Последнее Рождество
Шрифт:
– Что?
Взяв её за руку, он нежно поцеловал ладонь.
– Выходи за меня замуж, малышка. Сделай меня самым счастливым демоном из когда-либо рождённых.
У неё пропал дар речи от переполнявшего душу счастья. Лиллиана рассмеялась и кивнула, а потом бросилась к нему на шею и крепко обняла.
Смеясь, Калеб поднял её на руки и закружил.
Дверь открылась.
Находясь в объятиях Калеба, Лиллиана увидела, как отец качает головой.
– Я так понимаю, ты сделал ей предложение.
Калеб поставил её на ноги перед собой. Но продолжил баюкать в своих объятиях.
– Верно, сделал.
– Судя по её счастливому виду, моя дочь согласилась.
Лиллиана смахнула предательскую слезу.
– Конечно, согласилась.
– Хорошо. Значит, я не буду наблюдать за твоей хандрой всякий раз, когда Калеб уходит в сарай. Итак, когда планируете провести церемонию?
Улыбаясь, она откинула локон со лба Калеба.
– На солнцестояние.
Калеб нахмурился, охваченный дурным предчувствием.
– Почему тогда?
– Это ознаменование нового года. Новых начинаний. Возрождений. Всех замечательный праздников. Разве это не лучший день для свадьбы и начала нашей совместной жизни?
Калеб заметно поёжился.
– Это самая длинная ночь в году. Порталы открыты. Зло может бродить по этому миру. Похоже, мы искушаем судьбу.
Она цыкнула на него.
– А ты оптимист, да?
Малфас хотел возразить, но знал, как сильно она хочет провести обряд в этот день. Как он мог отказать ей в чем-либо, особенно в такой малости?
И всё же, он ненавидел солнцестояние. Слишком многие демоны использовали эти сутки в своих интересах и охоте на людей.
Но если это доставит ей радость…
– Ну что тут сказать, Лил? Я могу измениться, но не настолько. Могу же я сохранить кое-что из своих старых привычек. Иначе в какой-то момент ты меня не узнаешь и уйдёшь к другому, приняв того за меня.
С озорной улыбкой она поцеловала его в кончик носа.
– Я всегда узнаю своего лучшего друга. Ты не сможешь спрятаться от меня.
Но в течение следующих шести недель, приближавших к солнцестоянию, Малфас испытывал искушение не только спрятаться от неё, но и сбежать обратно в адское царство, дабы избежать всех сделанных ею приготовлений. Смешно сказать.
Так много деталей. Он представить себе не мог, что люди так себя истязают.
«На хрена нужны демоны для их террора?»
Но жить как раньше он больше не хотел. Предпочитая невинную, простую жизнь смертных, чем всю славу, полученную им за сражения против человечества.
Люди не презренные животные, коими он их когда-то считал. На самом деле, у них много общего с его собратьями. Правда, среди них были гадёныши. Но, по сравнению с демонами и их силами, человеческие гады вполне терпимы. В общем, он предпочёл бы жить среди них, чем среди богов или демонов, породивших его.
– Мечтаешь вернуться домой?
Калеб фыркнул, услышав вопрос Офелеса.
– Да. Я предпочитаю тишину нашего домика этой толпе.
Будущий тесть рассмеялся.
– Я говорил о твоём старом доме, а не нашем скромном жилье.
– Я никогда не захочу туда вернуться.
Он не кривил душой. Тем не менее, окружавшая их толпа сильно напоминала двор в Азмодее. Люди смеялись, танцевали и пили, словно это их последняя ночь на земле. Или, в случае с Азмодеей, когда на рассвете планировалась бойня.
Такое ликование вызывало у него настороженность. Не задумываясь, Калеб притянул Лиллиану к себе, дабы убедиться в её безопасности.
– Разве здесь не замечательно?
Калеб так точно не считал.
– Конечно. Пьяная рвота всегда возбуждает меня.
– Он увёл её подальше от этой нелицеприятной картины.
– Ну, ладно, это не самое главное. И спасибо, что спас мои туфли и платье.
– Я с радостью всегда тебя спасу.
– Особенно, учитывая, насколько ей идёт одеяние. От светло-жёлтого цвета у неё лучатся теплом глаза. Лиллиана похожа на идеальное кондитерское лакомство, от вида которого у него текли слюнки.
Только ради этого он был готов терпеть торгашей, акробатов и пьяных гуляк. И уворачиваться от рук незнакомок, мимо которых они проходили и которые так и норовили с ним потанцевать.
Лиллиана хмуро взирала на них, а одну даже умудрилась отпихнуть.
– Возможно, это не такая уж хорошая идея.
Калеб повернулся к Лил и вопросительно взглянул.
– Что?
– Мне не нравится, как женщины смотрят на тебя.
– Тогда нас двое.
– Он нежно схватил её за талию и прижал к себе.
– Спаси меня, любимая. Я хочу, чтобы ты их ко мне не подпускала.
– О, поверь мне. Если кто-нибудь из девиц приблизится к тебе, то останется лысой.
Калеб ещё крепче обнял её и прижался щекой к макушке.
– Мой свирепый мышонок.
Калеб нежно стиснул девушку, прежде чем отпустить. Лиллиана, пританцовывая, направилась к храму, где их должен был ждать священник. Ему пришлось практически бежать, чтобы догнать любимую.
Они буквально ввалились в храм, смеясь и спотыкаясь.
Пока священник не одарил их суровым взглядом.
– Вы знаете, где находитесь?
Калеб фыркнул.
– Храм моего отца, - прошептал он ей на ухо.
Лил рассмеялась, но потом посерьёзнела.
– Да, господин священник. Пожалуйста, простите нас. Мы не хотели проявить неуважение.
– Неправда, - прошептал Калеб ей на ухо.
Она ткнула его локтем в живот.
– Калеб!
– Неужели в этой деревне нет другого храма? Мы правда должны обвенчаться здесь?
Священник заметно напрягся.
– У вас проблемы с господином Верлином?
«И чертовски много. Честно говоря, даже не знаю, с чего начать, описывая весь спектр наших с отцом проблем. На перечисление могли уйти десятилетия, а может, даже столетия».
Но эта мысль растаяла, стоило кое-кого заметить в тени отвратительной статуи папаши.