Чтение онлайн

– Я думаю, кое-кому из вас стоило бы одеться теплее, - заметил Мэтлай, закончив представлять товарищей.
– И более прилично. Мы бы угостили вас, но мы, к сожалению, не едим. Энергия поступает от Ядра Мэхарры. И не дышим - газ, который перегоняют ваши легкие - чистый аргон.

Нельзя сказать, что эта новость поразила Лэйми: под Зеркалом Хониара его легкие тоже работали лишь по привычке. А вот лерам, похоже, стало дурно; Сарини даже схватилась рукой за горло.

Не обращая внимания на это, харранцы устремились из зала, увлекая за собой пришельцев, ловко, но ненавязчиво подталкивая их.

Миновав проем в тонкой стене Лэйми едва не вскрикнул от изумления: над его головой был плоский потолок, - внутренняя поверхность брони Хары, - а вот внизу...

Лес тонких металлических колонн уходил вниз, насколько хватал глаз. Соединенные горизонтальными поперечинами, они составляли колоссальную трехмерную решетку, похожую на кристаллическую. Её освещали редкие синеватые огни и ещё более редкие золотые колонны, пронизывающие её. Один из огней был совсем близко - яркий, резкий, сине-белый шар, пылавший прямо в воздухе. Ни проводов, ни лампы. Ничего. Только чистое, беззвучное сияние. Но когда Лэйми захотел коснуться этого чуда, его пальцы уперлись в упругий воздух, - предосторожность нелишняя, так как шар излучал и заметное тепло.

Расстояние между прутьями или трубами - толщиной дюйма в три - оказалось не очень большим: в самый раз протянуть руку или толкнуться ногой. Все харранцы стаей устремились вниз. Они двигались очень быстро, с поразительной ловкостью, отталкиваясь ногами и выбирая путь с помощью рук. Перед Лэйми мелькали лишь их красивые подошвы с крепкими ровными пальцами, и он немедленно отстал бы, если бы его очень точно не подталкивали. Харранцы смеялись, обменивались быстрыми фразами, - движение доставляло им несомненное удовольствие.

Путешествие заняло минут пятнадцать; они двигались всё время вниз. Лэйми не мог оценить расстояния, но они спустились, похоже, уже на несколько километров. Ему хотелось расспросить попутчиков, но на ходу это было невозможно: всё его внимание уходило на то, чтобы не врезаться во что-нибудь и не отстать.

Казалось, решетка из труб тянется вниз бесконечно, но неожиданно Лэйми увидел дно: металлический пол, продырявленный множеством круглых отверстий. Миновав одно из них, он попал в сферу диаметром метров в пять, залитую более ярким белым светом. Он падал из тонких колец, окружающих выходы: их было двенадцать, идущих во всех направлениях. Внутренняя поверхность сферы была металлически-гладкая, серая, но на ней, словно из-под воды, проступали какие-то подвижные изображения; они струились, перетекая от одних выходов к другим. Лэйми очень хотелось рассмотреть их, но харранцы не дали ему остановиться и отстать. Тут ничего не стоило заблудиться: все сферы казались ему одинаковыми, к тому же, здесь не было прямого пути. Но здесь оказалось заметно теплее, чем наверху, и более уютно.

Слой сфер они миновали за полчаса. Лэйми совершенно ошалел от непривычного окружения и бесконечных мельканий. Он то и дело врезался в стены, - пока несколько харранцев не начали просто направлять его толчками, словно груз. Лэйми был им благодарен.

Потом они достигли третьего слоя: за очередным отверстием в стенке сферы был почти темный туннель, выстланный изнутри черным мехом. Это напомнило Лэйми его родной Муравейник в Хониаре, и он сразу почувствовал себя уютнее. Здесь им начали попадаться другие обитатели Хары, - в такой же одежде или наоборот, - в белой, расшитой черными, красными и золотыми узорами.

Ещё минут через двадцать очередной туннель вывел их в просторное, неправильной формы помещение, освещённое несколькими голубоватыми пятнами на потолке; они казались лужами застывшего стекла. Вся компания уютно расселась на выступах вогнутого пола. Сила тяжести здесь была больше, - во всяком случае, Лэйми мог сидеть, и весил он уже вполне ощутимо. К тому же, здесь оказалось по-настоящему тепло.

