Чтение онлайн

— Что же ты узнал? — одними губами прошептал Касаткин. — Что должно произойти?

— Произойдет то, что должно. Скажу — и все рухнет.

Тут адмирал понял, что больше не имеет никаких рычагов давления на Синака. Этот человек, стоящий сейчас перед ним, либо свихнулся окончательно, либо действительно что-то знает и может существенно повлиять на ход истории. Ох, неспроста он уничтожил данные с капсулы номер три, не просто так навязался в этот полет. Сам полез в эту авантюру, выбраться из которой живым вряд ли кому-то удастся. Касаткин и сам не верил в то, что у него получится уничтожить основной корабль ваэрров — все, что он делал, больше походило на жест отчаяния, психическую атаку, рассчитанную на банальное везение или даже чудо. Ну кто, скажите, будучи в здравом уме, поверит в то, что земным оружием можно уничтожить корабль, прилетевший из другой звездной системы или даже из другой галактики? Вся эта затея с атакой корабля ваэрров была чистой воды авантюрой, продиктованной отчаянным желанием Касаткина отомстить за семью, да и, что греха таить, за все человечество. Касаткину просто повезло обладать столь мощной харизмой, столь сильным авторитетом среди военных, удалось быть настолько убедительным, что за ним действительно пошли тысячи его подчиненных. Правда была в том, что Сергей и сам не верил в успех своего предприятия.

Однако сейчас, глядя в спокойные глаза Реджи Синака, своего кровного врага, Касаткин понял: происходит нечто необъяснимое. Нечто такое происходит, что простыми словами не объяснишь и не опишешь. Адмирал просто чувствовал это, знал, спинным мозгом ощущал напряжение этого момента. Этим напряжением было пронизано все пространство вокруг — даже воздух сейчас, казалось, вибрировал от напряжения. И напряжение это свидетельствовало лишь об одном — все человечество сейчас находится на распутье дорог, в некой точке бифуркации. Нет, Синак явно не блефует, он точно что-то знает. Более того, он еще и верит в это что-то, всем своим естеством верит… Верит и хочет, чтобы поверил и Касаткин.

«Это что же выходит, — сам себя спросил адмирал, — я делаю все верно? Получается, сейчас действительно все зависит от меня самого?»

Слова, которые смог выдавить из себя Касаткин, прозвучали, как мольба:

— Варя… — он судорожно сглотнул слюну, — жива?

Синак посмотрел в умоляющие глаза военного и коротко ответил:

— Распорядитесь насчет ужина, адмирал.

Большой межзвездный крейсер «Вольный» нагнал основную группу звездолетов ВКС России довольно быстро. На выход с орбиты Земли и разгон до трех тысячных процента от скорости света ему потребовалось чуть больше двух суток. Уже на пятые сутки флагман ВКС России занял свое место в арьергарде невиданной доселе в истории человечества космической военной колонны, состоящей из двух сотен малых кораблей-перехватчиков, десятка межпланетных крейсеров, или МПК, и двух малых межзвездных крейсеров, уступающих флагману лишь в размерах и мощности силовых щитов.

К моменту встречи союзных кораблей возле Венеры корабли российского флота уже встали в походный порядок. Офицерам штаба адмирала Касаткина, куда входили командиры всех крупных судов, предстояло определить структуру боевого порядка флотилии и план самой атаки корабля ваэрров. Операций подобного масштаба мир еще не видывал, а потому формацию боевого порядка, как впрочем, и сам план атаки адмиралу и его штабу пришлось придумывать буквально на коленке. Причем не все офицеры слепо полагались на авторитет Касаткина, всю жизнь проповедовавшего постулаты маневренного космического боя. Многим из капитанов претила его агрессивная манера ведения сражения и они, ничуть не боясь адмиральского гнева, смело высказывали свое мнение по поводу предстоящей битвы. Касаткина такое поведение подчиненных никак не задевало — то были его люди. Люди, доказавшие свою преданность уже одним лишь тем, что пошли с ним на врага плечом к плечу. Однако этот факт вовсе не означал, что они будут ему слепо подчиняться и в вопросах тактики. Касаткин, хоть и был для большинства гражданских легендарным флотоводцем и славился тем, что выходил целым из многих нестандартных ситуаций, среди сослуживцев слыл больше везунчиком, нежели гениальным стратегом. Многие из своих прошлых побед он одерживал именно благодаря тому, что прислушивался к советам своих соратников по оружию. Более того, Касаткин сам настоял на том, чтобы план предстоящего сражения был разработан именно коллегиально. В итоге основной брифинг побил все мыслимые и немыслимые рекорды продолжительности — он длился без малого сутки. Разумеется, большая часть времени была потрачена на обсуждение частностей и нюансов, в то время как разработка генеральной линии сражения заняла не больше часа. Но выжившие свидетели того брифинга утверждали впоследствии, что это был самый напряженный час в их жизни.

— Противник у нас малоизученный, — рассуждал на том селекторном совещании командир МЗК «Призыв», капитан первого ранга Варламов, — размерами он во много раз превосходит наши самые крупные корабли. И мы до сих пор не знаем, каким именно вооружением он обладает.

— Тут как раз к гадалке не ходи, ясно, что они будут работать гравитацией и полагаться на свою броню, — высказался Васильев, сидящий бок о бок с самим Касаткиным.

— Не забывайте, господа, этот шарик уже который год находится в непосредственной близости от Солнца, — добавил каперанг Михайлов с МПК «Перец». — Ни один из кораблей моей эскадрильи межпланетников и часа не продержится на таком расстоянии от поверхности звезды. И это я еще молчу о перехватчиках — в том пекле вообще мало кто из них уцелеет, я думаю. А ведь нам придется не просто там находиться, но и вести маневренный бой.

