Чтение онлайн

Увы, в ее крохотном мирке есть место только самому необходимому. Чем все закончится? Кто купит «Записки»? Как она сможет защитить свое дитя? Этот вопрос занимал сейчас Маргарет больше всего на свете.

– Что ж, в таком случае я покажу тебе свою библиотеку, – сказал Хоторн. – Возможно, ты найдешь там для себя что-нибудь интересное.

Маргарет улыбнулась. До чего же они вежливо разговаривают друг с другом! А ведь всего несколько часов назад они едва не поссорились. Она почувствовала, что ее щеки розовеют.

– Хочешь, я организую тебе ванну? – спросил Майкл.

Его предложение удивило Маргарет. Она никогда не стремилась жить среди знати, никогда не завидовала большим домам, в которых жили вельможи, или их роскошным экипажам. Впрочем, сейчас при мысли о ванне Маргарет пожалела о том, что не была герцогиней. В ее маленьком деревенском доме «роскошь» была весьма своеобразной, но она благодарила судьбу и за то, что имеет. Для того чтобы принять ванну, ей надо было бесчисленное количество раз сходить к колодцу, а затем часами греть воду.

– Я бы с удовольствием приняла ванну, – кивнула она.

Как только Хоторн вышел, воздух в комнате стал менее наэлектризованным. Наверняка это лишь показалось ей и было не более чем игрой воображения.

Прислонившись к столбику кровати, Маргарет закрыла глаза. Возможно, лучше бы ей вместо ванны поспать. Наверное, она так сильно устала из-за того, что в положении.

Маргарет заставила себя встать, обошла комнату и как-то незаметно оказалась перед зеркальным шкафом. Положив руку на дверцу, она задумалась о том, что обнаружит в шкафу, если, нарушив все правила приличия, заглянет внутрь. Может быть, аккуратно сложенные рубашки Майкла? Или целую коллекцию галстуков, или до зеркального блеска отполированные сапоги?

Господи, что она здесь делает? Она уступила собственной прихоти.

Разумнее всего немедленно уйти отсюда. Надо поехать к своим друзьям, Плоджеттам. А деньги на дорогу она одолжит у Сэмюела. Он и его жена Мод будут говорить с ней о самых обычных вещах. Они втроем припомнят те деньки, когда она была разумной, серьезной и не нарушала правил приличия.

Закрыв глаза, Маргарет вздохнула, наслаждаясь запахом комнаты. Здесь пахло травами и деревом. И Монтрейном.

В дверь слегка постучали, потом она отворилась. Маргарет резко повернулась, испытывая смущение оттого, что граф увидит ее возле своего шкафа.

– Оказалось, что сегодня у горничной с полудня свободное время, – с улыбкой произнес Хоторн. – Впрочем, я полагаю, что и без нее справлюсь.

Монтрейн повел Маргарет вниз по лестнице, они миновали холл, шли по каким-то коридорам и, наконец, оказались на кухне.

Там было очень мило. Середину помещения занимал большой деревянный стол с начисто выскобленной столешницей. Стены были увешаны выкрашенными в белый цвет шкафами и полками, заставленными всевозможной кухонной утварью. Подоконник едва не прогибался под тяжестью красных котелков, наполненных зелеными травами. Там, рядом с очагом, в котором весело потрескивал только что разведенный огонь, стояла медная ванна, наполовину наполненная водой.

На огне грелся огромный котел с водой. Отлив часть дымящейся воды в небольшое ведро, Майкл перелил ее в ванну.

– Может, тебе помочь? – предложила Маргарет, сложив на груди руки.

– Ты сомневаешься в моих способностях, Маргарет? – улыбнулся Монтрейн.

– Вовсе нет. Похоже, ты отлично справляешься.

Майкл усмехнулся – такого выражения на его лице она еще не видела, – куда подевался самодовольный граф, уступивший место лукавому мальчишке?

– Дело в том, что я бы предпочел не звать сюда Смайтона, – признался Хоторн. – К тому же я вполне справлюсь и без него.

– Это что же, обычное дело – иметь столь строгого слугу? – поинтересовалась Маргарет.

– Смайтон вообще явление не рядовое, – сухо произнес Хоторн. – Смайтон служит у меня уже семь лет. А до этого он служил Веллингтону. И я понимаю, что этим он заслужил особое уважение. Поэтому я не смог отказать ему, когда он попросил принять его на службу. Правда, мне тогда и в голову не пришло, что он будет относиться ко мне с подобным презрением. – С этими словами он вылил в ванну еще одно ведро горячей воды.

– Неужели именно с презрением? – удивилась Маргарет.

– Порой мне кажется, – заговорил Монтрейн, глядя на нее через плечо, – что Смайтон добровольно принял на себя роль моего отца-покровителя.

– Он не одобряет моего присутствия, – заключила Маргарет.

От ее внимания не ускользнуло, каким взглядом наградил ее дворецкий, когда она была в этом доме в первый раз. Да и сейчас, когда они с Монтрейном вошли в дом, встречу нельзя было назвать приветливой;

– Ему нравится демонстрировать свое превосходство, – сказал Хоторн. – А я то и дело даю ему к этому повод.

– Ты... делал это не раз? – неуверенно спросила Маргарет.

– Что – «это»? – уточнил Хоторн. – Готовил ванну?

– Нет, – улыбнулась Маргарет, – приводил сюда женщин.

Монтрейн выпрямился.

– Нет, – просто ответил он и вновь вернулся к очагу.

Наступившее молчание не было гнетущим, однако чувствовалось, что некоторые вещи лучше оставить недосказанными.

Маргарет осмотрелась. По углам на потолке были нарисованы милые херувимчики. Маленькие, бесстыдные, улыбающиеся, они, казалось, с любопытством взирают вниз, на происходящее.

– Эти херувимы – еще одна шутка архитектора? – спросила Маргарет.

Монтрейн усмехнулся.

– Вне всякого сомнения, – промолвил он. И снова наполнил ведро горячей водой.

– Я доставила тебе столько хлопот, – промолвила Маргарет, наблюдая за тем, как граф наполняет ванну водой.

Рукава Монтрейн закатал до локтей, вся его рубашка впереди промокла, на лоб упала влажная прядь темных волос. Казалось, он полностью поглощен своим занятием, и Маргарет невольно спросила себя, всегда ли граф любое дело выполняет с таким рвением. Как будто он направил на него всю свою энергию и просто не в состоянии отвлекаться на что-то другое. Ей вдруг стало очень тепло – точно так же, как в те минуты, когда они занимались любовью в карете.

– Так ты передумала? – повернувшись к ней, спросил Хоторн.

– Я бы не рискнула, – с улыбкой ответила женщина. – Особенно после всех твоих усилий, и все ради меня. Я просто посочувствовала тебе.

– И насколько распространяется твое сочувствие? Я имею в виду, ты позволишь мне остаться и смотреть на то, как ты принимаешь ванну? – Уголок его рта слегка приподнялся, и на лице появилось озорное выражение.

– Любовницы обычно поступают именно так?

– Компаньонки, – поправил ее Хоторн. Улыбка мгновенно исчезла с его лица. – Ты – моя компаньонка.