Чтение онлайн

– Карен?

– Твоя дочь?

Тайандье спросил себя, на какую же планету его занесло.

– Карен мне не дочь. Я ее просто выдаю за дочь, в том числе и своей супруге. Так что ее присутствие рядом со мной не вызывает подозрений.

– Как же тебе удалось всех провести?

– Поддельное свидетельство о рождении, одна бывшая любовница, согласившаяся сойти за ее мать.

Тайандье обратился к Карен:

– За последний месяц вы получали угрозы?

– Нет.

– За вами следили?

– Нет.

Он дал ей визитку с номером своего телефона и попросил позвонить, если случится что-нибудь подозрительное.

– Подозрительное?

– Я тебе объясню, Карен, – сказал Хельмут.

– А ты, Эрнесто? – спросил J2B.

– Она сейчас в Риме.

– Чем занята?

– Заседает в административном совете «Agip».

– Сколько ей лет? – спросил Тайандье.

– Двадцать шесть.

– Красива?

– Думаете, я рисковал бы своим очагом ради дурнушки?

– Как ее зовут?

Тот тоже заколебался.

– Достаточно имени, – успокоил его комиссар.

– Слоан.

– Мне совершенно необходимо с лей встретиться.

Джеймс Музее покинул Белый дом с иным представлением о мире. Американский президент преподал ему урок не слишком ортодоксальной геополитики. По дороге в агентство он завернул в «Max Blues Cofee», ближайшую к своей конторе забегаловку. Хозяин был человек спокойный, а в углу стояло пианино. В это время дня зал был почти пуст.

– Как дела у особого агента? – спросил Макс.

– Срочно нужны пиво и блюз.

– Устраивайся, сейчас принесу.

Музес сел за инструмент, увидел, что перед ним появился стакан, закурил сигарету и стал напевать «Stormy Monday», [27] соло. В конце отрывка какой-то посетитель за стойкой отставил свой джин-тоник и захлопал в ладоши.

– Прекрасное исполнение!

– Он зарыл свой талант, – сказал Макс.

– Так вы не профессионал? – удивился клиент.

– Без этого я бы жить не смог, но живу не на это.

– Можно угостить вас стаканчиком?

Незнакомца звали Дилип, он был индийцем и проявлял явный интерес к Джеймсу. Тот заметил это не сразу, потому что в голове все еще вертелась их беседа с президентом.

– Слушай, Макс, кто, по-твоему, заправляет миром?

– Вот черт, ну и вопрос.

– Отвечай не раздумывая, инстинктивно.

– Америка, кто же еще! Мы можем задать трепку любой стране, плюем на решения ООН, монополизируем экраны планеты, и большинство транснациональных компаний тоже наши.

– Америка – это слишком расплывчато. Я имена спрашиваю.

– Макс прав, – вмешался Дилип. – США господствуют в мире как никакая другая империя в прошлом. Во всех областях – политической, экономической, культурной военной, технологической, научной. А если хотите имена! возьмите имена всехамериканцев, для которых крутится эта гипердержава: тех, что используют свои прожорливые внедорожники, чтобы разъезжать по городу, тех, что чудовищно жиреют, потому что объедаются, тех, что включают кондиционер, потому что не выносят солнца, тех, что потребляют сверх потребностей. Американцы – самые крупные хищники планеты, цари джунглей, и им надо много пищи.

– Чем занимаетесь в жизни? – спросил Джеймс.

– Программист.

– Хищник от информатики?

– У меня был выбор: остаться в Нью-Дели за пятьсот рупий в месяц или зарабатывать тут в пятьдесят раз больше.

– Проблема в жилье, – сказал Макс. – Мистеру нужен отель неподалеку, пока он не подыщет себе квартиру.

В кармане Джеймса завибрировал мобильник. Федеральные службы сообщили ему об исчезновении женщины в Джорджтауне. Он достал связку ключей, отцепил один и положил на стойку.

– Вот, пока не найдете себе берлогу, – сказал он Дилипу. – У меня места много, живу один, и это неподалеку отсюда. Макс вам покажет, как дойти. А мне еще надо немного поработать.

– Я не могу это принять, это слишком…

– Пусть мы, американцы, и хищники, это не мешает гостеприимству.

Ночь покрыла берега Потомака словно саваном. Полчища полицейских прочесывали окрестности между Джорджтаунским университетом и рекой. Инспектор Маклафлин изложил Музесу суть дела:

– Месяц назад один студент-юрист, Алек Фаулз, договорился о свидании с девушкой. А сам опоздал. Девушки на месте не оказалось, и с тех пор она как в воду канула. Все, что он о ней знает, это что ее зовут Мария, что она мексиканка и ладно скроена.

– И весь этот сыр-бор из-за какой-то девицы, которая не явилась на свидание?

– Дайте договорить.

– Она что, дочь мексиканского президента?

– Что с вами, Музес? Я же вам как раз для того и позвонил, чтобы помочь в вашем деле с исчезновениями. Может, это как-то связано.

– Ладно, слушаю.

– Один муниципальный служащий, который чистил берега, нашел вчера платок фирмы «Гермес», сфабрикованный в Мексике. Подделка Платок зацепился за колючие кусты у реки. Полиция для очистки совести наведалась в кампус, проверить, не пропала ли какая студентка. Алек Фаулз опознал платок Марии. Мы обшарили всю округу и нашли вот это, в пятистах метрах вниз по течению Потомака.

Он предъявил ему прозрачный пластиковый пакет с запачканными тиной джинсами.

– Должно быть, на эту Марию напали, пока она ждала Фаулза. Убийца бросил ее шмотки в реку, саму изнасиловал и избавился от тела. Ну, может, не в этом порядке.

– Труп нашли?

– Нет. Тралим Потомак. Водолазы там уже несколько часов.

– Выяснили что-нибудь об этой Марии?

– Нет. Фаулз подцепил ее в одном кабаке, «Десперадос». Музыка панк, экстези из-под полы, клиентура – молодежь. Он переспал с ней у себя на квартире. На следующее утро они расстались, назначив вечером свидание. Тут.

– Где именно?

Маклафлин указал на сухое дерево внизу.

– По словам Фаулза, Мария была из Мехико и путешествовала по Штатам, чтобы усовершенствовать свой английский. Сказала ему, что заканчивает учебу, собирается преподавать. Проблема в том, что мы не знаем ее фамилиях а имя слишком распространенное. Я вас предупредил, потому что. если верить Фаулзу, внешность у нее просто сногсшибательная.