Чтение онлайн

– Таже чтоб поминки побогаче с государства нашего Московского слали, кажный царь Крымский как на престол сядет, за присыл тот воюет, дабы по старине, по ордынскому выходу получать. У Казы-Кирея того, уж почитай второй год посол наш сидит, рядится-

– Точно ли ты знаешь, Афанасий сын Петров?-

– Да поди, сам у татаровей поспрошай на Крымском двору, али ещё где у полоняников - обиделся ветеран.

– Что же татары делают на том двору-то?-

– Вестимо чего, окупу аль обмену ждут, в немирное время там завсегда государев полон держат.

– А ещё где полон есть?-

– Царёв-то за приставами, а что ратники имали, то и на Ивановской сыскать можно, у Холопьего приказа-

– Пойдем, глянем?-

– А порушенья чести не будет твово у торжища-то колобродить?-

Пришлось по этому поводу вступить в переговоры с Жданом, на поход по центральной площади он согласился, но с непременным моим верховым выездом и с изрядным сопровождением.

Ивановская площадь, несмотря на послеобеденное время, была полна народу. У здания Холопьева приказа пожилой стрелец яростно торговался с подьчим о размере вознаграждения за составление записи, рядом стоял, пытаясь выглядеть каменным памятником, невысокий черноволосый паренек в цветастых куртке и шароварах.

– Здрав будь, служивый - поздоровался ушлый рязанец- Самолично сего молодца пленил?

– И тебе здравия - ответил краснокафтанный воин - как звать-величать вас, чьи людишки будете?

После последующего взаимного представления Афанасий переспросил о пленном, где, мол, добыт.

– У вяземского сына боярского, жильца московского, сторговал. Тот их целый выводок во языцех поял. На службу его отправляют на свейскую войну, а до поместья неблизко, вот и раздаёт их за мылый окуп, с паршивой овцы хучь ярины клок.

– А векую тебе холоп-то полонный, еда ли поместьем владеешь ?

– Не, в лавке сидеть некому, сыновей Бог не дал, жена стара, а две дочки на выданье, опасливо их на торгу оставлять. Шорным товаром пробавляемся, люди-то разные приходют. Татарчонок, по нашему мал-мала разумеет, счёт хитрый ведает, да в товаре должон понимание иметь.

Пограничник перекинулся с пленным несколькими фразами на татарском.

– Ишь ты, не из крымцев, из черкес купля твоя, а можа он православной веры? А ты его с торга аки барана тащишь?

– Ты что ж молвишь этакое, нет на ём креста, первым делом глянули

– Мню я, друже, тащишь ты козла в огород - продолжал терзать стрельца Бакшеев.

– Почто так ?

– Дык ево-то, знамо дело, татаровям головой выдали за вину какую немалую, вестимо, девку в родном юрте спортил. От твоих-то дочек не отженить такого молодца будет.

– Мал он вроде для того дела летами, да и возрастом невелик.

– Хе, мал, ты порты с его сними, да на михирь глянь, он, поди, весь в корень ушел.

– Тьфу, охальник - осерчал солдат-лавочник, но на своё приобретение стал уже поглядывать с опаской.

– Да не серчай, служивый - продолжал лить масло в огонь Афанасий - чей бы ни был бычок, теляти твои будут.

– Обрюхатит, повенчаем - начал искать выход из ситуации, уже поверивший хитрецу царский стрелок.

– Как же обряд-то проведешь, он ить веры поганой али бесерменской-

– Окрестим, знамо дело-

– Ну а черкешонок твой креститься не возжелает? Силком-то заповедано-

– Ежели насильством нельзя, то лаской уговорим - насупленный стрелец, показал изрядных размеров кулак.

– Эх, не обдумал ты куплю, будет тебе заместо облегченья одна туга - не стыдился сочувствовать Бакшеев - умно было б выждать, да как на свеев в рать пошлют, там то по случаю и обзавестись немцем, або литвином, они уж посмирнее. Много ль серебра дал за огольца этаково ?-

– Почитай шесть рублёв, да двадцать алтын с деньгой-

– Справно же ты годовое государево жалованье-то растратил - завздыхал тароватый рязанский дворянин, и, приблизившись к незадачливому рабовладельцу, зашептал - Могу упросить княжича твово холопа взять на себя, он тебе убыток то возместит, да, пожалуй, и приварку алтын пять накинет. У него, на Угличе, холопей-то в строгости держат, не забалует-

– Уж пожалуй, сделай милость-

Бакшеев повернувшись ко мне, подмигнул и, придав голосу умоляющую интонацию, заныл - Господине, выкупи отрока сего у достойного мужа, стрельца московского, он нам в конюхах зело полезен будет-

Стараясь не выдать мимикой эмоции от такого весёлого передела собственности, распорядился Ждану отдать денег. Тот искренне не понимал, зачем платить за дикого степняка такую прорву денег, но перечить не стал и пошел с обрадованным солдатом к нашему двору, подьячему без торга была обещана его плата и он стал составлять грамоту на полоняника. Раздевать пленника для осмотра особых примет мы не стали, чем вызвали недоумение у приказного канцеляриста:

– А ежели сбежит, без писаных отметин розыск учинить невмочно будет-

– У нас далеко не убежишь - развеял его сомнения Афанасий.

Глава 15

По завершении бюрократической процедуры, наша кавалькада тронулась с площади. Свежеприобретенный живой товар вступил в дискуссию с ветераном- пограничником, владеющим, кажется, всеми наречиями южной степи. Из сумбурного диалога были чётко различимы лишь отдельные слова - аталык, бесленей, мурза, эмильдаш.

– Просит черкес брата его молочного из полона у простого человека выкупить. Сулит окуп богатый, молвит-де из мурзинского рода - сообщил мне результат общения бывалый рязанец.

– Да есть ли смысл в том деле - поинтересовался я.

– Корысть завсегда найти можно, да коль правда татарчонок родовитым окажется, то акромя серебра и знание какое извлечь можно-

– Как же, ты говорил за брата просит, он черкес, тот татарин, может, врет всё?-

– Векую ли ему лжу творить? Свои очами все увидим, он баит, тут недалече. Да и черкес то наш малой сам непростого чина, молвит - орк он-

– Кто?-

– Уорк-

– Это кто такие?-

– Да уздени то, как у нас московские дворяне, панцырная дружина князей их. Они ж в горах каменных проживают-

– Кто в горах живет?-

– Да орки, прямо ж сказываю-

Полный сюр, орки тут у них по горам бродят. Какой-то это совсем странный мир или затянувшаяся галлюцинация. Альтернатива была грустной, и мне было проще верить в дикие загибы этой реальности. С такими-то невеселыми мыслями мы и отправились на указанный пленником двор, который находился в Занеглименьи на Орбате. Находящаяся за кремлем и мостом через реку улица была богатой, с двух и трехэтажными усадьбами. Нужное нам подворье помещалось в проулке, и было явно не боярским.