Чтение онлайн

Мужчина подошёл ближе к кровати, затем наклонился, протянул руку, касаясь плеча девушки. Киару не ответила на его слова и не пошевелилась, когда тот потряс за плечо, а затем заставил лечь на спину. Ему показалось, что его сердце рухнуло в пропасть, а сам он забыл, как сделать вдох. Такая близкая и родная Киару, вдруг стала недостижимой мечтой. В зелёных глазах больше не было жизни: яркий цвет померк, искры жизни затухали в девушке.

Он опустился на колени перед кроватью, пытаясь справиться с нахлынувшим отчаянием. Ему отчаянно хотелось, чтобы случилось чудо и Киару сбросила с себя оковы нынешнего состояния и стала прежней, той, в которую он влюбился.

Ричард с тревогой всмотрелся в её бледное лицо: та шевелила губами, но не произносила ни единого звука. Ему не получалось понять по движению губ возможные слова.

— Киару? — мужчина сжал плечо девушки сильнее, чем требовалось, но она даже не вскрикнула, не поморщилась и не обратила никакого внимания на грубый жест.

Резким движением он заставил Киару лечь на спину, а затем, нависнув над ней, всматривался в столь любимые черты.

— Киару? — повторил Ричард, едва удерживаясь от того, чтобы не встряхнуть её за плечи.

— Кто я? — наконец произнесла девушка, не фокусируясь взглядом на мужчине, смотря на серый потолок, где местами потрескалась побелка.

Следующие слова разбили Ричарду сердце, заставив его отстраниться от Киару, встать с кровати и взять в руки мобильный телефон, вытащив аппарат из ящика стола. Разблокировав экран, мужчина открыл шаблоны сообщений.

— Кто ты?

Ричард судорожно сглотнул, затем отправил давно заготовленное сообщение: «Памяти больше нет. Её больше нет. Это уже не моя Киару…».

Глава 6. Письмо

«Как начать письмо, если нет сил его писать? С чего надо начать, если отчаянно хочется тебя потревожить, разбудить, чтобы ты обнял, прижал к себе и уверенным голосом заверил меня, что всё будет хорошо. Три простых слова. Три слова, которые являлись цепью, якорем… Три таких простых слова, которые позволяли мне держаться за эту жизнь. Я теряла силы, но изо всех сил держалась. Я держалась даже тогда, когда собственная вера меня подвела. Твоей надежды хватало на двоих и ты был щедр со мной. Но мне кажется, моих сил уже не хватает, а твоей надежды слишком мало для обоих. Мне надо уйти, чтобы сохранить твои силы… Но как же начать последнее письмо? Ведь если ты читаешь эти строки, то, как бы банально это не звучало, меня больше нет. Я ушла… Оставила тебя одного, хотя клялась этого никогда не делать. Позволила победить Д. и причинила этим тебе невероятную боль. Простишь ли ты меня? Не знаю. Наверное, я не смогла бы себя простить за всю ту боль, что оставляю тебе. Знаешь, мне страшно. Мне очень сильно страшно. И я хотела бы остаться, хотела бы, чтобы память мне не изменяла… Мне кажется, что я хочу быть с тобой. Нет. Это мне не кажется. Я хочу быть с тобой. Я никогда не говорила тебе этого. Знаешь, мы заигрались. Мы пытались убедить друг друга, что не нужны друг другу. Но правда в том, что я нуждалась в тебе. Всю жизнь… Но сейчас не об этом. Я пытаюсь понять, как начать письмо. Наверное, эти страницы лучше будет сжечь. И я буду счастлива, если ты никогда не прочитаешь этих строк… может быть я найду в себе силы и сама уничтожу эти листы… или лист… Не знаю. Как получится… У меня осталось не так много времени и я прекрасно это знаю. Ты стараешься проводить со мной каждую минуту, но этим причиняешь невыносимую боль. Я хотела бы видеть тебя счастливым, а вместо этого вижу печаль и тоску. Иногда мне кажется, что ты уже похоронил меня. Знаешь… а я ведь неоднократно молила тебя, чтобы моё «Право Жизни» забрал… Ты не забрал… Наверное, я должна на тебя обидеться за это, но я не хочу уходить с обидой… Так как начать последнее письмо? С чего начать? С благодарности? С признания? С обиды? С боли? С благодарности? Нет… наверное, надо начать… Не существует идеального начала для последнего письма.

Я знаю, что ты будешь злиться на Ричарда за то, что он выполнил мою просьбу. Пожалуйста, не бей его. И не сжигай. Я также запрещаю тебе его кусать или причинять любой другой вред, вплоть до убийства. Его дочь ты также не будешь трогать. Пожалуйста, ради меня и твоей памяти обо мне, не трогай колдуна. Он отговаривал от меня. Но ты же знаешь… как трудно меня убедить в чём-то, если я что-то решила… Ты сам меня назвал как-то упрямой ослицей. Правда я не помню причин той ссоры, что подтолкнула тебя к такому ругательству.

Письмо. Последнее письмо. Мне надо собраться, не думать о прошлом (иначе я лишь теряю время, которого бесконечно мало). Мне не стоило тратить время для того, чтобы писать эти строки… Я боюсь потерять мысль… Боюсь не написать самого главного…

Давай представим, что моё последнее письмо начинается сейчас.