— Положим, Петр Василевич, ваши МПК можно укрыть за тенью щитов наших МЗК, — предложил свой вариант каперанг Грибоедов — командир межзвездника с громким названием «Александр третий».

— Межзвездных крейсеров у нас всего три штуки, — возразил ему Михайлов, — один большой и два малых. А межпланетников — десяток.

— За щитами БМЗК «Вольный» могут спрятаться сразу три межпланетника, — начал загибать пальцы Грибоедов. — За малыми МЗК еще по два, итого семь МПК мы укрыть сможем. За каждым межпланетником, в свою очередь, могут укрываться до двух десятков перехватчиков.

— Суммация плазменных щитов? — задумчиво протянул Касаткин.

— Так точно, товарищ адмирал! — кивнул Грибоедов. — Правда, даже при таком раскладе мы долго не протянем. Щиты попросту посадят наши батареи.

— Ну, да, — согласился Варламов, — а нам ведь еще и стрелять нужно. Плазменные залпы тоже требуют немалого количества энергии.

— А что с остальными МПК? — озвучил вопрос, интересующий всех, старпом Васильев. В бою ему предстояло руководить «Вольным», в то время как Касаткину отводилась роль координатора действий всего флота.

— Остальные три МПК останутся в резерве и в случае чего придут на помощь тем из нас, кому придется худо, — предложил Касаткин. — С ними же останутся и наши бесхозные перехватчики.

— И где же они, товарищ адмирал, будут находиться? — скептически покачал головой Михайлов. — Толку от таких помощничков, если они не смогут вовремя подоспеть.

У Касаткина было на это решение. Он озвучил свой первоначальный план, составленный еще на Земле. Адмирал хотел создать из трех имеющихся МЗК и пятерки МПК ударный кулак и подобраться к кораблю ваэрров, воспользовавшись прикрытием Меркурия, который к моменту атаки будет находиться ближе всего к шару — всего в пятидесяти шести миллионах километров. Шар же инопланетян располагался всего в двух миллионах километров от поверхности Солнца, что сильно осложняло всю операцию. Ни один земной звездолет не смог бы долго функционировать на таком маленьком расстоянии от родного светила — слишком уж сильной была солнечная радиация, да и температуры на таком расстоянии от звезды были запредельными. Положение не спасали ни плазменные щиты, выкрученные на все сто процентов, ни противорадиационные чешуйки на корпусах. Активно маневрировать и вести бой могли лишь корабли межзвездного класса. Ну, как вести бой? Единожды атаковать — вот это определение было более верным, а затем их щиты приказали бы долго жить. В любом случае, план Касаткина подразумевал лишь одну атаку, один залп из всех орудий, на большее живучести крейсеров все равно не хватит.

Договорившись о суммации силовых щитов, офицеры сочли эту проблему решенной, хотя и не без потерь в потенциальной мощи удара, о чем, собственно, Касаткин и доложил коллегам, подведя промежуточный итог брифинга. Проведя приблизительные подсчеты, офицеры с обновленным планом адмирала согласились единогласно — это действительно могло сработать. Кроме того, теперь было понятно, кто именно укроется в тени Меркурия. Собственно, в своих изначальных планах Касаткин ориентировался именно на период обращения этой небольшой планетки вокруг Солнца. Он составлял восемьдесят восемь земных суток, и пролет Меркурия в максимальной близости от корабля ваэрров должен был произойти через сорок пять дней. Следовательно, всем кораблям Касаткина необходимо было попасть к шару ваэрров не позднее, чем через тридцать восемь дней. Затем Меркурий начнет удаляться, и его уже нельзя будет использовать в качестве природного щита для кораблей прикрытия.

На бумаге выходило все складно. Оставалось лишь перепроверить все цифры и заручиться поддержкой союзных кораблей — именно их планировалось оставить на орбите Меркурия в качестве прикрытия для остатков русского флота.

— Разве они не захотят поучаствовать в атаке? — удивился такому решению Васильев.

Касаткин на это ответил в максимально уничижительном для заокеанских «друзей» ключе:

— Если у нас не выйдет уничтожить или хотя бы повредить шар ваэрров, то у них и подавно не выгорит. Ну а если мы добьемся успехов, то, так и быть, позволим им пальнуть от Меркурия по врагу. Авось не промажут-то по неподвижной пятидесятикилометровой цели.

— Это если там еще будет во что попадать, — добавил Васильев, подводя тем самым черту под важным совещанием.

Остальные нюансы и тонкости плана Касаткина решали подчиненные среднего звена. До дня Икс оставалось не так уж и много времени, а работы было непочатый край. Офицеры же во главе с Касаткиным занялись руководством еще одной важной миссии, в которой уже участвовала вся военная коалиция землян. Речь шла об уничтожении сети гравитационных маяков ваэрров, которые они понаставили по всей Солнечной системе и при помощи которой воздействовали на человеческий разум. Первая атака, которой руководил сам Касаткин, увенчалась успехом, именно благодаря этому у военных появился повод для оптимизма. Корпуса вышеупомянутых маяков, судя по всему, были сделаны из того же серебристого сплава, что и корпус основного корабля ваэрров, и маяки эти также представляли собой идеальной формы шары. Чем именно были покрыты их корпуса, никто так и не узнал, поскольку первый уничтоженный шар после удачного попадания плазменного заряда попросту испарился — изучать оказалось нечего.