Чтение онлайн

– Достаточно того, что я отсюда не уйду.
– Я нащупал в кармане свой сотовый телефон.
– Но мне нужно найти свой... блядь.
– Я убрал руку, морщась и удивляясь, почему, блядь, это так больно.

– Тебе нужно сидеть здесь и не двигаться.
– Властный тон заставил меня задуматься. Я поднял на него глаза. Кровь из его носа окрасила левую сторону его светло-каштановой эспаньолки.

О. Верно. Вот почему у меня болит рука.

Я попытался согнуть пальцы, но... нет. Дерьмо. Это было нехорошо.

– Послушай.
– Он держал руку на моем плече, вытирая нос и рот другой перчаткой.
– Я вызову «скорую», но здесь они тебя ни за что не найдут, так что мне придется спуститься к началу тропы, чтобы встретить их. Ты справишься сам?

Я сглотнул. Мой гнев быстро сменился болью и миллионом наихудших сценариев, связанных с Царицей. Где она? Все ли с ней в порядке? Между тропой и амбаром было две оживленные улицы. Неужели она уже погибла, когда мое имя еще даже не успело высохнуть на ее документах? У меня в горле встал комок. Момент безрассудства, и теперь она вполне могла...

– Эй.
– Байкер сжал мое плечо.
– Побудешь один? Я вернусь, как только смогу.

Я кивнул, но ничего не сказал.

Я слышал, как он звонил. Смутно разобрал такие фразы, как «лошадь упала на него» и «Я почти уверен, что он повредил ногу», но я прислушивался к ветру, пытаясь найти какой-нибудь признак того, что Царица не ушла далеко. Стук копыт. Тихий чих. Что-нибудь. Дай мне хоть что-нибудь, Царица.

– Они уже в пути, - сказал он через мгновение.
– Расчетное время прибытия - пятнадцать минут или около того, и начало тропы недалеко.
– Он помолчал.
– Тебе нужна куртка или что-нибудь в этом роде?

– На дворе ебаный июнь, - огрызнулся я.
– Просто иди.

Он заколебался, и я чуть не убил его, когда он начал расстегивать молнию на сине-белой куртке на подкладке - подходит к твоему байку, как мило. Он положил ее рядом со мной.

– На случай, если тебе понадобится.
– Затем он поднял с земли свой шлем.
– Я вернусь, как только смогу.

Я кивнул, но избегал его взгляда.

Он снова завел мотоцикл и через мгновение исчез. Я остался один.

И, несмотря на дневную жару, меня начало трясти. Блядь. Я знал, что сейчас произойдет. В моей жизни меня не так уж часто сбрасывали, но всплеск адреналина после падения было трудно забыть: тот момент, когда первоначальная паника прошла и организм должен был что-то сделать со всей накопившейся энергией. Я сделал пару глубоких вдохов, но не стал с этим бороться.

Когда меня начало трясти, мне отчаянно захотелось избавиться от этой беспокойной дрожи, но я не мог. Не тогда, когда я был на 95 процентов уверен, что одна из моих дрожащих ног сломана как минимум в двух местах.

Это пройдет. Так было всегда. Возможно, не так быстро, как мне хотелось бы, поскольку мне приходилось оставаться на месте, а не идти, но это пройдет.

Я закрыл глаза и сделал еще несколько медленных, глубоких вдохов. Мое сердце бешено колотилось, еще один симптом того сбоя, и я снова и снова напоминал себе, что оно должно успокоиться, что не из-за чего волноваться, хотя было чертовски трудно не волноваться при таком частом сердцебиении. Мои руки, лежавшие на коленях, дрожали. Я просто стиснул зубы и постарался держать раненую руку и ногу как можно неподвижнее.

Я взглянул на куртку байкера. Это не помогло бы, я дрожал, но меня не бил озноб. Мне не было холодно. Признаюсь, я нашел некоторое утешение в том, что он оставил ее здесь. Хотя я ничего не смыслил в мотоциклетном снаряжении, она было хорошо сшито, из кожи - вероятно, дорогая. Что-то подсказывало мне, что он не бросит ее здесь и не сбежит в горы. Я не знал его имени, у меня не было информации о его страховке, и я ударил его. Он мог бы исчезнуть и оставить меня одого искать дорогу домой.

Но сине-белая куртка, лежащая скомканной в грязи, со слабым пятном крови на воротнике, была невысказанным обещанием, что он действительно вернется.

Мне не было холодно, но я все равно поплотнее закутался в куртку. Я осторожно прижал ее к дрожащему колену, чтобы зафиксировать поврежденную ногу.

В лесу было почти совсем тихо. Ветер шелестел в листве, где-то за пределами моего поля зрения щебетала странная птица, но в остальном в лесу было тихо. Звук мотоциклетного двигателя стих, и я не слышал никаких сирен.

Никаких лошадей.

Я потер лицо здоровой рукой, тихо выругавшись в тишине.

Десять лет мечтаний. Три года сбережений. Почти целый год поисков идеальной лошади. Шесть с половиной часов мучений за своим столом.

И теперь это.

Глава 2

Я ПОНЯТИЯ не имел, сколько прошло времени. Боль и страх странным образом искажают время и пространство, и я мог просидеть так целый час, прежде чем звук двигателя мотоцикла снова нарушил тишину.

Несмотря на то, что его куртка лежала рядом со мной, и я был уверен, что он вернется, по крайней мере, из-за нее, тот факт, что байкер вообще вернулся, стал огромным облегчением. Насколько я знал, у него дома могла быть дюжина таких курток. Или он мог бы сжалиться и купить новую, если бы это означало, что ему не придется возвращаться на место нашего маленького инцидента.

Но он вернулся. На этот раз он, казалось, никуда не спешил, двигаясь по тропе с разумной скоростью.

О, теперь ты будешь ездить медленно и осторожно. Ебаный придурок.

К тому же он был не один. Кто-то ехал за ним на велосипеде. Когда они подъехали ближе, я узнал светло-голубую форменную рубашку и темно-синие брюки, не говоря уже о нашивке на плече с изображением странной змеи, обвивавшейся вокруг столба.

М едик . Слава Богу.

На руке у него тоже был один из тех жестких пластиковых бандажей, и я подавил стон. Это было отвратительно. Может, и не так страшно, как сломанная нога и пульсирующая рука, но, черт возьми, это испортило настроение.

Медик слез с мотоцикла и сбросил с плеч небольшой рюкзак. Байкер, стоявший позади него, развернулся и направился обратно по тропе.

– Ты в довольно хорошей форме для человека, на которого упала лошадь, - сказал медик, посмеиваясь.

– Спасибо, - сказал я.
– Думаю, для начала нужно прийти в себя, верно?