Чтение онлайн

«От семи с половиной до восьми тысяч, – повторяю прочитанные данные. И, в сердцах хлопнув ладонью по подлокотнику, шепчу: – «Вирджиния»! Это опять проклятая «Вирджиния»!..

Пока мозг анализирует, какой маневр лучше предпринять, руки сами ложатся на штурвал. Я понимаю, что нужно убраться с дороги американца. Но куда?

Шельфовая платформа, подбиравшаяся к здешнему побережью, подходит слишком близко к поверхности океана. Глубина под «Барракудой» всего двести шестьдесят пять метров, и воспользоваться преимуществом крепкого титанового корпуса, способного выдержать давление больших глубин, не получится. Что же делать?

На принятие решения уходит несколько секунд. Плавно отдаю штурвал от себя, затем принимаю в балластные цистерны воду и иду вниз с одновременным отворотом в восточный сектор – в сторону открытого океана. Единственное, что мне приходит в голову – уложить подлодку на дно и, выключив все двигатели, затаиться. Авось не заметят…

– Не иначе как Sound Surveillance Undersea System опять меня засекла, – пробормотал я после того, как умолк едва уловимый гул главного электродвигателя и электромоторов вспомогательных систем. – Чертова «Система подводной разведки и наблюдения»! Чтоб у нее микросхемы сгорели. Или пьяный американский электрик обесточил все побережье…

Я по-прежнему сидел в командирском кресле. Водрузив на голову наушники, слушал шумы предполагаемого противника и горевал по поводу рухнувших планов скорого похода к родным берегам. Было жутко обидно. Ведь «Барракуда» прервала движение и легла на дно всего в четырех милях от точки № 6. Всего какие-то четыре мили отделяли меня от успешного окончания задания и старта последнего этапа – возвращения домой!

С горькой усмешкой на губах оглядываюсь на кровать. Сколько еще придется мять ее постельное белье? Полтора месяца, два или все три?.. А если проклятая «Вирджиния» зависнет надо мной и будет пасти до тех пор, пока в аккумуляторных батареях «Барракуды» не закончится электроэнергия! Что тогда? Как выпутываться? Понятно, что за пару дней до полного истощения батарей я попытаюсь самым малым ходом уйти в восточном направлении. Но американцы не так глупы, как хотелось бы Задорнову. И мне. Они знают, что я буду уходить на восток – подальше от мелководья и от их территориальных вод. Не значит ли это, что я должен поступить нестандартно? К примеру, взять курс точно к берегу? Надо подумать. Надо хорошенько подумать…

Спустя несколько часов напряженного ожидания система зафиксировала новые опасные для «Барракуды» сигналы.

«Внимание, по пеленгу двести восемьдесят обнаружены шумы боевого корабля противника», – пропел милый женский голосок. Причем пропел так, будто сообщал мне о новой постановке Малого театра.

Скривив страшную физиономию, я ввел запрос: «Определить тип корабля». Система выдала:

«Предположительно шумы принадлежат боевому кораблю прибрежной зоны USS Coronado (LCS-4)».

Перед походом я проштудировал кучу материалов по новейшим американским разработкам, но всего в голове, разумеется, удержать не мог. Поэтому тут же обратился к справочному разделу…

…Корпус корабля имеет форму катамарана, с полным водоизмещением более трех тысяч тонн. «Coronado» способен перемещаться со скоростью свыше срока узлов. Концепция LCS-4 подразумевает создание универсального корабля с малой осадкой, объединившего в себе функции патрульного судна, корвета, охотника за подводными лодками, минно-трального корабля, а также десантного средства и транспортной платформы для быстрой перевозки грузов в зонах военных конфликтов. Почти всю кормовую часть занимает просторная вертолетная площадка, встроенный ангар которой рассчитан на базирование двух вертолетов «СиХоук». Сфера применения LCS-4 расширена с помощью наборов сменных модулей (в первую очередь – средств обнаружения), созданных под определенные задачи. На борту LCS-4 возможно базирование различных БПЛА, а также наводных и подводных беспилотных аппаратов. Головной корабль спущен на воду в 2012 году, после чего проходил ходовые испытания. Окончательно принят на вооружение ВМС США в апреле 2014 года…

«Нормально», – только-то и смог я вымолвить после прочтения данных строк.

