Чтение онлайн

С каждым словом мне становится все более стыдно. Получается, не только Нинель не считает меня самостоятельным, но и это женщина. А ведь мне с ней предстоит работать ещё несколько лет, как минимум, если все сложится. «Так. Вдох-выдох. Надо подавить любые эмоции по отношению к ней: и страсть, и ненависть. Я вообще удивляюсь, как они могут так гармонично во мне уживаться. Видимо, все дело в том, что я еще не определился, чего конкретно ищу в жизни — мечты не в счет.

Приходится делать все так, как и сказала Смит. Когда приходят деньги на спешно оформленную карту, я беру свой внутренний паспорт, собираю необходимые документы, оплачиваю госпошлину и иду в МФЦ по записи. Все бумажки принимают быстро и говорят прийти через две недели. У денег есть свои плюсы.

Но больше я не трачу ни копейки. Решаю, что хватит уже зависеть от удачи и чужих решений, поэтому просматриваю объявления о работе, ищу подходящую. Обзваниваю, пока не соглашаются пригласить меня на собеседование. Но в конце-концов должность грузчика в одной из «Пятерочек» столицы я получаю. Из удобств разве что ежедневная оплата, а вот трудится приходится долгими часами, таская коробки из продуктовых грузовиков на склад. Это занятие успевает мне окончательно осточертеть, когда Тара наконец-то звонит вновь.

— Ты сделал все, что нужно? — коротко спрашивает она.

— Да.

— В таком случае надо встретиться, чтобы я взяла твой паспорт для консульства. Документы уже подала, одобрение получила. Осталось вклеить визу. Или можешь сам подъехать. Выбирай, — предлагает она.

И мне остается только гадать, хочет ли она мне помогать на самом деле или нет. Слишком уж отстраненное отношение ко мне у той, кто так отчаянно желала со мной переспать. Но и облегчать ей задачу я не намерен, потому прошу самой заняться паспортом.

Тара забирает его на следующий день, и вот к четвергу мы уже выбираем наиболее приемлемые билеты на самолет.

— Не хочешь попрощаться со своей девочкой? — в очередной раз спрашивает она меня, явно думая о чем-то своем.

Женщина еще никогда при встречах со мной не была столь задумчива. Её брови сведены в сомнении, губы сжаты в тонкую нитку, глаза же полны непонятной мне боли. Подозреваю, что за этими вопросами кроется очень болезненная история, о которой Смит не хочет ни за что вспоминать.

Решаю, что не буду ни о чем спрашивать. Кажется, теперь-то пришло осознание, что лезть в чужие души нехорошо — у всех есть то, что для них под запретом, о чем не хочется говорить. Что снится холодными ночами в кошмарах.

Я лишь надеюсь, что не стану таким же кошмаром для Нинель. Просто отойду в сторону и позволю ей жить своей жизнью.

— Этот глагол так не употребляется, — смеется Петр, объясняя мне очередное правило из учебника. Затем приводит примеры, — вот здесь вообще лучше без него обойтись.

— У меня уже голова пухнет, честно говоря, — я жалуюсь, ничуть не преувеличивая.

Мы встретились с парнем всего тридцать минут назад, едва приступили к учебе, а мне уже дурно. Бесконечные падежи, предлоги, неправильные глаголы — всё это никак не хочет укладываться в мою обычно жадную до знаний голову. Приходится пробираться через дебри иностранного языка через силу, стараясь не свихнуться. Ведь преподаватель прав, если я хочу добиться успеха в своей профессии, то следует знать хотя бы английский, чтобы спокойно брать интервью у нерусскоговорящих респондентов. Да и заграницу мне хотелось бы, а там без английского ну совсем никак. Думая об этом, я вспоминаю о Фёдоре, задаюсь вопросом: «Интересно, а как он собрался жить в Канаде, если в языки ни зуб ногой. И как-то не замечала за ним рвения их учить. Банально же в магазин сходить нельзя! Ну, дело его, раз мы разошлись, значит, не нужно больше о нем беспокоиться.

