Последний экзамен колдуна
Шрифт:
Впрочем, девушки и так повеселились, обиженными не выглядели, а ведь им еще одевание Финеллы предстояло, для чего я полностью отдал им на откуп дом Вилкоксов. Сам прихватил саквояж с коробкой и поехал к Гарри. Войти мне, конечно же, никто не препятствовал.
Первое, что бросилось мне в глаза — чистый и влажный пол в холле. Кастет справился с непривычной работой.
— Гарри, — заорал я.
— Не ори, — ответили мне криком из-за закрытой двери, где чародей творил свою магию. — Скоро буду.
На шум явился Кастет. Мой наряд его впечатлил, он даже вытянулся как подобает хорошему слуге, но долго это не продлилось. Да и слова все испортили.
— Вот это, мать его, тряпки! То есть, вот это тряпки, сэр.
— Не паясничай, — сказал я. — Ты, смотрю, справился.
— Одна комната всего, — пожаловался Спарроу. — А устал, будто вагоны всю ночь разгружал.
— Не все сразу, пошли на кухню.
Кухня все еще была грязной, так что вычищенная посуда на общем фоне сверкала особенно ярко. Мы успели заварить шиповник до прихода Гарри. Опять я забыл нормального чаю купить.
— С чего так вырядился? — вместо привета спросил чародей.
— Вечером иду в «Золотую слезу».
— Что за хрень?
— Клуб для богатых и влиятельных. По словам одного викария, настоящий рассадник греха.
— Я по злачным местам тебе не советчик.
— Я к тебе по другому вопросу. Встречался с Августом Фейрберном. Он помирится хочет.
— Я еще не спятил, — фыркнул Гарри. — Верить этой змеюке — себе дороже.
— Тут ты прав. Вот, смотри. — Я достал дневник, открыл на формулах и передал Гарри. — Он тебе подарок хотел передать.
— Т-так… — забеспокоился чародей. — Судя по тому, что мы еще живы, тебе хватило ума оставить эту хрень в другом месте.
— Отправил в полицию с запиской. С собой только коробочку со «следом» взял.
— Быстро сюда! — крикнул Гарри.
Я перепугался, быстро открыл саквояж и бросил ему коробку, что тут же зависла в воздухе под телекинезом Гарри. Через несколько напряженных минут он швырнул ее в печку и облегченно выдохнул.
— Это было глупо, — сказал он.
— Я ее осмотрел. Под мазью.
— Фигня твоя мазь. Если постараться, можно руны так нанести, что ничего не заметишь. Считай повезло, но больше никакой дряни ко мне не неси.
— Я просто хотел заставить его нервничать.
— Это не всегда хорошо, — сказал Гарри. — Загнанная в угол крыса бросается на кота. По себе знаю. Бывал в этой роли. А в общем… Спасибо. Спасибо, что не продал. Он небось золотые горы предлагал.
— Да жмот он. Триста фунтов всего дал.
Притихший в углу Кастет поперхнулся чаем.
— Привыкай, — сказал Гарри. — Тебе тоже предлагать будут.
— Кстати насчет денег, — сказал я чародею. — Есть амулеты на продажу? Сумку с зельями в клуб не возьмешь, нужна замена. Да и с меткой что-то сделать бы. Не хочу внимание привлекать. Там же толпа хищников будет. Мы с дедом небольшой амулет сделали, но он долго не держит.
— Покаж, — потребовал Гарри.
Я показал, рассказал принцип и расписал формулы, после чего чародей обозвал жетон топорной работой. А мы ведь на него пару месяцев потратили!
— Пара заготовок у меня имеется, могу что-то придумать на скорую руку. Но сначала боевые. Я так понимаю, больше всего ты опасаешься вампиров?
Я кивнул.
— Вампиры… Незаметность, коварство, удар в спину. Пошли посмотрим. Ты тоже пригодишься, — указал чародей на Кастета. — Только прихвати карабин, что вы вчера притащили.
Карабин использовали для стрельбы… по мне. Гарри учил пользоваться новыми запонками и кольцом. Нормальная в общем практика, да и Кастет целился по ногам, но костюм я на всякий случай снял. Живую ткань срастить легче, чем мертвую.
Кольцо с идеальным квадратом пирита имело еще и спрятанный внутри христопаз. Стихия металла на эфирной основе создавала в воздухе прозрачную пуленепробиваемую стену. Это колечко было на голову выше тех, что делали мастера клана и гораздо экономнее расходовало энергию. При этом оно не было однозарядным как мое с каменной кожей. После пяти выстрелов Энфилда заряд просел всего на десятую часть. Но это пока Кастет лупил под углом. От выстрелов в лоб энергия тратилась быстрее, поэтому Гарри рекомендовал всегда держать стену под углом. Чародей предусмотрел возможность легко менять ее положение легкими движениями пальцев и воли.
— Теперь запонки, — сказал Гарри. — Они трехсоставные: эфир, кровь, земля. Работают автономно. Активируются в полуметре от тела. Чем ближе — тем меньше расход. Полностью истощатся за трое суток. Угадаешь с настройкой?
Я взял шестиугольные запонки в руку. В каждой имелось по три крохотных накопителя треугольной формы: нефрит-эфир, оникс-земля и кровь-аквамарин.
— Кровь, — вздохнул я. — Ты на нее все завязал. Будь добр.
Я протянул Гарри указательный палец. Чародей усмехнулся и провел по подушечке своим узловатым, от чего быстро появился порез и набухла капля крови. Я оставил кровавый отпечаток на камнях, но на нефрите с аквамарином она тут же исчезла, а вот оникс пришлось вытирать.
Я почувствовал, как формируется невидимая связь между мной и этими безделушками. Словно второе дыхание, к которому я всегда могу потянуться.
— Первый удар они смягчат, но кровь лучше тянуть самому, чтобы перерасхода не было. — Готов? — спросил Гарри.
— Давай, — подтвердил я.
Чародей ударил, как кошка лапой, прошелся по моей ноге ногтями и любимым телекинезом, оставив на ней четыре кривых, глубоких раны. Сила крови хлынула в мое тело, потянулась к ноге и стала ее заполнять. Рана стала медленно затягиваться, но стоило мне сосредоточиться, перехватить поток силы и направить его в один порез и тот затянулся практически мгновенно, оставив после себя розовый шрам.
— Перекрывай ток! — скомандовал Гарри. — У тебя и так сырой силы в теле полно!
Действительно, сила слепо лилась в тело, текла к ранам. Я не сразу нащупал тот невидимый кран, что перекрывал этот поток. Держать его закрытым и попутно исцелять себя той энергией, что бушевала в теле оказалось не так просто. Тем более, что она быстро выветривалась из тела. Мне так и не хватило, чтобы затянуть последний порез.
— Плохо, — комментировал Гарри, и закрыл порез очередным взмахом руки. — Контроль ни к черту. Пошли покажешь, как ты руну в печати выжигаешь.
В зал, где он колдовал, чародей меня не пустил, но энергия земли толчками вырывалась за дверь и этого было достаточно. Я привычно погрузился в себя, нащупал в печати подгоревшую руну и начал вливать в нее силу.
— Ну понятно, сразу видно школу перевертышей. Парень, ты не энергоузел развиваешь, который надо накачать до отказа. Не нужно обрушивать на руну поток, заставь ее впитывать. Смотри.
Чужая воля грубо ворвалась в мой внутренний мир, одно касание и руна окраса земли запылала так, что мне стало дурно.