Чтение онлайн

Конни откинулась назад, чувствуя облегчение от разговора. Всё прошло лучше, чем она опасалась, но ведь это только начало пути. Теперь ей предстоит выложить все старинным подругам, и для укрепления духа просто необходимо выпить.

Джой утонула в диванных подушках, потеряв дар речи. Вот так поворот! И как же они не догадались?! Вот Конни исчезает на несколько месяцев, семья шушукается за закрытыми дверьми, Конни не является на крестины – теперь все сошлось. Ее родная мать, поклявшаяся никому не раскрывать этой тайны, ни разу ничем не намекнула на эту жуткую историю, приключившуюся с Конни.

– Я хотела рассказать вам обеим, – созналась Конни. – И раз или два уже раскрывала рот, а потом…

– После рождения Ким я превратилась в развалину… Я бы не смогла тебе помочь, – сказала Джой.

– А я каталась по миру с твоим бывшим приятелем… Это же не ребенок Марти, правда? – вдруг резко спросила Роза.

Она могла поколебаться и выложить им свои сомнения, но сразу решила не идти по этому пути.

– У меня случился флирт с Лорни Добсоном.

– Ну да, дорожный романчик… Ты знаешь, что бедняга Лорни погиб? – спросила Роза.

– Да, слышала, – коротко кивнула Конни. Они должны думать, что ребенок его, и точка.

– Ну, и что теперь? Как ты собираешься искать ее? Через Интернет? – спросила Джой.

Конни кивнула.

– Если бы все было так просто! Есть разные специальные агентства по поиску людей, обращусь к ним. Процарапаюсь как-нибудь. Просто я больше не хочу держать все это в тайне от вас. Невилл вот в курсе с самого начала. Расскажи-ка им все, Нев?

И Невилл пустился в жизнерадостный рассказ о том кошмарном Рождестве, когда Айви слетела с катушек. Когда отматываешь семейные драмы назад, в них всегда можно найти что-то смешное. Грань между трагедией и фарсом так эфемерна! Невилл пересказал всю историю в лицах, не пропустив ничего. Какое все-таки счастье, что он поддерживал ее все эти годы!..

– О, да ваша история похлеще «Жителей Ист-Энда»! – расхохоталась Роза.

– А ты удивляешься! Откуда, думаешь, они берут сюжеты? – хохотнул Невилл. – Жизнь куда более заковыристая штука, чем чьи-то там сочинения.

– Давайте выпьем за то, чтобы ты поскорей нашла ее, Конни. Ты заслужила хоть чуточку везения!

И они снова дружно подняли бокалы. Да, ночь предстоит долгая и веселая. Конни снова вздохнула с облегчением. Все, кто дороги ей, теперь знают. Что бы ни принесли ей ближайшие месяцы, она теперь не одна на этой странной дороге в неизведанное. Кто же еще поддержит ее, придаст мужества? Конечно, только ее друзья и ее семья.

Конни, воодушевленная поддержкой близких, с бешеным энтузиазмом взялась за розыски – через Интернет нашла нужные агентства, связалась со старыми коллегами, вместе с кем так недолго проработала в службе социальной защиты, спросила их совета. Это было все равно что пуститься в путешествие без карты, когда путь тебе указывают разбросанные лишь кое-где знаки.

Да, она дала своей дочери имя, которое помогло бы разыскать нужный адрес без труда, но Конни знала, что это неправильный подход. В мыльных операх, конечно, случается, когда пропавшая мать вдруг возникает на пороге дома своей выросшей малютки, но вот в реальной жизни это очень маловероятно, или же тебе должно несказанно повезти.

Поиск не приносил никаких результатов, и она чувствовала себя словно в ловушке. То выяснялось, что в тот день, оказывается, не появилось на свет ни одного младенца. Родильное отделение там закрыли, и записи не сохранились. Ей-то казалось, что она просто будет двигаться все ближе к цели, шажок за шажком, но то и дело она наталкивалась на запертые двери и уже начала отчаиваться.

– Не сдавайся, – убеждал ее Пол, – просто мы еще не напали на нужный след, не потянули за нужную ниточку. А это обязательно случится, увидишь.

– А ты обращалась в Национальный архив детских домов? А в Общество англиканской церкви по оказанию помощи детям? А в католические службы опеки?

Все старались помочь ей, наперебой предлагали свои варианты. Она перепробовала все – и никого результата. Более того, в списке родителей, разыскиваемых детьми, ее имя не значилось. Вот это повергло ее в страшное уныние. Только тогда Конни осознала, как поздно она решила взяться за розыски. Да, но биологическим родителям лишь совсем недавно разрешили разыскивать детей, усыновленных и удочеренных приемными родителями. Ну, по крайней мере, ей стоит вписать себя в этот список.

Настало время задействовать самые глубинные резервы упорства, для воплощения мечты требовалась просто одержимость. Анна ведь существует, где-то живет, просто не знает, как мучительно разыскивает ее давшая ей жизнь женщина. А вдруг уже слишком поздно?

На нужную тропку неожиданно вывела Зоя.

– Я не нарушу врачебной тайны, если скажу, что у меня появилась пациентка, примерно твоего возраста, которая как раз занималась такими же розысками. И она нашла своего ребенка через фонд «Барнадос», это благотворительная организация. Думаю, попытка стоит того.

– Да, он есть в моем списке, в самом конце. Спасибо. А я могу поговорить с ней, с этой твоей пациенткой, спросить, как она действовала?

Зоя поколебалась, глядя на мать пронизывающими синими глазами.

– Не уверена. Лучше не стоит. Она прошла через все процедуры. Фонд связался с ее сыном, но тот ответил, что не хочет встречаться с ней и вообще иметь с ней что-либо общее. Это его право, конечно… Мам, ты тоже должна быть готова ко всему. Она выросла, не зная тебя, так что всяко может повернуться. Прости, что говорю это и расстраиваю тебя, но ведь мы не можем от этого прятаться?

– Я догадываюсь, что это не такой уж редкий исход, и стараюсь подготовить себя к отказу, но всё же я буду знать, что она жива и с ней все в порядке. И я хочу, чтобы совесть моя была чистой: чтобы я сделала все, что в моих силах.

Конни улыбнулась, стараясь храбриться. Лучше уж что-то делать, шагать по какому-то пути, выполнять свой долг, даже если он и заведет в темную пучину отчаяния.

На следующее утро она отыскала нужный номер, позвонила и оставила предварительный запрос. Ее предупредили, что ее ждут разные трудности, но она сообщила фонду все необходимые детали и отправилась навестить тетю Ли и дядю Пита, которые чувствовали себя не очень хорошо.

– Я рада, что ты решила разыскать девочку. Ты же знаешь, я всегда была против решения Эсмы. Мы так поссорились! Думаю, что просто так всё неудачно совпало тогда, слишком много свалилось на нее разом, и я знаю, что в день смерти она горько сожалела о том, как себя повела.

Конни очень удивилась.

– Вы разговаривали обо мне? Что она сказала?

– «Я была слишком жестока к девочке… Бросила ее в беде. Мы не должны были позволять ей отказываться от ребенка. Надеюсь, Господь Всемогущий простит мне этот грех». А потом она улыбнулась: «Но наша Конни – настоящая Уинстэнли. Она не откажется от своей кровиночки. Однажды они найдут друг друга».