Мой дорогой Ричард. Сегодня пишу своё «Последнее Письмо» и оно предназначается исключительно для тебя. Колдун дал мне слово, что передаст конверт только в том случае, если не будет найден способ спасти мою жизнь. Если быть честной, то мне невероятно сложно писать эти строки, выводить букву за буквой. Словно с каждой чёрточкой, с каждым росчерком пера из меня уходит жизнь.

Дневники не помогли. Я не верила в то, что запись давно прошедших дней мне поможет. Я даже прекратила думать о том, что мне страшно лишаться своей истории. Мне остаётся надеяться лишь на то, что твоя история, которая будет уже без меня, будет наполнена жизнью и счастьем.

Ричард, я знаю, что нарушила сотни правил написания личных писем. Мне достаточно сложно собраться, собрать свои мысли воедино и написать так, как надо. Вместо того, чтобы написать лаконичное письмо, из под пера выходит нечто странное… Так не пишут письма. Вот только я боюсь, что если встану с кровати, чтобы взять новые листы, то ты проснёшься. Мне стоило больших трудов уговорить тебя расслабиться и немного подремать. Я обещала быть рядом, когда ты проснёшься. Это обещание я смогу сдержать. Но у меня не получится сдержать те самые слова, когда я говорила, что выживу. Кажется, я солгала в этом.

Иногда мне кажется, что я предполагала о таком исходе давно. Где-то в глубине души я, возможно, допускала мысль, что пришло время уйти. Мне не хотелось в это верить, жаждала найти опровержение такому страшному ощущению, но… всегда было какое-то но…

Я постараюсь не касаться своего состояния. Знаю, что не смогу забыть, не смогу прожить оставшееся время так, словно ничего не происходит. Происходит. Прежде всего это видно по твоему беспокойству. Мы как-то забыли обо всех скандалах и спорах. Серьёзно! Мы ни разу не поссорились за последние недели! Ты не сказал ни единого резкого слова в мой адрес, а я ни разу не попыталась тебя прогнать…

Это странно. Очень странно. Но при этом… знаешь, мне непривычно об этом думать, но, кажется, что время, когда мы не ссоримся — похоже на драгоценные камни. Драгоценные камни… Мне нравятся изумруды. Но ты об этом, естественно, знаешь. В обручальном кольце изумруд. Ты сохранишь моё кольцо, когда всё будет позади? Глупый вопрос. Ты волен поступать так, как захочешь. Даже если выкинешь его в озеро, пруд, реку или море…

Мой дорогой Ричард. Или, мне следует писать иначе? Например… Мой дорогой супруг. Муж мой… Ты, наверное, сейчас улыбаешься. Или прошептал… например, что я твоя супруга, твоя жизнь, твоя судьба.

Если бы всё было иначе, то… если бы моё состояние было иным… если бы… Как много если. Ты часто ругал меня за мои мысли о том, какой могла быть моя жизнь. Я обещала не размышлять, но… это невозможно.

Обещаю, что это в последний раз.

Дом. Может быть это был бы тринадцатый дом, а может быть иной. Два этажа. Гараж. Бассейн. Высокий забор, чтобы не было посторонних взглядов. До ближайших соседей нужно добираться. Сад. Клумбы. Беседка, где мы проводили бы вечера раз в неделю. В саду были бы качели. Мы бы часто сидели возле бассейна, разговаривали, пили красное вино и были бы вместе. Мы бы жили вне клана. Вдвоём. Это была бы наша семья… Семья… такое странное слово. Клан не стал моей семьёй. Мы никогда не были семьёй. Но ты стал моей семьёй. Ричард, ты мне дорог. Я знала это всегда. Я знаю это сейчас и поэтому пишу эти глупые строки, пытаюсь упорядочить собственные мысли и проигрываю себе же. Ричард, ты должен знать, что я не хочу тебя оставлять. И… прошу тебя… Помирись с Самуэлем. Вы общаетесь, но… я же вижу, что ты не простил его. Его вины не было. Если кого-то и винить, то исключительно меня. Потому что… я — воровка. Я украла те самые документы, не слишком надёжно их спрятала и они попали в очень плохие руки.

Мой дорогой Ричард. Сегодня я не буду задавать глупые вопросы и размышлять о том, как могла бы сложиться наша жизнь. Такие мысли не сделают добра.

Наверное, ты уже устал читать. Знаешь, мой милый, я планировала написать всего несколько строк, а получается… получается как-то много. Уже несколько листов. Это больше похоже на запись из дневника, но ею не является. Просто знай… изначально я хотела написать всего пару строк, чтобы поддержать тебя, чтобы ты не грустил и знал, что я думала о тебе до самого последнего вдоха. Я не помню, говорила ли тебе эти слова, но лучше их напишу, чтобы ты знал: я люблю тебя. Люблю всем сердцем и всё это время держалась ради тебя. Ты стал моим якорем в этой жизни. Ты стал тем, к кому я всегда возвращалась. Ты стал тем, кто спас меня от смерти, кто дал мне возможность жить и кто позволил мне жить, несмотря на то, что я достаточно проблемная. Кажется, так меня назвал Марк. Проблемная. Это клеймо на мне и от него мне не избавиться. Или всё же смерть является избавлением? Не хочу об этом думать. Ты, наверное, прекрасно знаешь, что я безумно хочу жить. Я хочу быть рядом с тобой, может быть ссориться, иногда бить тарелки или же просто… мы ведь можем без ссор. Можем? Я обещаю не сбегать. Я бегала всю жизнь. Но не могу понять, бегала ли я от тебя или от себя, потому что моя жизнь не стала такой, какой я представляла.