Чтение онлайн

Но героическая гибель ушастых товарищей, никого не сломила, наоборот - подняла боевой дух на небывалую высоту. Прорехи в строю мгновенно заполнились новыми агрессивно настроенными косарями. Уши у них стояли торчком, а глаза зловеще полыхали красным пламенем.

Честно скажу, в этот момент я тихо радовался, что дышу в бункере вековой пылью, а не наслаждаюсь наверху пряным запахом свежескошенной травы. Но насладиться полнотой нежданно свалившегося счастья мне не дала Кейси. Она вдруг стала негромко напевать очень старый, затерянный на задворках памяти мотив. Нет, вы подумайте, не шьет, не стирает, не вяжет, еще и поет!

– Самое время для песен. – сказал я, - Поднимают настроение, укрепляют боевой дух. А он нам скоро пригодится…

– Это песня югославских партизан. – сообщила Кейси, не отрывая глаз от блюда. – Мне дедушка часто пел ее перед сном.

– А дедушка у нас кто? Отставной генерал? – спросил я.

– Нет, простой капитан. Капитан Мэллори. Знаменитый австралийский альпинист. – Кейси сделала вид, что не заметила моего сарказма.

– Разве австралийцы воевали в Югославии? – удивился я.

– Ну, за всех австралийцев поручиться не могу, но один воевал точно – во Вторую Мировую. И звали его Кейт Меллори. – в голосе моей невесты слышалась ничем неприкрытая гордость. – Он сначала у греков на острове Наварон взорвал неприступную немецкую крепость с большими пушками. Потом еще кое-что по мелочи, но уже в Югославии. Там он у партизан этой песенке и научился, а потом пел мне ее вместо колыбельной. – На грязных щеках моей невесты появились две извилистые дорожки.

Не знаю как на вас, а на меня женские слезы действуют плохо, нервируют, раздражают и отвлекает от выполнения поставленной задачи. Да и частые всхлипывания могут выдать месторасположение боевого соединения. Все учебники по выживанию в критических ситуациях советуют женщину в этот момент чем-то отвлечь, или, опять, на худой конец, съездить ей по физиономии. Ну, бить невесту по лицу аморально, да и небезопасно, поэтому я решил воспользоваться советом номер один.

– Кейси, милая, - сказал я, слегка (слегка!) обняв ее за плечи. – Ты не представляешь, как я люблю песни югославских партизан, еще с детства. Их так душевно напевала перед сном наша воспитательница в детском саду…

Как говориться, настоящего артиста два раза просить не надо, Кейси решила не опровергать эту аксиому и запела сразу. Слова этой простой и незатейливой героической песенки навсегда остались в моей и без того перегруженной боевыми воспоминаниями памяти. Там пелось о славном маршале Тито, его верных товарищах, которые не боятся ни ада, ни рая и шагают вперед крепко сжимая кулаки.

Пока она пела, я внимательно всматривался в блюдо. Там все было без изменений, рыцари стреляли, а кролики свирепели и шли вперед, как танки Гудериана на Москву. А Кейси продолжала вокальные упражнения, блеснув знанием еще куплета.

Можно только порадоваться, что в Югославии жили когда-то такие смелые и бесстрашные партизаны умевшие слагать героические песни..

И в этот момент земля вздрогнула. Не просто вздрогнула – содрогнулась, не дав Кейси исполнить еще один куплет. Да она и не пыталась. Согласитесь, трудно петь героическую песню лежа на полу в облаке пыли. Блюдо с грохотом рухнуло с лавки. С потолка посыпались дохлые пауки. Яблоко очень больно стукнуло меня по ноге. Пыль поднялась такая, что видимость упала до нуля. Сквозь пыльную мглу испуганно мигал шарик молнии. Я с радостью понял, что взорвалась не она. А что? Что могло вызвать природный катаклизм такой силы?

Я вытащил из кармана бутылку с ифритом и встряхнул ее. Ифрит не стал комментировать мои догадки, лишь пробормотав «В Хиросиме было похуже», затонировал стекло бутылки в черноту и стал временно недоступен. Отчихавшись и очухавшись, я нашел блюдо, а покрытая пылью как пудрой Кейси протянула мне чугунное яблоко. (Когда все закончится, сдам его в лабораторию магических артефактов – для опытов) И картинка пошла.

