Чтение онлайн

— Твою мать!!! — вконец разозлившись, я со всех сил вогнал лопату в проклятую грязь, и… лопата обо что-то стукнулась. До меня это дошло только через несколько секунд, когда я устало привалился к борту Урала…

— А это что еще…

Я взял лопату, подошел к тому месту, еще раз со всей силы вогнал ее в землю. И снова тот же самый глухой стук…

— Что там? — Марина отдыхала в кузове — даме не пристало копаться в грязи, я все-таки джентльмен — но отдыхала рядом с пулеметом…

— Не знаю… Но что-то здесь определенно есть… — я взял лопату и стал копать на подозрительном участке….

Только через два часа, докопавшись до большого куска фюзеляжа самолета и до груды костей рядом с ним, явно человеческих, я понял всю грандиозность — и всю изощренную хитрость этого замысла.

Самолет действительно садился на воду. Это был С-130, возможно даже переоборудованный в гражданский транспортный самолет, проходящий под шифром L-100. Тактический десантный самолет, приспособленный для посадки и взлета с неровных грунтовых полос — он вполне мог выдержать посадку и на воду. Только сейчас я понял, что мне не понравилось в реке — прямой участок русла, длиной более километра. На него они и сели. По берегам разложили костры для ориентации и приземлились. Верней, приводнились…

Посадка была хорошо подготовлена — здесь самолет кто-то ждал. Не знаю чем, возможно экскаватором, возможно руками, они выкопали своеобразную заводь, достаточную для того, чтобы поместился фюзеляж самолета. После чего направленными зарядами "Блэйд" они срезали крылья и хвост самолета, а фюзеляж, вместе с грузами, на понтонах завели в эту искусственную заводь и затопили. Воду откачали, и заводь засыпали землей, сверху замаскировали зеленью. В джунглях все растет так, что через год найти это место было уже невозможно — если точно не знать, где искать. А отрезанные крылья и хвост замаскировали где-то в другом месте, может и дальше по течению реки затопили…

Понятно было мне, и что за кости я откопал на фюзеляже. В захоронении самолета должно было участвовать много людей, любой из них мог впоследствии проговориться, любого могла обуять жадность. Вот мой дед и решил проблему по-пиратски — перестрелял всех и захоронил рядом с самолетом. Козел конечно — но другого выхода в этой ситуации, другого способа гарантированно обеспечить молчание, не смог бы найти и я.

— Черт, кажется, мы и в самом деле это нашли… — швырнув от избытка чувств лопату, я повернулся и… застыл как соляная статуя. Марина, стоя у борта грузовика, держала меня под прицелом своего пистолета…

Когда-то, не так давно, эта стоянка на базе ВВС ЮАР "Вестерплатт" считалась стратегическим объектом, и охранялась ничуть не хуже, чем ядерные объекты в Пелиндабе и Валиндабе. Ну, может чуть похуже. Дело в том, что крупнейшая база ВВС в этой части земли, расположена была ближе всего к ядерным центрам Южно-Африканской республике, и именно здесь дежурили "Читы" и "Буканиры" [15] , способные нести ядерные заряды. Мало кто знал о том, что два самолета со спецбоеприпасами постоянно находились на боевом дежурстве. Теперь все это было уже в прошлом — президент ЮАР Фредерик де Клерк под рукоплескания мирового сообщества уничтожил ядерные силы ЮАР, демонтировал большую часть комплекса по обогащению урана и закрыл ядерную программу ЮАР. Это было не первое и не последнее, что он разрушил в этой стране — но именно это стало самым сильным ударом по обороноспособности ЮАР. Из наиболее промышленно развитых государств, государств первой величины, способных самостоятельно производить ядерное оружие, страна потихоньку скатывалась к уровню государств второго сорта, а там недалеко было и до стран третьего мира. Не всем это нравилось — но никто ничего внятного и не делал. Белая верхушка ЮАР, до этого бывшая, хотя бы на первый взгляд монолитом, сейчас пребывала в растерянности и даже шоке. У белых добропорядочных граждан, африканеров, много лет бывших хозяевами этой страны просто не укладывалось, не могло уложиться в голове то, что сейчас верхушка националистической партии и руководство страны — все белые! — просто так, упрямо и последовательно сдавала страну, рушила все, что создавалось десятилетиями. Рушила в каком-то нездоровом угаре, люди у кормила власти как будто соревновались между собой в том, чтобы сделать как можно хуже и гаже…

Ошарашенные, сбитые с толку происходящим, окруженные почувствовавшими запах крови неграми, белые африканеры просто не знали, что делать. Весь карательный аппарат государства — армия, военная разведка, полиция, все специальные подразделения — все просто взирали на то, как рушат страну. Многие из рядовых и младших офицеров подавали рапорты об отставке, не в силах смотреть на то, что происходит — их удовлетворяли без рассмотрения. Уже тогда из страны потянулся поток беженцев — белых беженцев…

Все протесты африканеров свелись к обычным, вялым митингам с принятием резолюций, которые никому не были нужны. У всех было оружие, нужно было выходить на улицу с автоматами и захватывать власть, нужно было поднимать армию, полицию и спецназ. Как и двумя годами раньше, в другой, намного большей по размерам страны не хватило полковника, который просто бы рявкнул "Вперед"! — и подобрал власть, которая валялась на дороге. Но ни в одной из стран такого полковника не оказалось — обе страны были обречены.

Недавно произошел инцидент, который сломил тех, кто еще во что-то верил, окончательно. На митинг собрались белые, у них не было никакого оружия. Все что они хотели — это высказать свое недовольство действиями правительства, ничего более. Когда собрались — все обратили внимание на необычно большое количество телекамер, собрались десятки репортеров, в том числе иностранных. Но никто не почувствовал опасности — а меж тем намечался спектакль, на котором должно было быть как можно больше зрителей. Намечалась срежиссированная подонками кровавая трагедия…

Митинг уже заканчивался, его участники начали разъезжаться, когда разыгралась трагедия — полицейские непонятно почему открыли огонь по одной из машин. Когда обстрелянная машина остановилась, полицейский офицер — белый! — подошел к машине и добил раненых выстрелами в упор. Все это снимали телекомпании всего мира и все это показали в вечерних новостях на всех каналах. Это окончательно подорвало саму суть белого братства — если белый офицер расстреливает белых же гражданских, причем явно невиновных — значит, никакого белого братства уже нет… [16]

Но сегодня, заброшенные ангары специальной стоянки на базе ВВС Вестерплатт, которые уже начали потихоньку растаскивать, преобразились — они снова стали похожи на самих себя в конце восьмидесятых…

— Вышка передала — самолет заходит на посадку!

Третий поднял голову к небу, вслушивалась в далекий шум моторов, пытаясь разглядеть в непроглядной тьме заходящий на посадку самолет. Ярким пунктиром вспыхнули огни, обозначающие границы взлетно-посадочной полосы…

— Он же разобьется…

— Успокойтесь, доктор Бойс — с легким презрением в голосе отозвался третий — наш друг знает, что делает…

— Я… — ученый не нашел что ответить, бессильно махнул рукой

Самолет они увидели только тогда, когда он пошел на посадку — летел он совершенно без огней, на предельно низкой высоте, не связываясь с диспетчерами и уходя от радаров. Военно-воздушные силы ЮАР, которые никогда не останавливались перед нарушением границ воздушного пространства соседей, составили целые карты с указанием "территорий тьмы" — мест, куда не проходят радарные волны и которыми можно пройти незамеченными. Теперь, в предстоящем деле эта карта была на вес золота…