— Тебя что-то тревожит. Ты вроде бы здесь, а мыслями далеко, — Петр стучит ручкой по столу, привлекая мое внимание. — Я понимаю, что такой красавчик, что ты уже, наверно, влюбилась, но на свидание мы можем сходить и позже.

Ого, так этот парень и шутить умеет, даже смешно.

— То есть, приглашаешь? — пора бы вспомнить, что я девушка, и научиться пофлиртовать. Даже натягивать милую улыбку на лицо не приходится, губы сами растягиваются от предвкушения.

— Нина, английский..— Петр хочет было прервать мой перфоманс, но фразу обрывает на половине, когда я кладу свою руку на его. — Ты чего это?

Он смущенно краснеет, чем очень сильно меня умиляет. Не знаю почему, но чувствую, как и сама заливаюсь краской, лицо горит.

— Я не думала, что мы и правда английским заниматься будем. Ожидала совсем другого, например, воркования под романтичным приглушенным светом библиотеки, — показываю на шкафы с книгами в стороне, люстры над которыми уже выключены. Сейчас комнате не дает погрузиться во мрак лишь пара торшеров у нас на столе. По сути, это могло бы быть идеальное свидание, если бы не учебники перед глазами. Ладно, пора вернуться из мечтаний в реальность. — Хорошо. Насколько я понимаю, наш с тобой интерес взаимен, так? — Петя кивает, — в таком случае сегодня учимся, а завтра идем куда-нибудь вместе. Без книг, — хохотнув, уточняю на всякий случай.

— Не спеши с признаниями. Думаю, для начала нам надо узнать друг друга получше.

Ого. А вот это слышать неожиданно от парня. Федор, положив на меня глаз, проходу не давал, пока я не сдалась. Петр же и тут приятно меня удивляет своим поведением. В рассудительности ему точно не откажешь.

Еще долгих сорок минут студент мучает меня, а после говорит, что на сегодня страданий хватит. Провожает меня до самой двери комнаты в общежитии. И на прощание вместо поцелуя вновь лишь вежливо пожимает мне руку, задерживая это прикосновение на пару долгих мгновений. Это явно похоже на заигрывание, но я, уже поняв правила игры, ни на чем большем не настаиваю. Когда Петр уходит, я трогаю пальцами свои губы, ощущаю легкий запах мужского одеколона и наслаждаюсь обещанием чего-то увлекательного.

— Заходи уже, — по коридору проходит Ольга, неся в своих руках корзину с постиранным и высушенным бельем. Видимо, собирается его в спальне гладить.

Ничего не отвечая, я шагаю через порог. Сразу же заваливаюсь на койку подруги, все еще не веря в то, что сегодня вечером произошло. Наверно, мой мечтательный взгляд о многом говорит девушке, потому что она сразу же устраивает допрос:

— Так всё-таки вы с ним встретились?! Божечки, а почему не позволила мне тебя хотя бы накрасить перед этим? — тараторит, словно сорока.

— Потому что хотела увидеть его реакцию на обычную меня, а не ту куклу, какой была на приветственной вечеринке.

— И как, увидел? Можешь не отвечать, — хитро подмигивает Оля, — я заметила, как вы тут миловались, пока никто не видит. Сладкие голубки.

Ну вот, я так и знала, что девушка пройдется по этой теме. Видимо, еще долгое время буду выслушивать её пусть и добрые, но насмешки. Похоже, Ольгина относится к происходящему, как к сериалу — разве что попкорн не грызет. Зато комментариев выше крыше. Она и про наши красные лица говорит, и про шепот у двери. Смеется и смеется, пока я, окончательно не взъярившись, не бросаю в нее подушку. И даже когда подушка чуть ли не выбивает утюг из рук Оли, та остановиться не может. Вначале я хочу разозлиться, но затем понимаю, что ей это нужно. Сама посвящая себя другим, этой девушке нужно немного счастья получать, пусть и таким странным способом. Потому послушно вываливаю на нее все свои эмоции и ощущения.