В первый раз я увидел боевого джинна в действии. В том, что это был он, не было никакого сомнения. Посреди поляны возвышались руины циклопических размеров дворца, похоронившие под собой почти всю армию кроликов. В ярком лунном свете картина была просто фантастическая. Разбросанные по траве скрученные в штопор косы, дрожащие в агонии уши, лапы и хвосты. И стоящие рядом изумленные, ошеломленные рыцари, очевидно до сих пор не понявшие , что это они такое натворили.

Все.
– подумал я, - Конец игры. Или как говорят на исторической родине моей невесты: «Гей помер». Наши победили на своем поле с сухим счетом. Конец спектакля. Граждане не создавайте давки у раздевалки!

Но как я сильно ошибался!

В это день удача не просто отвернулась от рыцарей, а показала им украшенную надписью «Покидая этот мир, не забудьте выключить свет!» спину.

Из руин и завалов стали вылезать контуженные, оглушенные, перепачканные в битом кирпиче и штукатурке кролики. Несколько секунд они стояли, недоуменно поводя ушами, отплевываясь выбитыми зубами, кирпичной крошкой и кусками арматуры, а потом отряхивались, поднимали и распрямляли разбросанные по траве косы. Рыцари не растерялись и, выхватив из ножен, сверкнувшие голубым светом, заговоренные мечи принялись рубить кроликов в капусту… Но с каждой минутой поголовье кроликов стремительно увеличивалось. Они что там, в развалинах, плодятся что ли?

Доблестные сэры уже физически не успевали рубить всех появляющихся монстров и в ход пошли автоматы. Но патроны скоро кончились. А кролики все вылуплялись и вылуплялись неизвестно откуда! Вскоре они снова построились в шеренги и организованно двинули вперед с левой лапы.

Как вы считаете, можно воевать с сенокосилкой? Я думаю, что без гранатомета, или пушки, с ней воевать бесполезно. Пока тарахтит мотор трактора, выбрасывая в небо клубы черного дыма, пока катятся старые латанные перелатанные колеса, можете бросаться на нее сколько угодно с топором, мечем, алебардой, секирой, дубиной, палицей, она этого даже и не заметит. Я подозреваю, что зайцы были именно такой сенокосилкой – только без трактора.

Несчастные феодалы поняли бесполезность своих попыток и дрогнули, вернее сказать побежали. Этот бег очень напомнил сцену из фильма об экологически озабоченном псе Барбосе, только в ночном варианте. Но на этот раз ушастые гады, не ограничились маршем по пересеченной местности, а выделили из своих стройных рядов группу захвата. Рослые головорезы, размером с молодого шерстистого носорога, встав на четыре лапы, закинув косы за спину, и оскаливторчащие на десять сантиметров вперед клыки огромными прыжками стали догонять запыхавшихся от непосильной нагрузкирыцарей.

Не знаю, есть в Зазеркалье военные академии, готовящие местный командный состав, или здешние полководцы проходят науку побеждать, без отрыва от домашних пирожков, изучая за одно курс дворцовых интриг и основные правила прикладного ядоизготовления. Но явно нигде, ни дома, ни на службе их точно не заставлял бегать многокилометровые кроссы с полной латной нагрузкой. А иначе они бы так быстро не выдохлись.

Как всем известно, русские своих в бою не бросают, не кидают и не пробрасывают. Не бросают они не только своих, но и чужих, конечно из соображений глубокого гуманизма, а не каких-то своих меркантильных интересов. Если мы не хотели стать свидетелями сцены торжества дикой природы над человеческим разумом, пора было вмешаться и сказать пару реплик в финале затянувшегося спектакля.

Я вытащил бутылку, разбудил джинна и, посоветовав ему приготовить документацию на создание циклопических сооружений, посадил Кейси на плечи. Но, увидев прислоненную к стене лестницу, опустил американку на землю. (Хватит янки ездить на нашей шее!) Готов поклясться пять минут назад лестницы там не было! Но удивляться этому я не стал, а, вставив ее в специальные упоры у крышки люка, поднялся наверх.

Крышка открылась легко, без скрипа заржавленных петель и скрежета старых замков! И что это, если не издевательство над простым российским прапорщиком?