Чтение онлайн

Артур внимательней всмотрелся в темноту, но в ней не было никакого движения, и когда он понял, что нужно не смотреть, а слушать, было уже поздно.

Шорох мелкого гравия раздался у него за спиной. Артур обернулся.

Огромная, почти трехметровая, фигура четко различалась на фоне облачного неба. Массивные ноги, загнутые назад, как у кузнечика, переходили в диспропорционально худое тело, значительно расширяющееся к плечам, а длинные лапы свисали до самой земли. Голова чудовища была большой и сильно выдавалась вперед. Судя по положению тела, тварь готовилась к прыжку.

На раздумья не оставалось времени. Артур вскинул пистолет и выстрелил. Грохот разлетелся вокруг, подхваченный эхом, а вслед за ним раздался звон. Пуля, выбив искру, отскочила от головы чудовища.

Артур успел лишь выругаться до того, как этот кузнечик-переросток ринулся на него. Первый удар получился смазанным — хищник не ожидал от своей жертвы особой прыти, и Артур, перекатившись в сторону, вновь наставил пистолет на тварь — на этот раз в область брюшины. Он не успел выстрелить. Монстр наотмашь ударил его тыльной стороной своей лапы. От сильного удара пистолет вылетел из руки Артура, и ему пришлось отскочить назад.

Кузнечик развернулся к жертве, но атаковать почему-то не спешил.

Облака рассеялись, и Артур, медленно двигавшийся в сторону своего пистолета, смог лучше рассмотреть противника. Голова чудовища была вытянута, подобно крокодильей, но морды на ней попросту не было — всю переднюю часть головы скрывала стальная пластина. Прямо из-под нее торчали острые на вид клыки, а между ними приютился большой красный язык. Артур не мог поверить своим глазам, но на твари были одежда и даже какие-то элементы брони.

— Ты что, разумный? — спросил Артур.

Кузнечик ему не ответил. Он вновь кинулся на противника, и тот попытался, как в прошлый раз, кувырком уйти от атаки. Не удалось. Монстр предугадал его движение и, на ходу оттолкнувшись ногой от камня, набросился на Артура. Тот повалился в грязную лужу, а монстр оказался прямо над ним. На этот раз он один за другим наносил резкие хлесткие удары. И один за другим Артур отводил эти удары руками. Не сдаваясь, тварь разинула пасть, чтобы клыками вцепиться в лицо Артура. В этот же момент человек что было силы ударил ногой. Удар пришелся как раз в область паха.

Тварь дико взвыла.

— Так у нас тут мальчик! — обрадовался Артур и нанес окованным кулаком мощный удар в открытое горло Кузнечика. Затем он подтянул ноги к себе и, упершись в тело монстра, безвольно нависшее над ним, оттолкнул его от себя.

Кузнечик повалился на спину. Артур, не теряя времени, вскочил на ноги и, схватив с земли пистолет, направился к противнику. Ударом сапога в челюсть он вырубил монстра и не дал ему вновь подняться с земли. Кузнечик разинул пасть, чтобы зарычать на него, но Артур, воспользовавшись этой возможностью, запихнул пистолет ему в рот. Ствол уперся твари в нёбо, а рукоять револьвера — в нижнюю челюсть. Артур взвел курок.

— Стойте! Пожалуйста, не надо! — крикнул кто-то за спиной. Голос принадлежал явно немолодому мужчине.

Артур промедлил лишь на секунду, но этой секунды Кузнечику хватило, чтобы оклематься. Одним, казалось бы, легким ударом он отправил Артура в полет, который секунду спустя закончился столкновением с глыбой камня. От дикой боли, пронзившей грудь, человек сел на землю, из его легких будто выбили весь воздух. Силы в этом существе было в разы больше, чем Артур мог подумать. Он увидел, как Кузнечик вскочил на ноги и выпустил когти. Все это время чудовище с ним играло, понял Артур. А вот сейчас игры кончились.

— Я сказал, стойте! — В стариковском голосе послышались властные нотки. — Питер! Хватит!

Кузнечик послушался. Он остановился, слегка присел, прижал к себе руки и наклонил голову, сделав виноватый вид.

— Вот-вот! Пусть только шелохнется, — крикнула Гайка с другой стороны, — и я его изрешечу!

— Мисс, послушайте! Не нужно насилия! — умолял старик. Он был невысок ростом, коренаст, но, кроме этого и еще его белой аккуратной бороды, ничего не удавалось различить. То ли темнота, то ли звезды, летающие перед глазами, мешали сфокусировать взгляд.

— Что это за чертова штука? Как вы ей управляете? Зачем вы напали на нас? — сыпала вопросами Гайка.

— Это не «штука», это мой сын. Я им не управляю, он сам меня слушается. — В голосе мужчины послышались холодные нотки и чертовски знакомый Артуру акцент. — Он охотится в этих скалах по ночам, и вы можете поверить моему слову, он не напал бы на человека первым. Ни при каких обстоятельствах.

— Артур, что случилось? — спросила Гайка теперь уже у него.

— Все так, — прокряхтел Артур. — Я первый на него напал.

— Артур? — вдруг ни с того ни с сего переспросил мужчина и сделал несколько шагов в его сторону. — Артур Джерард?

— Кто ты такой и откуда ты меня знаешь? — нахмурился мужчина и предпринял безуспешную попытку встать.

— Разве ты не узнаешь меня, приятель? — проговорил незнакомец, подходя ближе.

Артур проморгался. Он просто не мог поверить своим глазам.

— Фердинанд Берг! — воскликнул удивленно. — Но ты же — старик!

— Спасибо, что заметил. Мы и дальше будем тут угрожать друг другу оружием и констатировать очевидные факты или пойдем в дом пить чай? — Берг в привычной для него манере саркастически поднял бровь.

— До-о-о-ом, — неожиданно провыл Кузнечик, выковыривая из зубов револьвер.

…Когда прошлой ночью Гайка проснулась от звука выстрела и побежала спасать Артура, ей и в голову не могло прийти, что крупный мужчина, вооруженный огнестрельным оружием и облаченный в прочную броню, способен сам о себе позаботиться. В конце концов, она лишь убедилась, что была права.

Лагерь быстро свернули и все вещи перенесли в жилище Берга, которого Гайка все же узнала по дороге — тот был частым гостем ее отца. Он покупал оборудование, которое другие даже не знали, как использовать. Гайку до глубины души удивляло, что они с Артуром так хорошо знакомы и что, несмотря на разницу в возрасте, ведут себя как закадычные друзья.

Особенно ее поразил фривольный и довольно грубый комментарий Артура насчет Питера, или, как выражался ее спутник, Кузнечика.

— Знаешь, Берг, — сказал Артур, наблюдая за Кузнечиком издалека, — я всегда знал, что тебе нравятся крупные женщины, но это… уже перебор.

Берг, которому, наверное, следовало бы обидеться на такое, лишь рассмеялся в ответ и сказал что-то вроде: «Но твой выбор я все равно одобряю».

Гайка не совсем понимала, как такое возможно, чтобы человек считал своим сыном чудище вроде этого Кузнечика. Но потом ей пришла на ум старая поговорка: «Представь сегодня любой кошмар, и завтра ты встретишь его в пустоши».