Чтение онлайн

настоящее время, скорость и маршрут загружены в память транспортов – они сами все сделают, но

вы должны их контролировать. Дальше – самым сложным будет границу перейти и до штаба

добраться. Крысы не смогут попасть на подземные автономные объекты, и информации о постах и

патрулях в слепых зонах у нас не будет.

– Город под наблюдением…

– Да – постоянное наблюдение, но все камеры и сенсоры относятся непосредственно к мозгу

тех объектов, на которых установлены. Это автономные системы. Центр может получить к ним

прямой доступ только по распоряжению командования. Сейчас за городом наблюдают разведчики и

орбитальные спутники. Центральный компьютер может контролировать практически все только

под руководством людей или, получив на это указания. Его основная функция – ведение боевых

действий и контроль особо важных и секретных объектов. Именно в этой задаче и произошел

244

пересмотр, и именно этим он сейчас и занят. Во всем остальном для центрального мозга, как и для

боевых машин AVRG, – законы AVRG непреложны. С автономных объектов Центр может получать

информацию с постов, контролирующих эти системы. Но доступ ограничен. Объект докладывает

только о нарушениях и внедрениях в системные данные.

– На объектах, защищенных полосами контроля, установлены стандартные системы

наблюдения…

– Да, так. Полосы контроля не подключены к поиску – идентификацию они проводят при

запросе на допуск. Но при вхождении в зону восприятия нас опознают – с замедлением, но

опознают. Этого мы будем избегать, как и пересечений с постами. Первая идентификационная

полоса – вход в штаб Ивартэна, вторая – вход в центр управления. Штаб нас пропустит. Как только

первая полоса контроля откроется, “защитник” поднимется на крышу. Вы прикрывать будете –

информация о сбое пойдет на ближайший пост, и пришлют машины на проверку. “Техники”

особой опасности не представляют, боевых андроидов будет не больше десяти – в зданиях тяжелую

технику редко используют, будут легкие андроиды. Я вам схемы расположения пропишу, все

позиции обозначу.

Переслал им план штаба, схемы расположения… Они только молча наклонили головы – у

андроидов есть похожий знак согласия… D40 перепроверяет программы транспортов… Все готово.

Крысы-дозорные – расставлены. Время идет.

– Теперь то, что непосредственно крыс касается. Чтобы давки не было, крысы всегда идут слева

от нас. Как только на землю поднимемся, крысы разобьются по взводам. К штабу подходить будут

частями, рассредоточенно – никакой системы, никакой кучности. “Носитель” с ошейником,

настроенным на первую идентификационную полосу, подключится, подойдя к штабу на пятьсот

метров. Когда идентификационная полоса даст сбой и начнет перезагрузку, я получу доступ на

прямом управлении, и она откроется. Делать все нужно на пределе скорости. Если будет

промедление, вторая полоса заблокируется, а первая успеет перезагрузиться – тогда мы останемся

между ними. Сами полосы как таковые не видны. На полу подсвечивается желтая линия – по ней и

ориентируйтесь. Дальше откроется центр управления.

– Истребители поднимутся, когда получат информацию о сбое центрального компьютера…

– Да. Они могут и с воздуха по штабу ударить. Штаб – Центр, но центральный компьютер

может перейти на резервные копии. Если что-то не так пойдет, и центральный мозг перейдет на

резервы, мы его потеряем.

– Резервных компьютеров много?

– Было много. Осталось не больше пяти. Центр блокировал все компьютеры, с которыми был

связан на территориях, которые считал захваченными. В Шаттенберге тоже были резервные

компьютеры – центральный мозг стер их память и заблокировал связь. Так со всеми нашими

базами. Резервы у Центра остались только на территориях Ивартэна.

– Через резервный мозг можно завершить задачу?

– Нет. Нужен доступ к действующему Центру – нам его не дадут. Нас не идентифицируют.

Чтобы войти в систему, нам нужно вырубить центральный компьютер – перевести его на

бессознательный уровень функционирования.

– Тогда он не сможет перейти на резерв…

– Верно. Он перезагрузится на своей базе, если его не уничтожат, сочтя захваченным. Тогда

резервы автоматически возьмут на себя его функции. Также у Центра есть своя командная сеть – он

может рассыпаться по ней, если будут проблемы с резервными копиями. Поэтому еще раз говорю –

все должно быть сделано очень быстро и чисто. Если кто-нибудь что-нибудь заподозрит, начнет

проверять, то шансов у нас не будет. Если информация о захвате пойдет по сети, то вся

управляемая Центром техника заблокируется от него и перейдет под командование резерва, на

который перейдет Центр. Теперь дальше – про истребителей, про “медведей”… “Защитник”

возьмет их на себя. Только он может что-то сделать.

– Он может разбить их лучи?

– Да. Это наша последняя разработка – единственная модель легкого андроида, оснащенная на

все случаи жизни. Да, еще… Мы все рассчитаем, но могут быть и сбои. Их внимание может

245

привлечь что угодно – могут заметить места концентрации крыс и обнаружить систему в их

действиях. Мы избегаем этого, но это неопределяемый фактор. Оружие применять будем, когда не

будет возможности его не применять. Наша цель – остаться необнаруженными. Если вступим в

бой, единственным нашим оружием будет скорость реакций. Теперь ждем. Потом будете идти за

мной.

– Это практически неисполнимо, Фридрих Айнер.

– Если исполнимо теоретически, значит, сделаем.

В машинном отсеке кишат крысы – их здесь пара тысяч, если не больше. Бледные уселись на

пол – не кругом, а вдоль стен, как наши штурмовики после проведения операции. Я уже знаю, что