Когда все устроились, какое-то время царило молчание. Обитатели Хары (это название казалось Лэйми более простым и привычным) откровенно рассматривали пришельцев. Никто не отвел глаз под его взглядом.

– Итак, - начал Мэтлай (он сидел, уютно скрестив босые ноги, как и все остальные его соплеменники), - откуда вы? Вы не похожи друг на друга.

– Эти трое - из Мааналэйсы, - ответил Охэйо.
– А мы с Лэйми - из Джангра. Из Хониара, если точнее.

– В Мааналэйсе недавно произошел взрыв, - сказал Мэтлай, казалось, самому себе; глаза его были опущены.
– Вы от него бежите?

– От её создателей. Один из них хотел... поглотить нас.

– Как же вы спаслись?
– Мэтлай, несомненно, знал, что Охэйо имеет в виду.
– Ещё никому это не удавалось.

– Благодаря вот этому, - Охэйо достал из сумки брахмастру, и высоко поднял её - чтобы все видели.

По залу пролетел ропот. Всем присутствующим этот предмет был, несомненно, знаком. Мэтлай кивнул; казалось, ничего иного он не ждал.

– Манцибурны сомкнули силовые линии и отразили к солнцу энергию взрыва, но в их Внутреннем Мире образовалась дыра сорока тысяч миль в диаметре. Свой межпространственный центр они восстановят не скоро... Откуда она у вас?

– Я её сделал, - просто ответил Охэйо.

– СДЕЛАЛ?
– глаза Мэтлая, казалось, стали больше.
– Как?

– Благодаря рукам, - ответил Охэйо.
– И удаче.

Пару минут они смотрели друг на друга.

– Не может ли быть, - осторожно начал Мэтлай, - что твое сознание старше твоего тела?

Лэйми понял, что он имел в виду. Охэйо лишь пожал плечами.

– Я помню себя только в этом теле. Будь иначе, - зачем ИМ на меня нападать?

– Я думаю, нам надо будет поговорить. Очень о многом. А пока можешь спрашивать. Мне доставит удовольствие отвечать тебе.

– Хорошо. Что это за место?

– Мэхарра? Фокус Зеркала Потерь. Зеркалом служит Стена Мира. Она собирает всю информацию, которая была утрачена. Мы знаем почти все языки. И многие имена.

– Как она устроена?

– Наружная броня имеет толщину в сто пятьдесят метров. Под ней - пять структурных слоев в три километра каждый: Решетки, Сферы, Туннели, Море Снов и Ядро. Решетки - это просто свободное пространство для прогулок. В Сферах циркулирует уловленная информация - часть её. В Туннелях мы живем. В Ядро нам нет входа, - оно состоит из барионной плазмы, из тех разновидностей элементарных частиц, которые не встречаются в природе. Суть Мэхарры - это Море Снов. Оно там, под нами. Мне трудно сказать, какова его сущность. Анизотропная сверхжидкость - Реальность, сгущенная, как газ, миллионы её отражений, идентичные с сутью. По сути, это её сны. Погружаясь в них, мы становимся их частью. Каждый сон, - неизменен, устойчив; каждый из них - об одном мире, но только о тех, где есть люди; почему так, я не знаю. Там всё настоящее, с одной лишь разницей, - если вас там убьют, то вы очнетесь здесь, вне сна.

– Интересно будет взглянуть. Я могу спросить... откуда вы взялись?

– Из миров, отраженных в Море Снов, только нельзя сказать - откуда именно. Мы все много раз были пересозданы заново. Однажды мы выплываем из Моря и вспоминаем, что видели сны, и эти сны - части жизней тех, кто был до нас. А иногда те, кто входят в Море Снов, не возвращаются. Потом оттуда выходят новые люди, и мы находим в них части пропавших, - одно воспоминание здесь, другое там, но никогда - всё вместе. Здесь не исчезает ничего. В каком-то смысле мы все - одно целое.