и хожу по кабинету, не могу места себе найти. Кому можно верить в этой жизни?

– Ну… чтобы выкидыш. Чтобы ты не рвался к ней в горы, и бизнес не продавал. Твой отец мне сразу сказал, что у него есть свой человек на мою должность.

Я застываю, в шоке от услышанного. Дело всего лишь в бизнесе?

– А тебе в голову не пришло, что я и не к беременной Кате могу уехать, в горы? Тогда бы все, убил бы ее? Придурок!

– Но вы же живы, ничего не случилось… забери заявление! У меня ребенок только родился!

– Странно, что ты о ребенке только сейчас вспомнил, а не тогда, когда джип направлял на нас. Не заберу заявление, посидишь, подумаешь над своими делишками нечестными и злыми.

– Тебя судить будут через пару дней, какое «заявление забери»? — встревает следователь, складывая бумаги в стопку и сцепляя их степлером. — Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, статья серьезная. До восьми лет тебе грозит.

У меня волосы бы зашевелились на башке, будь они там. Восемь лет! Это же столько времени, уйма. Сын Славки в школу пойдет, когда отец выйдет на свободу. Но тут же про своего сына вспомнил, которого чуть не лишился по милости этого придурка.

Пусть посидит. Наука будет.

Ухожу, не слушая нытья бывшего гендиректора. А я еще хотел предложить ему начать бизнес на равных, на Алтае. Может захотел бы переехать, вместе с семьей. Но теперь нужно искать нового гендиректора.

Хотя нет, не надо искать. Герман, муж сестры. Будем мутить семейный бизнес. Вот он не предаст. Я думаю. Только Элька его переманивает в этот город. Надо придумать что–нибудь. Нажать на сестричку. Всегда жены в ссылку за мужьями отправлялись, а не наоборот.