Чтение онлайн

Густав бросился вверх по лестнице, уже не беспокоясь о шуме, так как закрывающиеся створки производили жуткую какофонию, скрипя ржавыми роликами по износившимся полозьям.

Дверь на балкон открылась, и из нее посыпались люди. Странник сразу различил широкополую шляпу Бояра. Конечно же, все выходило ровно так, как он и предполагал. Старый лис вздумал заманить к себе целую общину, но как он поступит, узрев перед собой один лишь джип?

Бояр и его люди встали возле перил, и позади них оставалось примерно полметра свободного пространства до стены. Чисто теоретически за спинами бандитов можно было бы проскочить к двери либо нежно взять Бояра за шею и, не менее ласково, приставить к его спине пистолет. Но когда Густав увидел, что один из бандитов берет пульт, намотанный на перила, то подобные мысли разом вылетели у него из головы.

Остался лишь порыв. Который воплотился в поистине спринтерском броске к двери.

И когда на складе начали загораться безжалостные лампы, странник уже скрылся за дверью и оказался в соседнем помещении, чьи размеры удивляли. Наверное, здесь мог поместиться целый двор во главе с отцом Захарием и даже часть церкви. Но, естественно, ничего такого в помещении не наблюдалось. Мраморные полы, колонны из белого камня…

Странник знал, где он находится. Бояр выбрал для своей резиденции комплекс, в котором когда-то располагалась государственная автоинспекция России. Говорили, что, помимо забора, удобной территории и вполне себе уютного жилища, Бояра привлекли в этом месте разные технические штуки типа автоматов по штамповке лицензионных номеров на машины, приспособленных нынче под иные нужды, и прочих неведомых агрегатов.

Да и в оружии тут не было недостатка.

Густав прошелся мимо окон, за которым когда-то сидели государственные служащие. Об автоинспекции в среде странников ходили легенды, часто в виде шуток, потому что рассказы о том, как кого-то когда-то наказывали за превышение скорости или разворот через намалеванную краской линию на дороге в неположенном месте, ничего, кроме смеха, вызывать не могли.

Через большие окна во всю стену, заложенные снизу чем-то вроде мешков с песком, внутрь проходил совсем уж слабый свет, разве что от звезд. Но глаза Густава уже привыкли к темноте, и поэтому он, даже без прибора ночного видения, мог разглядеть две шикарные и величественные лестницы, ведущие на третий этаж. Они расходились из одного места и образовывали красивую окружность в виде сердца, если посмотреть на нее сверху.

Наверное, в свое время через это здание проходило множество людей. И автоинспекция просто не могла оставить это людское броуновское движение без внимания, сделав двухстороннюю лестницу по всем канонам дорожных правил, разграничив потоки.

Странник поднялся на третий этаж, ведя рукой по гладким светло-серым перилам из явно дорогого камня.

Здесь, на последнем уровне этого здания, тоже не было практически ничего примечательного. Ряды с выбитыми приемными окнами, шикарные люстры с поредевшими, словно зубы от старости, хрустальными подвесками, и двери. Много дверей, и все они были закрыты, кроме одной, напротив лестницы, но почти в самом конце коридора этого каменного святилища.

Из-под двери выбивалась полоска драгоценного света. Густав уверенным шагом, при этом стараясь держаться ближе к стене и то и дело озираясь, пошел к ней.

Конечно, в солнечные дни лампы могли набирать огромное количество энергии, чуть ли не на целый год вперед, но странник, привыкший жить в условиях электроснабжения корабля, не мог представить, что кто-то оставит свет просто так и уйдет куда-то по делам.

Такого не могло случиться в мире, живущем по правилам странника, в мире, где любое потребление сводилось к рациональному использованию источников, а не бессмысленной их трате.

Поэтому он достал пистолет и медленно потянул за дверную ручку. Дверь не открылась. Заперта. Возле ручки висел плоский короб. Густав присел, чтобы разглядеть его, и понял: это же электронный замок, как он сразу не догадался, что именно ему напоминает ключ из головы Андрея!

Он быстро, практически не расшнуровывая, снял с ноги ботинок, поднял стельку и достал плоский пластиковый ключ. Провел им по узкой щели в коробе, что-то пискнуло, и дверь приоткрылась, спасибо голосу…

Густав заглянул в увеличившийся проем.

В комнате никого не было. Она оказалась не таких уж и больших размеров, чтобы в ней можно было надежно спрятаться хотя бы одному человеку, но, тем не менее, Густав принял все меры предосторожности, заходя внутрь. Кресло слева, а напротив, возле мерцающего лампочками и тусклыми экранами пульта, офисный стул с ортопедической спинкой, справа шкаф и возле стены узкая кушетка, на которой лежит чья-то недавно снятая рубашка с еще не высохшими пятнами пота под мышками.

Густав стянул капюшон, прикрыл дверь и подошел к пульту. И пусть с потолка нерационально светили три солнечные лампочки, ему показалось, что основную часть освещение в этой комнате создает именно пульт, потому что он был грандиозен по своей сложности.

Пульт представлял собой двенадцать экранов, каждый из которых делился на четыре зоны. Под каждым находилась пара кнопок общего управления, какие-то разъемы и короткие надписи-инструкции на русском. Но не это было главным, потому что теперь Густаву стало ясно практически все: вот откуда Бояр узнал об их с Марковым прибытии в Тиски, и о том, где находилась точка выхода умных мутов, и даже, наверное, о том, что мимо города проходит большая община, годная для донорства кораблей в пользу команды Бояра.

Странник не был на все сто процентов уверен в последнем, но насчет остального мог бы дать руку на отсечение. Потому что на экранах пульта показывалось изображение с камер слежения, расставленных по всем Тискам.

Экраны работали в режиме экономии, отображая размытую зеленоватую картинку, но странник сразу же увидел на них те точки, в которых успел побывать. Свалка, окружная дорога, въезд и выезд из города, какие-то улицы, часть наружного забора и ворота двора отца Захария, и еще множество мест, каких он не знал в Тисках.

Бояр, имея подобный инструмент, в буквальном смысле имел весь город, держа его под контролем. Ему была подвластна любая информация о приезжающих, отъезжающих и живущих. Он окутал Тиски многоуровневой паутиной и, наверное, чувствовал себя в центре ее подобным хищному, сильному пауку.

Густав задумчиво понажимал сенсорные кнопки под экранами. Камеры начали переключаться, показывая новые картинки. Правда, некоторые не работали, передавая вместо сигнала белый шум, но в целом поразительная осведомленность Бояра нашла свое объяснение.

Странник еще хаотично попереключал камеры, но нигде не обнаружил видеосъемки двора, кроме той, что захватывала его частично. Наверное, именно поэтому люди Бояра пока не вмешивались в жизнь семьи – они не знали ее распорядка, уклада и структуры охраны. Но если представить камеры нацеленными на двор, то им хватило бы и месяца, чтобы выведать все слабые и сильные стороны охраны во главе с Игорем. И никакие вышки с дозорным, вооруженным хрипящим рупором, не помогли бы.

Что же делать сейчас и где искать ключ? К сожалению, камеры не могли дать подобную информацию.