Чтение онлайн

Когда я вышла на подъездную дорогу, ведущую к дому Стефани, ветер утих, и стало слышно, как переговариваются полицейские в Галле Хэвене:

Эй! Джим, это ты?

Заткнись, черт возьми!

Я спряталась за ствол какого-то дерева и внимательно оглядела фасад дома Стефани, но не обнаружила никаких признаков того, что за ее домом следили: ни шагов, ни мелькающих огоньков фонарей. Дом, освещенный, прожекторами, казался совершенно плоским, куском декорации для какой-нибудь дорогостоящей постановки. Но тут до меня дошел приятный запах чего-то вкусного, яблочного и дом Стефани обрел реальность.

Внутри дома была включена только нижняя подсветка. По мере того, как передо мной стал вырисовываться весь дом, я разглядела оранжерею Стефани, которая была так ярко освещена, что могла бы служить танцевальной залой для Золушки. Как я могла не обратить на нее внимания?! Стекло сверкало, подобно бриллианту. Стефани находилась там и была поглощена своей работой.

Я подкралась поближе, перешагнув через трубы для полива растений. Прежде всего, — сказала я себе, женщина, посвятившая себя ухаживанию за цветами, приготовлению вкусной пищи, чтению книг и посещению оперы, занятиям с соседскими малышами не может не быть хорошим человеком. Она мне поверит. Она мне поможет.

С другой стороны, я держала ее мужа под дулом пистолета, я насильно заставила его быть со мной откровенным. Так что, может, ей и не нравится, что я обращаюсь к ней в трудную минуту.

На коленях я подползла к двери оранжереи и привстала, чтобы дотянуться до деревянной ручки двери: Послышался щелчок. Стефани подпрыгнула, как будто услышала сигнал тревоги. Я отскочила и бросилась на землю, моя голова была всего в нескольких футах от двери, когда дверь отворилась, я приподняла голову. Стефани посмотрела вокруг, но не смогла заметить меня.

— Рози, — прошептала она в ночь.

Искусственное солнце оранжереи освещало совершенный овал ее лица, на котором не было ни одной морщинки. Ее лицо было и милым и красивым одновременно. И если я правильно ее поняла, беспокоилась она не о себе, а именно обо мне.

— Эй! — в ее голосе чувствовалась напряженность. — Рози, это ты там?

С другой стороны, если бы она думала, что от меня может исходить угроза, при ней были ее садовые инструменты, помещавшиеся в необъятных карманах. А у меня был только игрушечный пистолет, которым я уже пугала ее мужа.

Но к тому времени, когда я, положив руки на колени, стала подниматься, Стефани была уже рядом, помогая мне встать.

— С тобой все в порядке? — спросила она.

Она была высокого роста и атлетического сложения, ее садовые инструменты находились как раз на уровне моего горла.

Ничего, — сказала я, отодвинувшись.

Что-нибудь не так?

Нет, ничего. Просто я не хочу стоять близко к двери, если ты не возражаешь, а то я буду так хорошо освещена, что полицейские разглядят меня за милю.

Я полезла в карман, пистолет все еще был там. — Так давай войдем в дом: Я делаю яблочный пирог, послушай, какой у меня рецепт…

— Ради Бога, Стефани!

Она прижала руку ко лбу.

— Кто бы мог поверить? Я просто не знаю, что говорю. Ты, должно быть, замерзла? Прости меня, забудь о торте. А как насчет арманьяка? Давай войдем в дом.

Мне-то как раз было не холодно в моей тяжелой амуниции, а вот Стефани была одета довольно легко.

Чем я могу тебе помочь?

Со мной все в порядке. У меня очень мало времени.

Я поглядела в сторону дома. Если полицейские там, они хорошо спрятались. Тем не менее, Стефани даже не взглянула в том направлении, как могла бы сделать, если бы знала, что помощь всего в нескольких ярдах от нее. Никаких признаков, что она меня боится, тоже не было.

— Давай постоим здесь и поговорим.

—Хорошо. Позволь я только возьму свой жакет, — она уловила мои возражения раньше, чем я открыла рот. — Слушай, Рози, я понимаю, что нервы у тебя должны быть на пределе. Жакет у меня в оранжерее, на бедной погибшей магнолии. Видишь? Это всего какая-то минута.

Пока я колебалась, она скрестила руки, сказав:

Ничего. Я обойдусь.

Стефани, мне очень жаль, что я так поступила с Картером.

Она кивнула, но посмотрела мимо меня: не так-то просто ответить подруге, которая просит прощения за то, что приставила пистолет к голове ее мужа.

Я полагаю, ты была в сильном потрясении;

Именно так.

А откуда вдруг у. тебя взялся пистолет? — спросила она.

От одного моего бывшего студента, который связался с преступным миром, — солгала я.

Стефани была гораздо выше меня и поэтому посмотрела сверху вниз:

— А тебе известна ежегодная статистика случайных смертей от незарегистрированного огнестрельного оружия?

— Ну, свою лепту в количество смертей я уже внесла. С той только разницей, что это было не огнестрельное оружие. И не несчастный случай.

Стефани всю передернуло, как от судороги.

— Так это сделала ты, Рози? — спросила она.

Ветер почти унес ее слова.

— Нет.

«Спокойней, — напомнила я себе. — Она просто в ужасе. Ты же не хочешь, чтобы она испугалась или позвонила в полицию? Она тебе нужна. Ты считаешь, что она нужна тебе? А что, если Джессика ошиблась? Что, если Джессика сама и есть убийца, а вся рассказанная ею Тому версия просто фикция. Что, если я пошла по ложному следу, и ответ надо снова искать в городе?».

— Ты хоть представляешь себе, кто это мог сделать? — Стефани все еще казалась испуганной.

— Расскажи мне о твоей приятельнице Мэнди.

— Почему все хотят знать о Мэнди? — спросила Стефани.

Я заметила, что ее все еще трясет. Она скрестила руки, крепко сжав их.

Кто все?

Ты и Касс. Почему она вас так интересует?

— У Ричи был роман с ней, как раз перед тем, как он увлекся Джессикой.

Что? С Мэнди? Не может быть?

С Мэнди Андерсон.

Это ее имя, но… Не может быть, Рози. Не может быть. Прежде всего, она домоседка. Совсем не интересная как женщина. У нее действительно хорошая фигура, но плохие зубы и скверная кожа. И нос такой что, как говорит Картер, кажется, будто она вот-вот начнет хрюкать, — она заметила выражение моего лица. — Извини. Я хочу сказать, извини за глупую шутку, ты много перенесла, я очень сожалею. Знаешь, согласно подсчетам, стрессам чаще всего подвержены люди, испытавшие какой-нибудь шок. Тебе следует…