Еще через несколько часов ситуация ухудшилась – бортовые системы перехвата шумов зафиксировали появление над поверхностью океана вертолетов. В том, что это были за вертолеты – я не сомневался. Разумеется, противолодочные, взлетевшие с палубы новейшего американского катамарана. Не просто же так он появился вблизи «Барракуды»!

Моя малютка лежала на дне и не издавала ни единого звука. Даже я, вышагивая по обитаемому отсеку в специальных войлочных тапочках, старался не производить лишнего шума. Что бы я ни делал: готовил пищу, валялся на кровати, проверял бортовые системы или смотрел любимые фильмы – все это происходило в абсолютной тишине.

Большую часть времени на моей голове болтаются наушники. Громкость системы оповещения я отключил, а ее сигналы принимает антенна наушников. К большому сожалению, сигналы поступают гораздо чаще, чем хотелось бы.

«Внимание, боевой корабль прибрежной зоны USS Coronado (LCS-4) сменил позицию и движется курсом двести сорок…» – информирует «мадам».

Я молча проглатываю информацию.

«Внимание, подводная лодка типа «Вирджиния» смещается к северу со скоростью два с половиной узла…»

Вздыхаю, застыв посреди отсека с чашкой кофе.

«Внимание, два противолодочных вертолета зависли над поверхностью в пяти милях к юго-востоку…»

Перевернувшись на другой бок, представляю, как из вертолетного чрева опускается в воду гидроакустическая станция, а штурман-оператор готовится вслушиваться в шумы моря. Пусть слушает. У него такая служба. Черта он морского скорее услышит, чем мою «Барракуду»! Другой вопрос: сколько мне придется сидеть в титановом гробу, соблюдая режим полной тишины? Сидеть всего в четырех милях от последнего, шестого ядерного заряда! Сидеть и… бездействовать.

Атлантический океан; залив Мэн; борт подводной лодки сверхмалого класса «Барракуда» – точка № 6.Настоящее время

После двух суток безделья я решился на отчаянный шаг. Точнее – на полное безрассудство.

«А что, если напялить костюм, прихватить нужное снаряжение и рвануть к шестому заряду «пешком»? – я уселся на кровати, свесив босые ноги.

Идея была глупая. Но смелая и красивая. Почему бы нет? – задал я вопрос в пустоту, когда окончательно проснулся, умылся и колдовал над приготовлением завтрака. Мозг соображал отлично, сознание прояснилось, и мне было под силу трезво обдумать пришедшую идею.

Безумной и отчаянной она могла показаться лишь тому, кто не знал моего прошлого. Наверное, если бы ранее – во времена службы во «Фрегате» – мы не практиковали марафонских заплывов, то я отогнал бы прочь эту мысль. Но иной раз нам приходилось «марафонить» отнюдь не по четыре мили, а гораздо дальше. И дольше. Физическую форму для подобного заплыва я понемногу набрал. Терпения и других необходимых качеств у меня также хватало. В предстоящем выходе в «открытый космос» меня беспокоило другое.

«Получится сразу отыскать точку № 6? – уложив затылок на подголовник кресла, я прикрыл глаза. – На такой приличной дистанции из-за сильного течения довольно просто отклониться от курса и выскочить в стороне на полмили. А то и на целую милю. И ищи потом этот чертов заряд! На панель с ее стометровым радиусом обзора в данном случае рассчитывать не приходится…

В общем, подумать было над чем. На кону стояли успешное завершение операции и моя жизнь – ни больше, ни меньше. Поэтому оставшееся до наступления темноты время я взвешивал все «за» и «против».