Чтение онлайн

А взгляд… слишком шаловливый.

Такой я видел разве что в кино для взрослых или у телеведущих.

Обычно так смотрят те, кто ведет эфиры годами. Не те, кто сидит напротив меня за столиком в обычном ресторане.

Я тут же поймал себя на сравнении.

Алла так смотрела на меня очень давно. Может, в самом начале. Когда мы только притирались друг к другу, когда во взгляде еще было ожидание и азарт.

Здесь же это читалось сразу: вызов, радость встречи и отсутствие разочарования от того, что перед ней взрослый мужчина в пиджаке, а не какой-то мальчик из приложения.

Она поздоровалась, кивнула официанту и приподняла бокал.

— Ты уж извини, — произнесла кокетливо она, — я пришла немного раньше и решила заказать выпить.

— Да ничего, — улыбнулся я.

Внутри шевельнулась странная неуверенность.

Не страх, а ведь скорее непривычность.

Я давно не сидел вот так, не зная, что будет дальше и куда повернет разговор.

Но я почти сразу понял: это сейчас пройдет.

Стоит мне тоже сделать пару глотков, расслабиться, и мы просто поговорим.

С новыми людьми всегда так.

Сначала зажатость, потом разговор идет сам собой.

Хотя, если верить рассказам Артема, в это легко втянуться. Сначала разговоры, потом внимание, потом желание повторить.

Я отогнал эту мысль и сделал заказ.

Она говорила, улыбалась, смотрела на меня открыто и без пауз.

Я реально чувствовал, как постепенно отпускает напряжение, как плечи опускаются, а мысли перестают возвращаться к дому и хлопнувшей двери.

Я сидел напротив женщины, которая смотрела на меня так, будто я ей действительно интересен. Реально.

Не как муж, не как человек с прошлым, а просто как мужчина здесь и сейчас.

Хотя дальше мы говорили о самых обычных вещах. О работе, о том, как устаешь от людей, о поездках, которые все время откладываются, о кино, которое смотришь фоном, не вникая.

Но именно в этом и была странность: мне нравилось.

Нравилось слушать ее, наблюдать за тем, как она двигается, как улыбается, как чуть склоняет голову, когда говорит.

Она была внимательной. Слишком.

Ее движения казались легкими, продуманными, будто она знала, когда можно наклониться ближе, когда сделать паузу, а когда невзначай коснуться моей руки.

Кокетка.

Сначала она коснулась меня пальцами, будто случайно. Потом чуть выше, на секунду задержавшись. Этого было достаточно, чтобы я понял: она готова продолжить вечер дальше. Без лишних слов.

А я сомневался. Все еще сомневался.

Буквально пару дней назад я был противником всего этого. Приложений, встреч, разговоров с чужими женщинами. Я сам говорил, что это глупо, что так не делается, что в браке есть границы.

Но люди меняются.

И в этот вечер менялось и мое отношение к ней.

Я поймал себя на том, что улыбаюсь чаще, чем обычно.

Что мне хочется остаться, а не встать и уйти.

И от этого стало тревожно. Потому что это уже был не просто ужин.

Я попросил официанта принести счет и, не задумываясь, оплатил его наличными. Специально. Чтобы Алла, не дай бог, не увидела перевод или оплату ресторана.

Сумма вышла приличная, но почему-то именно это меня успокоило. Я мог себе позволить иногда так ужинать. Без повода. Без отчета перед “семьей”.

Рыжуля напротив смотрела на меня, когда я убирал деньги. Читалось только одно - только ожидание.

— Ну что, — прошептала она, чуть наклоняясь вперед, — ко мне? Или можем сходить в кино. Хотя… — она усмехнулась, — у меня дома отличный кинотеатр есть.

Я посмотрел ей в глаза.

Голубые, пронзительные. В них не было вопросов.

Только предложение и уверенность, что я соглашусь.

Я понял, что не нахожу ничего лучше, чем кивнуть.

С дрожью в руках и пониманием, что между нами что-то будет.

Я положил чаевые в папку и встал из-за стола с отчетливым осознанием того, что сегодня, впервые за столько лет брака, я изменю своей жене.

Алла

После того как Андрей ушел, он мне даже не отзвонился.

Ни позже, ни ночью.

Я ворочалась в постели, смотрела в потолок, считала минуты, пыталась заставить себя уснуть, но мысли не отпускали.

Под утро пришлось выпить снотворное. И не потому что хотела, а потому что понимала, что впереди тяжелый рабочий день, а я развалюсь, если не отдохну хотя бы немного. Не хватало отключится на месте преступления.

Проснулась с ощущением ватной головы. Собралась на автомате. Душ, одежда, сумка. Все делала машинально, не включаясь.

В зеркале посмотрела на себя мельком и сразу отвела взгляд.

Не хотелось видеть эту усталость, это ожидание, которое ни к чему не привело.

По дороге на работу я ловила себя на том, что все время проверяю телефон. Пусто. Ни звонков, ни сообщений. Ничего. Просто тишина. И именно она начала тревожить сильнее всего.

Я уже думала не о нас, не о вчерашнем, а о том, что с ним могло что-то случиться.

Он все-таки вспыльчивый, импульсивный, мог сорваться, поехать куда угодно.

Я открыла геолокацию. Несколько секунд смотрела на экран, пока метка прогружалась. Потом увидела, что работа.

— Понятно, — прошептала я себе под нос.

Убрала телефон и подняла глаза.

Мой кабинет встретил меня пустотой. Стол, кресло, папки, выключенный монитор.

Все на своих местах, все привычно, все безжизненно.

Мда.

Я закрыла дверь, села и на секунду просто застыла, глядя в одну точку.

Все понятно. Ясно. Ок.

Он на работе. Я тоже на работе. Мы оба на своих местах, каждый в своей жизни, каждый по отдельности.

Женщина, которую я допрашивала пару дней назад, снова сидела напротив меня.

Лариса Степановна.

Сегодня на ней была черная повязка на голове.

Темное пальто, руки сложены на коленях, взгляд опущен.

Вид у нее был такой измученный, я все понимаю, но прям перебор. В голове сразу вспыхнула странная ассоциация… похороны.

— Что с вами? — спросила я, открывая папку.

Она подняла глаза не сразу.

— Анель сказала, что будут похороны. Я должна была там быть.